Связующая Нить. Книга 3 - Анатолий Хохлов

Рев труб и грохот барабанов, донесшийся со стороны начавшей движение армий Камней, прервал полную эмоций речь наследника великого дайме.

— Началось, — сказал Кано, положив руку на каменный зубец стены и окидывая взглядом вражеское полчище. — Что же, пусть подходят ближе, но даже не мечтают, что мы обратимся в бегство! У меня, как и у каждого из нас, есть веская причина, чтобы остаться здесь и сражаться. То, что случилось с моими близкими, что случилось с девушкой, которую я любил, не должно случиться больше ни с кем! Никто не должен испытать ту же боль и отчаяние, что испытал я, потеряв людей, чье счастье для меня было дороже собственной жизни! Сражайтесь за наши семьи, солдаты! За тех, кто нам дорог, ведь больше некому их защитить! Они все погибнут, если мы отступим, но этого не случится! Здесь и сейчас мы остановим врага! С нами воля и улыбка Кицунэ! К бою, солдаты! К бою, Инакава!!!

Боевой клич грянул над стенами. Радиосигнал донес слова принца до каждого из защитников города и утроил их боевое рвение.

— Противник в пределах досягаемости!

Раскатистое, громогласное уханье «Гекконов» разнеслось над утренним городом и заглушило рокочущий гул приближающейся стальной лавины. Ополченцы, поудобнее пристраивая в бойницах тяжелые ружья, выжидали, прекрасно понимая, что пули пневматики не пробьют тяжелую броню мобильных крепостей и колесные щиты, которые катили перед собой подбирающиеся к стенам лучники врага. Основная масса пехоты, та, что не была занята перемещением осадной техники, осталась на безопасном расстоянии от стен Инакавы.

— Не дайте им поднять головы! — выкрикнул лидер имперских стрелков. — У них оружие «Чистой Крови», но лук бьет дальше пневматики! Среди них мало самураев! Разрывными…

— Огонь!!! — для убедительности, а больше от полноты чувств Макото взмахнул тяжелым топором, который сжимал в руке, и мир дрогнул, когда порожденные штурмовыми печатями шары огня, молний и вихрей воздуха ринулись сразу с нескольких башен. Часть из них перехватили прянувшие навстречу сгустки энергий из печатей-ловушек, но несколько все же миновали защиту врага и вонзились в строй щитов на колесах. Разорванные тела самураев и листы металла полетели к серым небесам.

— Ублюдки! — самураи Камней не выдержали мгновенной потери почти двух тысяч своих товарищей. Не слыша окриков генерала Санииро, который приказывал сберечь энергию штурмовых печатей, они дернули за рычаги, и броневые листы сместились, открывая бойницы в вершинах мобильных крепостей.

— Берегись!

Шквал штурмовых дзюцу хлестнул по стенам Инакавы, сбивая зубцы, сметая людей и оборонные машины. Произведи воины Камней удар с меньшего расстояния, урон был бы нанесен гораздо больший, но и без того потери осажденных нельзя было счесть малыми. В дыму и пожарах Инакава на минуту прекратила обстрел врага, а когда ополченцы справились с огнем и новые бойцы заняли места погибших, самураи Хадзиме, применив дзюцу элемента земли, уже сместили пласты выжженной почвы и, засыпав ею воронку от выстрела «Великого Дракона», подкатили крепости и осадные башни к стенам города.

— В атаку! — скомандовал Хадзиме, и стальное полчище рекой потекло к бастионам Инакавы.

Игнорируя потери от ударивших им в лица каменных ядер, самураи империи подняли раздвижные штурмовые лестницы и, дотянувшись их крючьями до зубцов стены, полезли наверх.

— Наше действие! — выкрикнул Куо, так и не удосужившийся сменить плащ и доспехи, поврежденные жаром горящей энергии Ци в то время, как он удирал от армий Камней по краю пылающей воронки на месте удара «Великого Дракона». — Устроим врагу жаркий ливень! Все вместе, по моей команде… — пять тысяч лучников-самураев, что стояли под стеной города, подняли луки, нацеливая их в небеса. — Бей!

Стрелы с громким шелестом устремились вверх, поднимаясь над стеной, и, очертив высокие дуги, дождем хлынули на головы врагов. На каждой была закреплена взрыв-печать, и выбить энергию Ци из них всех у самураев Камней попросту не могло получиться физически. Взрывы расцвели жаркими бутонами, калеча и убивая латников, но остановить волну они, как и ядра «Гекконов», все же не могли. Две сотни метров, полторы… бронированные сапоги грохотали по ступеням лестниц.

— Встречай гостей, братья!

Ополченцы выглянули из укрытий. Полетели гранаты, сотни ружейных стволов нацелились на полчище самураев и ударили ураганом бронебойных пуль, от попаданий которых даже на полудюймовых стальных щитах оставались солидные вмятины. Попав в плечо или руку, пуля ломала самураю кости, угодив в шлем — надежно лишала его сознания и превращала в легкую жертву для следующих пуль, которые прошибали потерявшие силовую подпитку доспехи и входили в тела солдат, как в мягкое масло. Первые ряды пехоты выкосило, следующие за ними, прикрываясь изрешеченными телами друзей, как дополнительной броней, добрались до вершины стены и, отбрасывая мертвецов в стороны, занесли оружие над ополченцами, которых до последнего момента никто не воспринимал как серьезную военную силу. Месть!

Сталь скрестилась со сталью, и искры брызнули во все стороны.

Удары приняли на себя самураи Инакавы, не думавшие даже оставлять без поддержки уязвимых в ближнем бою стрелков. Жертвуя собой, они остановили стальную лавину, и шквал снарядов всех видов дальнобойного оружия принялся косить орду стальных гигантов. Несколько бесконечных минут на стенах кипела безумная резня, в которой защитники Инакавы падали среди падающих врагов и кровь солдат обеих армий густо орошала холодные камни.

— Вперед! — осадные башни заполнились солдатами, мосты рухнули, и, прикрываясь щитами, стройные ряды латников армии Камней двинулись к, безуспешно поливающим их пулями ополченцам.

— Разрушим линию щитов! — выкрикнул Макото, сбегая по лестницам с башни и устремляясь к одному из мостов. В руках воин клана Хинэно крепко сжимал два тяжелых боевых топора. — Стрелки, бейте в прорехи вражеской защиты, которые я сейчас вам обеспечу!

Из шести осадных башен, подошедших к стенам Инакавы, все сбросили мосты, но только одна не получила никакого сопротивления от осажденных. Словно не замечая рядов наступающих на них щитоносцев и продолжая вести шквальный огонь в кроваво-железное месиво на лестницах, стрелки могли показаться сумасшедшими, но когда самураи Камней уже изготовились начать бить оскорбительно игнорирующих их врагов, из-за зубца стены выступил вдруг воин в легком, искусно украшенном доспехе. Синие цвета плаща, дракон в окружении речных волн на щите. Сияющий, словно сотканный из чистой энергии, удивительный меч.