Связующая Нить. Книга 3 - Анатолий Хохлов

Кровь залила улицу. Кавалерия стремилась развить успех, но Макото по-прежнему был впереди, опережая самых яростных солдат Водопадов. В гуще врагов он, покрытый кровью уже с головы до ног, крушил и крушил всех на своем пути.

— Не приближайтесь к нему! — выкрикнул Томео, видя, как какой-то рьяный юнец пытается прорваться вперед и сражаться рядом с героем. — Не попадайтесь под руку! Он слеп!

Пластины на шлеме сместились, открывая обзор. Макото глянул вправо и влево, запоминая расположение врагов, а через миг пластины вновь вернулись на место, опережая копье, которым попытался ткнуть его в лицо самурай Камней. Ни одного уязвимого места в доспехах. Тяжелейшая броня и оружие, удары которого практически неотразимы. Совершенный самурай идет сквозь толпу врага, сея смерть и ужас, оставаясь невредим и полным сил.

Макото знал уязвимости своего клана и недостатки его стиля боя, но в этот час многие из врагов в изумлении увидели перед собой тот самый пресловутый недостижимый идеал.

— Красные Волки! — выкрикнул Куо, хватаясь рукой за вершину стены и перемахивая через нее в легком прыжке. Отправив в бой Макото, он успел догнать своих воинов, уже бегущих к новой позиции, и взобрался на стену одновременно с остальными. — Не отстанем от медведей! Приготовиться к стрельбе! Не зная жалости, без пощады! Бей врага!!!

Облако стрел, рассекая воздух, стегануло по вливающейся в город стальной реке. На дальнобойность самураи никогда не жаловались, а промазать по такому скопищу врагов было истинно невозможно.

Над второй линией обороны города взвился алый флаг, украшенный темно-багровым силуэтом волка.

Удары штурмовых дзюцу и бронированные буры подрубили две башни Инакавы, пробили и разметали на куски еще два сектора стен.

— Сегодня решается не только судьба двух малых и слабых стран! — громко выкрикнул Хадзиме, хотя голос его разносился над войсками не быстро затихающими колебаниями воздуха, а посредством радиоволн. — Сейчас, сегодня идет спор за то, кто будет диктовать свои условия всему миру! Если мы победим — Единая Империя будет возрождена и расцветет на обитаемых землях! Если потерпим поражение — великая смута и эпоха Войн не закончатся никогда! Наши дети ждут от нас мирной и счастливой жизни! Отсутствия войны, которой нам всегда угрожали соседи! Теперь мы положим предел угрозам врагов и навсегда избавим наш народ от опасности подлых нападений! Главная линия обороны Инакавы пала! Осталось сровнять этот город с землей, и наша империя, Возрожденная империя Пяти Стихий, вступит в свои права! Вперед, воины! Осталось одно, последнее усилие! В атаку! Мы победим!

Еще двадцать тысяч самураев, подлечивших раны и поправивших покореженные доспехи, строевыми порядками устремились к Инакаве.

— Раздавите этих ублюдков, а я пока решу маленькую проблему здесь, — Хадзиме, гордо восседающий на Стальном Вороне, обернулся и взглянул в сторону лагеря, где какой-то ищущий смерти наглец сражался один против целой армии. — Неплохая возможность выпустить пар.

Лучники разбежались, спасая свои жизни, и конный самурай, оставив на вершине земляного вала шесть трупов, растоптанных, разорванных и изуродованных ударами булавы, соскочил вниз, прямиком на копья двух сотен поджидающих его латников.

Пластинчатая броня, закрывающая брюхо Морского Ветра, формой была похожа на днище лодки. Копья, оставляя борозды на ней, скользнули в стороны. Конь рухнул в толпу, давя и калеча латников, а Шичиро, потратив мгновение на обретение равновесия, вновь взмахнул булавой и ударил.

Копья и катаны били со всех сторон. Длинные цепи взмыли вверх и упали на голову и плечи генерала Водопадов, цепляя его острыми крючьями и мешая двигаться.

— Вали его!

Дружный рывок нескольких десятков рук, и Шичиро вместе с Морским Ветром грузно рухнул на бок. Выпуская цепи, самураи Камней налетели на него со всех сторон, но под градом ударов могучий конь начал подниматься и встал, вытащив своего хозяина из-под ног свирепствующих врагов. Удар задних копыт отправил в полет сразу двоих. Ветер встал на дыбы и, рухнув вниз всей своей массой, сокрушил еще одного. Булава в руке генерала вновь взлетела и ударила вниз, обрушившись на подставленный щит пехотинца и швырнув стальную пластину вместе с держащим ее солдатом на землю. Даже укрепленные потоками Ци, кости плеча не выдержали столь сокрушительного удара, и раненый, волоча за собой погнутый щит, пополз прочь.

— Разойдись! — командный выкрик перекрыл шум яростного сражения, и самураи Камней отпрянули от врага, задыхающегося, истерзанного и избитого. — Я сам прикончу его.

Защитные пластины поднялись, открывая обзор, Шичиро и Морской Ветер удивленно глянули по сторонам. Они стояли в широком кольце ощетинившихся копьями врагов, а напротив них красовался, хвастая силой, конный воин в покрытых шипами доспехах.

— Пред тобой Хадзиме, великий сегун, непобедимый воин, несущий в мятежные земли волю единого императора! — выкрикнул генерал Камней, взмахнул рукой и указал на Шичиро острием громадного кавалерийского меча. — Назови себя, бунтарь!

— Шичиро-предатель, слабейший из генералов Водопадов! Я пришел взять плату кровью за свое предательство! Здесь нет вшивого шакала Масуйо, но вы, его друзья и союзники, тоже можете утолить мою ярость!

— О-о, мститель? Забавно. Творя великие дела, нельзя не нажить сотню-другую безумных от ярости врагов. Но сейчас на одного такого станет меньше! Генерал Шичиро! Ты умрешь от моей руки.

— Покажи все, на что ты способен, палач, несущий в земли соседей волю упивающегося кровью мясника! — Шичиро заслонился изрубленным и покореженным щитом. — Я убью тебя, слуга демона.

Серо-коричневые тени стремительно заскользили по крышам Инакавы, обходя места сражений, нападая на стрелков и все глубже проникая в город. Многие несли бомбы или бочонки с зажигательными смесями. Взрывать и устраивать пожары, превратить город в море бушующего огня — шиноби это умели делать в совершенстве.

— Ниндзя справа! — крик раздался в самый неподходящий момент, когда четырнадцать ополченцев, оставшихся от первой стрелковой сотни, поливали бронебойными пулями подступающие ряды врагов и подумывали о необходимости срочного отступления.

Момент был очень неподходящий, но крик оказался вполне своевременным, и пятеро шиноби, выскочивших на крышу, попали под перекрестный огонь сразу шести пневматических винтовок. Двоих резануло очередями и прошило насквозь вместе с кожаными куртками и титановыми кольчугами. Остальные, пригибаясь и маневрируя, бросились врассыпную. Один метнул под ноги врагов кусок пластида с детонатором и кусками металла, но шустрый ополченец поймал подарок на лету и швырнул далеко в сторону прежде, чем граната взорвалась. Кунаи и сюрикены, которые метнули во врага двое других шиноби, со звоном отскочили от доспехов и щитов ополчения. Успех, казалось бы, но дистанционные атаки были призваны лишь отвлечь стрелков. Шиноби, лавируя среди свистящих пуль, стремились в ближний бой.