Риданские истории II - Виктор Александрович Авдеев

— Как? Уже? — разомкнув тяжелые веки, пробормотала та. — Меня сморил сон, — и она зевнула.

Я слез с облучка, заклинил колеса специальным самодельным рычагом и помог Алисии спуститься с двух небольших ступенек повозки.

— Ларри, какое жуткое место, — поежилась Алисия, стрельнув по сторонам своими темно-зелеными глазами. — Здесь даже воздух пропах гнилью…

— Недалеко начинаются болота, — пояснил я. — Не переживай, мы здесь ненадолго. Узнаем о Джиме и…

Я хотел сказать — тронемся в путь, но тут же прикусил язык. Пока не рассеется туман, мы вряд ли проедем и полмили через эти болота в такой непроглядной пелене. Алисия не стала расспрашивать, какое должно было последовать предложение после моего «и», а просто поправила на усыпанной каштановыми кудряшками голове сбившийся чепчик, местами покрывшийся пятнами дорожной пыли, и разгладила длинное платье из толстой ткани.

Погладив вдоль холки Рогзи, я шепнул ему, чтобы тот был послушным мальчиком и ждал нас здесь. Я взял за руку Алисию, и мы вместе прошагали к двери, ведущей внутрь таверны. Навстречу нам вышел полный молодой мужчина. Увидев нас, он вздрогнул всем телом. Он был бледен лицом и, кажется, чем-то напуган. По крайней мере, нам с Алисией так показалось. Его тонкие губы и подбородок дрожали. В одной руке он держал небольшую сумочку, а другую руку он прятал в карман жилета. Не говоря ни слова, он прошел мимо нас и, шарахнувшись от мотнувшего гривой Рогзи, свернул направо. Туда, где скрипели на ветру зловещие старые деревья. Он удалялся все дальше и дальше, пока не скрылся за грядой раскидистых полуголых кустарников, после которых начинался лес.

Мы с Алисией лишь пожали плечами, и я дернул на себя дверь. В нос сразу же ударил сухой приятный запах пряностей и парафина. А первое, что нам бросилось в глаза — множество зажженных свеч, будто в церкви, что были установлены на всевозможных выступах, в глубоких стеновых нишах и на широкой каминной полке. Внутри таверна была исполнена в светло-алых тонах, и огни от свеч еще больше подчеркивали этот тяжелый глазу красный цвет, присутствующий повсюду. У дальней стены тянулась по диагонали вверх широкая темная лестница с резными балясинами и округлыми перилами и исчезала под потолком. Старые круглые столы, расставленные по всему залу, и уложенные кверху ножками стулья на столешницы были изготовлены также из темного дерева. Среди пустых столов я увидел плотного лысого мужчину средних лет с тонкими усиками, одетого в передник поверх простой свободной одежды. Он мел половицы длинной мягкой метлой и еле слышно насвистывал какую-то мелодию.

— Добрый день, сэр! — я поприветствовал его с порога, сняв с головы запылившуюся шляпу. — Не много постояльцев у вас на сегодня, правда?

— Не соглашусь с вами, — хрипло отозвался тот, не поднимая глаз от пола. — Три занятых комнаты в этих краях — всегда достижение. Меня зовут Тодд, — представился он. — Я — хозяин таверны. Ночлег? Пища? Что привело вас сюда? Торговцы? Охотники за головами? Бродяги? Чем могу помочь?

— А вы любопытны, сэр, — я слегка смутился от словесного напора, которым Тодд встретил нас с Алисией. — И, кажется, любитель поболтать. Нет, мы никакие не охотники. Меня зовут Ларри, а это моя жена — Алисия. Мы бродячие артисты.

— Вот как? — удивленно воскликнул Тодд и отложил метлу. Он наконец-то поглядел на нас, хотя я бы предпочел не видеть его взгляд. Желтые волчьи глаза с узенькими щелками зрачков, а вокруг глаз темные круги. Жуть. — Боюсь вас расстроить, уважаемые, но здесь вы вряд ли найдете публику себе по вкусу. Разве что, пару бекасов на болотах да кучу жирных лягушек.

Тодд пробасил трубным смехом. В этот момент на втором этаже со скрипом отворилась дверь и тут же захлопнулась. Послышались шаги и скрип половиц.

— Отец, у нас новые посетители? — донесся сверху молодой женский голос.

— Не знаю! — крикнул он и обратился к нам: — Так вы решили остановиться у нас или как?

— Вообще-то, нас привело к вам очень важное дело, — как можно деликатнее начал я. — Видите ли, я ищу своего брата. Возможно, он останавливался у вас… Его имя Джим. Джим Ларсон.

— Хм, в данный момент наши комнаты занимают мистер Бломб, имеющий дурацкую привычку без конца выстукивать по полу своей тростью. Он сейчас наверху у себя. Дальше, доктор Моллиган. Душа-человек, вы наверняка столкнулись с ним на улице, когда заходили в таверну. Надо полагать, скоро вернется. И малыш Рикки. Правда, с ним побеседовать вам вряд ли удастся. Он сильно болен, подхватил какую-то простуду. Моя дочь, Майя, пытается выходить его. Конечно, не бесплатно, но денежки у парня есть, — Тодд подмигнул мне. — А Джима нет. Так вы будете снимать комнату? — выжидающе застыл Тодд.

— Пожалуй, мы переночуем в нашей повозке, а утром двинемся в путь.

— Вы, должно быть, сумасшедшие, — вновь расхохотался Тодд. — В такой туман сгинуть на болотах дело плевое. Никто никогда не найдет вас, — он вмиг стал серьезным. — Как минимум три дня туман не покинет эти болота. Не советую вам, — в его голосе послышались несколько угрожающие нотки. Должно быть, он знал цену своим словам.

— Дорогой, давай останемся, — взмолилась Алисия, дернув меня за рукав. — Здесь есть теплая постель, еда, и вода в колодце…

— Э-э, не-ет! — протянул Тодд. — Воду из колодца лучше не пить. Она… э… совсем для этого не пригодна. Грязь. Зловонный запах. Засорился со временем… Но позади таверны имеются чистые холодные родники. Благо, что их в такой почве в достатке! Мы набираем воду там. Вам не о чем беспокоиться. Да, и стоимость комнаты всего три монеты включая трехразовое питание. Где вы еще найдете такие цены? — Тодд ухмыльнулся хитрой улыбкой торгаша.

— Всего три монетки? — Алисия была на седьмом небе. — Мы остаемся! — решила она, не удосужась обсудить этот вопрос со мной. Хотя, я был уже не против.

В этот момент по ступеням лестницы тихими шагами спускалась белокурая прекрасная девушка лет двадцати и скромно улыбалась. Я чувствовал спиной, как напряглась Алисия, что была старше на добрый десяток лет и, конечно, менее красива, чем эта обворожительная незнакомка.

— Я слышала, вы ищете Джима Ларсона, — бархатистым нежным голосом произнесла она. — Отец, это тот молодой мужчина. Шатен, кажется, и у него на щеке небольшой такой… шрам, да? — она кокетливо провела пальчиком по своей гладкой щечке и невинно взглянула на меня.

В этот момент внутри меня сильнее забилось сердце. Отчасти от ее глубоких чарующих глаз. И еще оттого, что она точно описала внешность моего пропащего братца!

— Да, это он! — возбужденно закивал я. Теперь во мне вновь затеплилась