И грянет весна! - Серослав Амадайн

«сэндвич» не подымется над землёй метра на три. Естественно обеспечиваем контроль отклонения столбов. Об этом я тоже подумал. Изнутри, ряды обеих стен частокола скрепляются горизонтальными жердями, приколоченными к каждому бревну. Плюс — дополнительно необходимо ставить распорки изнутри так, дабы они не мешали укладывать «сэндвич». Снаружи обе стороны подсыпаются землёй, образуя насыпной вал и сдерживая давление отсыпки изнутри. Таков был мой план.

— Есть ещё кое-что, мой господин, — продолжил Лобель, но теперь уже в его голосе угадывались негодующие нотки. — Некоторые дома за городской стеной стоят на пути строения деревянной. Они явно будут мешать и придётся их сносить. Когда я собрал людей из этих подворий и объявил им об этом, многие возмутились и заявили, что не допустят этого! Как тут быть, господин анай?

«Упс! Я как-то этот момент упустил из виду. Хреновая ситуация… И чё теперь делать!?»

— Я решу вопрос…

— Нет, рукавой! — остановил я уже поднявшегося было Варгона. — Знаю я, как ты… что сможешь решить! Я в тебе не сомневаюсь. Короче, поступим так… Сколько домов находятся на линии строительства наружной стены?

Лобель поморщился, вспоминая:

— Пять, мой анай.

Я кивнул сам своим мыслям:

— Угу… И сколько в этих пяти домах народу?

— Семнадцать душ если не ошибаюсь. И это если не считать детей!

«Дохрена…»

— А сколько у нас прислуги во всём родовом доме? — взяв себя за подбородок, задумчиво спросил я Лобеля.

— Примерно столько же, господин.

— И все живут в комнатах для слуг? — нащупывая решение, снова задал я вопрос.

— Ну, не на каждого по комнате конечно, — пожал управляющий плечами. — Но часть из них зачастую ходят на ночь к своим близким в городе.

— Значит слушай мой наказ: тех слуг, кто живёт в комнатах постоянно — переселить в пустые комнаты в Буртс Анайман. Тех, у кого имеются родня в черте города — пусть съезжают на время к ним, а в освободившиеся комнаты прислуг заселить людей из этих пяти домов.

Я решил обойтись малой кровью, справедливо ожидая тонны негодования матери и сестры, поэтому в свободные комнаты временно переедут именно прислуга.

— Но…

— Подумай хорошо над следующими словами, управляющий! — вперив в него взгляд, с угрозой в голосе процедил я.

Постоянные оглядки на мнение моей матери от моих подданных, начинали меня изрядно бесить. Именно об этом полагаю он и хотел сейчас спросить. Но Лобель был отнюдь не глупым человеком. Глупый на этой должности долго бы не продержался. Старик после моих слов лишь со всем почтением поклонился, и опустился на стул.

— И так, вернёмся к нашим баранам. — сменил я тон. — Капитан Рон, на вас останется защита города, пока меня и Варгона не будет.

Капитан встал и чётким движением руки «взял под козырёк»:

— Как прикажете, анай!

«Вооот! Сам перенял. Хвалю!»

— На каменоломни отправишь смешанный отряд из фенрировцев и простых солдат. По большей части бери из фенрировцев. Их задача — обеспечить полную изоляцию карьера от посторонних. Что б ни одна душа не проскользнула поглазеть или, упаси бог, какую каверзу утворить. Если что — лично спрошу с тебя капитан, не обессудь!

— Положитесь на меня, господин анай.

— Отлично. Айтэн, завтра же начинайте вывоз камня с каменоломен, весь который есть. И да, чуть не забыл — плоские куски скалы не топтать, не дробить. Складывать их аккуратно в стопки, они нам пригодятся.

Каменюка в своей манере как всегда хотел проявить любопытство, но я остановил его вопросы жестом руки:

— Всё потом! Просто делайте как я сказал.

Мы ещё долго проводили совещание, обговаривая планы и буквально расписывая дорожную карту работ: кто, где, что делаем первым, организация подвоза материалов, кормёжка, и прочее, и прочее, и прочее…

К себе в комнату я буквально ввалился. В сумерках затухающего камина с ходу рухнул на кровать… И едва не раздавил Линни! Маланорка спала, свернувшись клубочком на краешке постели, и подпрыгнула как на батуте, запищав с перепугу своим тоненьким голоском. От неожиданности я сам пересрался не на шутку.

— Линии! Почему ты… Могла бы лечь на подушки, ну!

Я встал, скинул сапоги, прошёл к камину и подкинул пяток хороших полешек на ночь.

Маланорка почти по кошачьи потянулась держась за спинку кровати, и сладко зевнула:

— Сегодня я ночую у тебя, ты разве забыл? — обидчиво спросила она.

— Нет конечно, просто я…

— Обманщик, — промурлыкала она, упав на спину и лизнув лапку. — Я могу чувствовать когда мне врут… Но я на тебя не сержусь! Я хоть и маленькая, но понимаю, что у тебя много хлопот. Особенно с этой стеной. Большое дело ты затеял! Я столько больших в одной куче никогда не видела.

Я разделся до нижнего белья и с облегчением улёгся в постель.

— Прости, малышка. А дел и вправду доху… Много.

Линни тут же забралась на меня и уселась на грудь. Я погладил нежную шерстку на голове маланорки и почесал её за ушком, отчего маланорка зажмурилась и довольно заурчала. Меня так и распирало поговорить с ней об их разговоре с Вишной, услышанным тогда мной. Но я всё не решался, боясь что об этом узнает молодая учительница и станет избегать меня. А мне этого ой как не хочется. Я готов… Нет, я ХОЧУ видеть её каждый день. Разговаривать с ней, видеть как она смеётся, и… И просто быть с ней.

Перед тем как провалиться в сон, я окончательно для себя понял:

«Я снова влюбился!»

Глава 3

Наступил день, когда с небес заморосил первый весенний дождик. Пришлось основательно потрудиться над выявившимися недочётами ливнёвок, и проконтролировать установку дополнительной отмостки от воды вдоль линии строительства деревянной стены. Хоть настоящего дождя и не случилось, но тоненькие ручейки воды стекающие по склону городка ясно показали, что и где надо доработать в этом плане.

В крайний день перед отъездом, не гнушаясь этой работы я порядком взмок и выделался в грязи. Пришлось идти переодеваться в Буртс Анайман.

Когда я почти закончил, в комнату без стука вошла Фелани.

— Маам!? — возмущённо протянул я голосом, разводя руки. — А вдруг я тут голый бы стоял?

Фелани усмехнулась:

— Я тебя два года омывала, — вздёрнула она брови. — Так что вогнать меня в краску, ты вряд-ли сможешь.

— Да, но…

— Сейчас не о том! — сложив перед собой руки в замок оборвала она меня. — Я по поводу ведьмы за которой ты, не смотря на мои уговоры, всё-таки собираешься отправиться.

Я раздражённо фыркнул:

— Ты меня всё равно не отговоришь! Я прошу от людей многого, но и делать должен для них не меньше.

Фелани кивнула:

— Да уж, в этом ты весь. Порой я забываю, что на самом деле ты взрослый мужчина, и проявляю чрезмерную заботу как о ребёнке.

Я вздохнул:

— Мы всегда остаёмся детьми для своих родителей, даже не смотря на то, что уже сами не молоды. Мне ли этого не знать.

Фелани подошла и заботливо поправила складки на моей одежде, потом провела морщинистой рукой по моим волосам, на секунду задержав руку на затылке. Наши глаза встретились.

— Тоскуешь о нём? — с сочувствием в голосе спросила она.

Я опустил глаза:

— Каждый божий день.

Анайлэ кивнула своим мыслям и проведя по моей щеке ладонью чуть отступилась:

— Сколько ему было, когда… ну, когда ты…

— Шестнадцать. Кириллу было шестнадцать. — дрогнувшим голосом ответил я. — До его семнадцатилетия оставалось пару месяцев.

— Большой! — печально протянула она с улыбкой.

Я встрепенулся, отсекая накатывающую волной тоску:

— Если ты об этом хотела поговорить, то сейчас не время.

Фелани словно очнулась от неведомых мне мыслей, и вновь превратилась в строгую анайлэ севера. Она повернулась и взглянула в распечатанное после долгой зимы окно, по которому стекали редкие капли дождя:

— Бороться с ведьмой не имея за спиной мага — опасная затея! Обычно на таких, травят красных.

Я пожал плечами, натягивая сапоги сидя на кровати:

— Ну, у меня магов нет! Посылать за красными и ждать когда они с ней разберутся, тоже не вариант. Слишком долго. Да и не хочется, если честно, обращаться к истинианам.

— Понимаю. — кивнула она поворачиваясь и отходя от окна.

Я встал, нацепил