Библиотека литературы США - Уильям Брэдфорд

Но вот что пишет другу своему человек, схваченный по навету м-ра Блэквела:

Любезный друг мой и брат во Христе м-р Карвер, приветствую вас и близких ваших и т. д. Что до нынешнего моего положения, то о нем вы верно извещены уже нашим братом Мастерсоном, который испил бы ту же чашу, будь его имя и местожительство столь же хорошо известны, как мои. То, о чем писал я м-ру Кашмену, все еще длится. Дважды обращался я к шерифам и однажды к милорду Куку, приводя доводы, способные тронуть их сердца, так что скоро был бы освобожден, если бы не взяли верх другие; я писал, что человек я молодой и весь достаток мой — в добром имени; что задолжал нескольким горожанам; томлюсь в тюрьме и за пребывание свое плачу более обычного; плачу также аренду, а мастерская моя простаивает; единственный слуга мой обезножел и лежит в деревне; а жена моя ожидает ребенка. Но ответа нет, покуда нет на то согласия Совета Его Величества. А м-р Блэквел, не менее меня причастный к делу, был освобожден без больших затрат и хлопот; да еще и с архиепископским благословением. Я скорблю о слабости м-ра Блэквела и желал бы, чтоб не было это чем-то худшим. Ведь он и некоторые другие, выйдя на свободу, не сожалели обо мне, а, напротив, считали, что выдать надлежало именно меня, и не потому, что господь и зло обращает к добру, а потому, что так вообще лучше. Один из доводов его я хорошо запомнил, а именно, что это на пользу виргинскому поселению, ибо больше людей склонно теперь ехать; и если бы не назвал он таких, как я, то сам не был бы ныне на свободе, ибо известно, что, кроме него, находились там и другие. Ожидаю вскорости ответа о дальнейших их намерениях насчет меня; и буду писать также другим из вас, а вы от них все узнаете. Не имея пока больше вестей, на этом кончаю, прошу для себя молитв ваших, а вас и всех нас поручаю господу.

Писано в моей камере в Вyдстрит-Комптер.

Плененный друг ваш и брат

Сэбин Стэрсмор.

Сент. 4-го,

Anno 1618.

Это привел я попутно, но, быть может, не без пользы.

Наконец, после долгого ожидания, получен был патент, скрепленный печатью компании; хотя неурядицы и раздоры поколебали многих из тех, кто звался другом, а отъезжавших лишили немалой доли средств, какие предлагались и на какие они надеялись. По совету некоторых друзей патент взят был не на их имя, а на имя м-ра Джона Уинкоба (благочестивого джентльмена из домочадцев графини Линкольн), который также намеревался ехать. Но богу угодно было, чтобы он не поехал, а патент, стоивший стольких трудов и расходов, вовсе не понадобился, как видно будет из дальнейшего. Патент был послан для обсуждения, как и пункты соглашения с купцами или друзьями, собиравшимися ехать или взять пай в деле; особенно же с, теми[19] кто обещался щедро помочь и на кого всего более полагались мы, когда понадобятся суда и деньги; и было велено со всей поспешностью собираться в дорогу. И вот, быть может, отличный пример того, сколь неверны земные предприятия; люди пекутся о них, а они исчезают додобно дыму.

6 ГЛАВА

О соглашениях и договорах с купцами и всеми, кто вложил в дело деньги; а также о том, как делали запасы на дорогу

Получив такие вести от одного из посланцев своих, все собрались на торжественный день покаяния, чтобы испросить указаний у господа; а пастор произнес проповедь на текст из I Книги Пророка Самуила, 23, 3, 4: «Но бывшие с Давидом сказали ему: вот мы боимся здесь в Иудее, как же нам идти в Кеиль против ополчений филистимских? Тогда снова вопросил Давид господа, и отвечал ему господь и сказал: встань и иди в Кеиль, ибо я предам филистимлян в руки твои». Из этого текста извлек он немало такого, что касалось до тогдашнего нашего положения, успокаивало страхи и сомнения и укрепляло решимость. После этого решено было, скольким и кому именно отправляться первыми; ибо не все желавшие ехать могли столь быстро приготовиться; а если бы и были готовы, то не было судов, способных переправить всех сразу. Оставшиеся, будучи более многочисленны, попросили, чтобы с ними остался и пастор; а как он и по другим причинам не мог еще ехать, то тем охотнее согласился. Уезжавшие просили старейшину, м-ра Брюстера, ехать с ними, на что также получили согласие. Договорились также, что уезжавшие составят полноправную церковь, равно как и остающиеся; ибо путь был далек и опасен и, быть может, не суждено было в этом мире вновь собраться (всем вместе); вот и условились, что когда кто-либо из оставшихся к ним присоединится, либо из уезжавших кто вернется, то станет членом общины безо всяких исключений и свидетельств. Остававшиеся обещали также уезжавшим, что не замедлят к ним присоединиться, если господь дарует им жизнь, средства и возможности.

Примерно в это же время, когда все озадачены были делами Виргинской компании и дурными вестями о м-ре Блэквеле и его людях и справлялись насчет найма и покупки судов, некие голландцы сделали нам выгодные предложения для совместного плавания. Тогда же прибыл в Лейден лондонский купец м-р Томас Уэстон (хорошо знавший некоторых из нас и прежде нам помогавший); посовещавшись с м-ром Робинсоном и другими главными в общине лицами, он убедил нас не иметь дела с голландцами и не слишком полагаться на Виргинскую компанию; а если те подведут, то он и другие купцы из числа друзей его помогут (добавив к собственным нашим деньгам), и чтобы мы готовились и не опасались, что не достанет судов или денег; ибо все будет нам предоставлено. И не столько для него самого, сколько для друзей, коих уговорит он участвовать в деле, надлежит составить договор, с такими пунктами, которые склонили бы их к участию. После чего составили и показали ему соглашение, и он его одобрил; а затем отправили эту бумагу в Англию с посланцем (м-ром Джоном Карвером), которому, вместе с Робертом Кашменом, надлежало получить деньги и подготовить суда и все иное нужное в пути; с наказом не превышать своих полномочий и придерживаться соглашения. Другим поручены были прочие приготовления; те, что должны были отплыть, спешно к тому готовились, продавали имущество