И грянет весна! - Серослав Амадайн

— Что случилось? — с дрогнувшим сердцем задал я вопрос, едва боец на взмыленной лошади приблизился к нам.

— Беда, господин анай! — всадник еле сдерживал разгорячённого скачкой жеребца. — Из Лесовой прибыл староста и привёз труп! Говорит, что какая-то ведьма у них завелась, и убила одного из группы охотников, отправившихся в лес за добычей!

«Да твою же дивизию!…»

Не став больше терять время, мы пришпорили лошадей и рванули в город.

Староста деревни понуро опустив плечи стоял у воза. Мужик был уже не молод, но и далеко не старик. Он стоял у телеги, которую загнали на внутренний двор. Под окровавленной холстиной смутно угадывались очертания человеческого тела. Немного поодаль замерли мать и сестра. Тамари же нигде видно не было.

Спрыгнув с лошади, я не мешкая подошёл к повозке и откинул ткань…

Варгон аж присвистнул от увиденного, а проходившая мимо прислуга шарахнулась в сторону прикрыв рты.

Лежавший на окровавленной соломе истерзанный труп мало чем сейчас напоминал человеческий. Лишь уцелевшая часть от живота и ниже говорила о том, что перед нами человек. Всё что выше, напоминало просто груду мяса с вывороченными в разные стороны костями и внутренностями. Некоторые части скреплялись ошмётками кожи и частями уцелевшей одежды. Головы же не было и вовсе. Смрад от трупа стоял такой, что некоторые воины вокруг, побледнев, поспешили уйти. У меня создалось впечатление, будто бы тело просто взорвалось изнутри.

— Сколько живу, но такое вижу впервые. — негромко проронил рукавой, обходя телегу и рассматривая мёртвого.

Я почувствовал как к горлу подкатила тошнота, и поспешил прикрыть изувеченные останки обратно тряпкой.

— Позаботьтесь о мертвом. — хрипло произнёс я бойцам, и обратился к старосте, — Как звать?

Мужик словно очнувшись поднял на меня взгляд:

— Герхард, мой господин. А это, — он указал вялой рукой в сторону воза, — мой сын, Хварад.

Я сокрушённо покачал головой, проведя ладонью по лицу.

— Сочувствую твоему горю, староста. — подошёл я к нему и похлопал по плечу. — Сегодня, ты мой гость, Герхард. За ужином помянем твоего сына. А сейчас пойдём, расскажешь толком, что у вас там происходит.

Как выяснилось, появление ведьмы сопровождалось отнюдь не пресловутыми падёжем скота, болезнями и прочими напастями присущими такому событию, если верить нашим росказням, совсем нет. С её появлением в ближайших лесах стали появляться… зелёные, цветущие поляны! И это в период конца новня и начала водня! Ладно бы там в начале цветня, ещё можно было бы понять. Но сейчас, когда глубоко в лесах снега ещё по колено — это небывалое дело! Охотники сразу заподозрили неладное, но далее, чем бурное обсуждение феномена в деревенском кабаке, дело не пошло. Подивились, да и ладно. Но уже через два дня они наткнулись на саму ведьму. И снова, вопреки моим ожиданиям, это оказалась не скрюченная в три погибели карга, с бородавками на носу размером с грецкий орех и клюкой из человеческих костей, а юная девица. Прекрасная, беловолосая девушка пела нежным голосом мелодичную песню на непонятном языке и танцевала среди деревьев. При каждом её движении, вокруг неё, на глазах у изумлённых охотников таяли сугробы, и под её босыми ногами прорастала свежая трава и цветы! Едва охотники окликнули девушку, как она тут же исчезла, прыгнув за ближайшую ель.

— Так чем же она вам помешала? С чего вы так переполошились? — в недоумении поинтересовался я у Герхарда. — Дело не обычное конечно, но насколько я понимаю, она никому не мешала.

— Так-то оно так, — кивнул староста, уткнувшись отрешённым взором в поверхность стола. — Да токмо всё зверьё исчезло в округе, едва она появилась! Нашим всё глубже пришлось уходить в леса, чтобы добыть дичь. А ей словно того и надо было. В густых чащобах ведьма чаще стала попадаться им на глаза. И стар и млад забывали об охоте едва её увидев, и устремлялись за ней. Не иначе как околдовала их эта тварь! — тут староста крепко приложился к чарке с вином. — Хварад изловил её! Уж как ему это удалось, одним богам известно. Остальные на его крик прибежали, а он мертвый лежит на полянке. И ведьма над ним стоит.

Я насторожиться:

— То бишь, как она его убила, никто не видел?

Герхард поднял на меня потускневшие глаза на осунувшемся лице:

— Вы его труп сами видели. Кто ещё мог это сделать, коли не она? Ведьма убила его своим тёмным колдовством!

Глубоким вечером я собрал в Буртс Валле своих командиров. Так же позвал Каменюку, и управляющего.

Как и обещал, староста был приглашён и усажен за стол в Большом Зале, и честь по чести помянули его сына. Обе анайлэ выказывали явное недовольство сим фактом, но перечить мне не стали. Привыкли уже к моим выкрутасам. Мне крайне не хотелось чтобы староста отдалённой деревни считал, что анаю побоку смерть его сына. После ужина, Герхард низко поклонился и отблагодарил за сочувствие его утрате. Я в свою очередь твёрдо его заверил, что с ведьмой мы обязательно разберёмся, но выехать ближайшую неделю в Лесовку никак не получится. Мне нужно было время для отладки затеянных работ. До того времени, старосте предложено было оставаться в городе. Хоть мужику и было не до того, но я предложил ему присмотреться как да что будем делать, особенно в отношении частокола. Хотя наверное уже правильнее будет называть это сооружение настоящей стеной, пусть и деревянной. Проект явно вышел за рамки «просто навтыкать колышков». Я откровенно намекнул Герхарду, что в будущем неплохо будет построить такую же и вокруг самой Лесовки. Особого энтузиазма в глазах мужика я естественно не нашёл, но оно и понятно. Такая трагедия случилась, а барин с какой-то работой сунется! Но на то и был расчёт. В доброй работе, переживать невзгоды оно как-то полегче будет, сам знаю. Да и откровенно говоря, старосте деваться было некуда, кроме как согласиться. Горе горем, а перечить анаю, то последнее дело.

Спровадив его, я первым делом вернулся к теме командировки рукавого в соседний туримас. Проблему Лесовки игнорировать я естественно не собирался, но приоритеты для меня были ясны как белый день.

— Варгон, бери близнецов, и ещё воинов на твоё усмотрение. Оденьтесь как наёмники. Ни в какие драки не ввязывайтесь! — я строго посмотрел на братьев. — Нарвётесь на неприятности, подставите под удар всё дело.

Нойхэ со всей серьёзностью кивнул, понимая суть правильно.

— Мастер Лобель, — обратился я к управляющему. — Как обстоят дела, что сделано за сегодня?

Лобель чинно откашлялся и как ученик в школе встал с места с лёгким поклоном:

— Начало положено, господин. Первую часть стены почти разобрали. Завтра займёмся разборкой фундамента. Как вы и приказали господин, более-менее целые блоки отлаживаем в сторону, а то, что негоже — дробим и ссыпаем в кучу.

— Кто руководит работой?

— Тангоры Хвидульф и Кульфман, господин. Я справедливо решил использовать их для этого дела.

— Молодец. — похвалил я его. — Что с частоколом?

— Вырыли и подготовили яму под её фундамент, согласно вашему ммм… рисунку…

— Чертежу. Это называется — чертёж!

— Мда, — закивал Лобель. — Согласно вашему чертежу.

Покумекав, я разработал план по строению деревянной стены. Ставить обычный частокол я не хотел. Больно ненадёжная тема. Вместо этого, отступив от стены метра четыре, решено было рыть траншею шириной метра три и глубиной примерно так же. Потом, надо поставить передний ряд брёвен из толстых, вековых сосен. Столбы приказал брать не меньше десяти метров длиной и потолще в обхвате, всё-таки фасад! Лишнее потом спилется. И так, первый, наружный ряд, определён. Дальше, вдоль противоположной стороны ставим ряд из брёвен помельче немного. Середину же котлована засыпаем глиной, замешанной с измельчёнными блоками с выбраковки. Благо местная глина хороша для стройки, и после того как засыхает, становится почти каменной. Добывать её уже можно, хоть и не без труда. Хорошенько это дело утрамбовываем, перелаживаем брёвнами поменьше, можно даже и не столь прямыми, и снова утрамбовываем. Ждём пока схватится маленько, и снова повторяем процесс, пока эдакий