Нелицеприятный. Том 1 - Владыка Бессмертный

составило никакого труда совершенно законно вытащить его из тюрьмы, но сейчас… — он делает драматическую паузу от которой у меня живот сводит, — сейчас я в силах, возможно, выбить ему камеру поприличнее. Но это ещё под большим вопросом, получится ли.

— Спасибо, отец, — я благодарю его и протягиваю руку.

Он смотрит на мою руку, думает, а затем, крепко пожимает её.

— Я сделаю всё, что от меня требуется, пап, — признаюсь я, — теперь я понимаю, насколько важно вернуть наш род на прежнее положение.

— Молодец, сынок, — произносит отец, поменяв суровый взгляд на снисходительный.

— А может и повыше, чем прежнее положение, — слегка улыбаюсь я.

— Ой, балда, — отец смеётся, — послезавтра мы увидим, на что ты способен, — он толкает меня в сторону кухни, — пошли обедать. Твоя мать уже заждалась нас.

— Хорошо, — я слегка посмеиваюсь в ответ и иду на кухню.

Гадкое чувство всё не покидает меня. Да и не отпустит оно меня до тех пор, пока я не вытащу друга из этой передряги. Но сейчас мне нужно сосредоточиться на другом. Очень скоро будет инициация, от которой зависит слишком многое.

В дверях мы встречаем тётю Клаву, которая накрыла на стол и уже собирается уходить. Всё по правилам аристо.

— Здравствуйте, тётя Клава, — я приветствую её и делаю шаг в сторону, чтобы пропустить её.

— Привет, Илюша, — мягко протягивает она и проходит вперёд, — приятного аппетита вам, — бабуля обращается к нам обоим.

— Спасибо, — мы отвечаем одновременно с отцом и проходим на кухню.

— Илюша! — мама встречает меня с доброй улыбкой на лице и обнимает меня, — ну как всё прошло сегодня?

Я смотрю на отца, который, как всегда, очень серьёзен. Он грузно садится на стул и пододвигается, не смотря в нашу сторону.

— Хотелось бы лучше, — я не вру, но и не отвечаю, что всё печально.

Не хочу расстраивать маму. Она так добра ко мне. Она любит меня всей душой и сердцем. Я это прекрасно вижу и чувствую.

— Ну ничего, родной, ничего, — приговаривает она, — всё будет хорошо. Не сошёлся свет клином на этих тренировках.

Бам! Раздаётся стук, оглушающий всех в комнате.

Я оборачиваюсь и вижу отца, который с укором смотрит на мать. Он держит сжатый кулак, только что стукнувший столешницу. Видимо, ему очень не понравилось выражение мамы о моих тренировках.

— Екатерина! — он обращается к маме непривычно официально, — ты опять за своё?

Мама ничего ему не отвечает и только отводит виноватый взгляд, а затем, обращается ко мне.

— Ну всё, садись, кушай. А то еда стынет, — она садится рядом с нами.

В воздухе повисает гулкая тишина. Отец начинает есть первым и я решаю последовать его примеру.

Мама пытается вставить обыденные фразы, чтобы разрядить обстановку с отцом, но отец лишь мычит и не отрывается от еды. Он есть по армейски быстро и также быстро выходит из кухни.

— Куда это он? — отрываю взгляд от еды и перевожу на маму.

— Может дрова рубить, может спать, — она пожимает плечами, — он так стресс снимает. Не обижайся на него. Я за столько лет уже привыкла давно к его поведению, — мама снова поглаживает меня за ухо.

У неё такая привычка с моего детства осталась что ли? Или она вот таким образом снимает свой стресс? У каждого свой способ.

— Мам, он так сильно переживает за инициацию? Поэтому такой хмурый постоянно? — спрашиваю о своей догадке.

— Не только, сынок, — мама протяжно вздыхает, — у нас сейчас много проблем. Всё навалилось, как снежный ком, когда дедушка умер.

— А можешь рассказать подробнее? Кем был дедушка? — спрашиваю я, закидывая в себя очередную ложку бобового супа.

— Дедушка у тебя был такой же хмурый, как отец, — мама посмеивается, — тот весь в него пошёл.

Интересно, что она умеет смеяться даже в самых плохих ситуациях. Не многие могут сохранять бодрость духа, когда имеют такие проблемы. А может, она просто женщина и от неё ничего не зависит? Мужчина в семье главный и всегда взваливает проблемы только на свои плечи, а жене достаётся семейный быт и поддержание хорошей атмосферы дома, чтобы хмурые мужчины после решения своих каждодневных проблем приходили домой и хоть немного радовались. По крайней мере, в своей голове я объясняю это так.

— Он был воином, очень хорошим воином, — продолжает мама, — твой отец всегда им восхищался и хотел быть таким же. Но когда на обряде инициации его дар не проявился, отец почти сломался. Мы с ним тогда уже были помолвлены и что-то мне подсказывает, что именно я не дала ему сломаться окончательно.

Так я и предполагал. Отец хочет не только поднять род, но и сделать из меня того, кем он сам всегда мечтал быть. Вот откуда его рвение в тренировках и колкий характер.

— Так они были близки с дедушкой? — я вставляю вопросы по ходу её рассказа.

— Вообще, не особо, — качает головой мама, — дедушка был закрытым и не особо общительным. Ну, знаешь, воины они все такие. Что-то в них ломается однажды, после очередной жестокой битвы и всё, их уже не изменить. Они остаются такими навсегда.

— Угу, — я киваю, — а что там с отцом было после инициации? — я хочу услышать продолжение истории об отце.

— Ах да, — мама растягивает уголки рта и отводит взгляд в сторону, — после этого дедушка совсем отдалился от него. Видимо, для него тоже было очень важно, чтобы его сын стал магом. Отец в свою очередь пошёл в армию, чтобы служить императору, как он всегда мечтал. Да, без магии, но он ведь всегда мечтал быть воином, как его отец. Так и положил двадцать пять лет продвижению по карьере военного.

Так вот откуда у него эта выдержка и вот почему он всегда так быстро ест. Как я и подумал, военный человек, военные привычки.

— А в каких войсках он служил? И в каких званиях? — уточняю я.

— В особой военной академии учился, для знатных родов. Практически все мужчины из аристо там учатся, включая магов. Но не всегда. Это по желанию, — отвечает мама, сидя на стуле с абсолютно