Засланец - Константин Хвостополосатов

– Хони, детка, у тебя вообще ничего не осталось из навигационной информации прошлого владельца? – спросил я наудачу. – Мне бы хотелось уточнить координаты внутренних цивильных систем Трайденса. Это, конечно, можно найти и в инфосети, просто время уйдет.

– Навигационной информации нет, – лаконично ответила Хони. – Все делалось без моего участия. Я ради интереса сохранила только информацию о маршрутах движения через многомерность, потому что двигатель прокола оставался полностью под моим контролем.

– Ух ты, интересно, – оживился я. – Значит, фактически мы сможем проскакать по всем местам, где бывал старый хозяин. Упущение с их стороны. Жаль нельзя совместить эти точки с картами. Хотя…

Я проверил состояние двигателя прокола. Устройство находилось в полном в порядке и полностью подконтрольно МИ яхты. Идея состояла в том, чтобы наложить пути движения через многомерность на карту Трайденса. На практике такое действо выглядело малоосуществимо, но так как корабли ласьенов для прохождения через субпотоки потоки пользовались фактически только прокладкой пути в одном слое многомерности, оставался небольшой шанс разобраться с ситуацией. По крайней мере, попробовать стоило. Но для проверки подозрений мне требовалось «понюхать» многомерность. У меня, правда, не имелось уверенности, что это разрешено делать, находясь на поверхности планеты. Но был один нюанс. Двигатели прокола Содружества использовали совсем иные принципы, нежели субпотоковые двигатели ласьенов, которые вообще можно было активировать только по достижению некоторой минимальной скорости движения корабля относительно центра масс планетной системы. Так что могли и не заметить.

– Лу, мне надо побаловаться, – позвал я свою хозяйку. – Ты закончила с инфосетью?

– Да, все нашла, – отозвалась девушка, – работаю с интеграцией протоколов. Что тебе надо?

– Буду пробовать кое-что, скорее всего, оборвется связь, – ответил я.

– Пока обойдусь, – буркнула Лу.

Двигатель прокола с готовностью отозвался на запрос, и мое сознание скользнуло в разворачивающуюся картину иного мира. Я не дал полностью погрузить себя в многомерность, оставшись где-то на самом верху ближайшего к нашей реальности потока.

– Хони, можешь показать, что у тебя есть? – спросил я.

– Только каждый прыжок в отдельности, – ответил МИ. – Показать всю картину не могу в силу ограниченности моих способностей, я – очень слабый эмпат.

– Хорошо, дай любой маршрут, – согласился я, уже не удивившись наличию у МИ таких способностей. – Лучше какой-нибудь не слишком длинный, хочу попробовать совместить его со звездными картами Трайденса. Начни вообще с последнего прыжка в эту систему.

Маршрут прорезался слабенькой золотистой ниточкой. Выглядел он весьма корявеньким и проходил с погружением всего лишь до второго слоя многомерности. По всему судя, навигатор оказался не слишком опытным или не особенно спешил к месту назначения. Сразу совместить точку входа в многомерность на начале маршрута с картой реального пространства не удалось. Не удалось этого сделать и после доброго часа моих потуг на ниве данного вопроса. Вся проблема упиралась в то, что прямых путей в многомерности не существует, а многомерные изгибы могут соотноситься с моей родной реальностью очень разнообразными и не всегда цензурными способами.

– Нужно произвести два, а лучше три перехода, – сообщила наблюдавшая за мной Хони, когда я бросил копаться в многомерности. – Тогда я смогу с достоверностью почти в семьдесят процентов совместить звездные лоции Трайденса с имеющейся у меня картой прыжков прошлого владельца корабля. Правда, это останется верным только для прыжков с погружением до второго уровня многомерности. Дальше точность сильно упадет. Но с каждым следующим переходом я смогу куда точнее совместить все, что проходило с погружением до второго слоя. Переходов через десять точность может составить девяносто процентов, и чем дальше, тем больше.

– И много было сделано таких прыжков? – уточнил я. – Ну до втрого слоя.

– Шестьдесят два процента от общего количества, – выдала статистику Хони. – Исключая повторяющиеся маршруты.

– Поправь меня, если я ошибаюсь, – посмотрел я в лицо виртуальной Хони. – Ты же сможешь сделать прыжок по старой траектории? Только давай откинем бывшие когда-то инструкции и запреты. Ты смогла их запомнить и отследить, значит, ты имеешь некоторые способности эмпата. А это в свою очередь значит, что ты сможешь совершить несложный прыжок самостоятельно.

– Я могу попробовать, – совершенно спокойно ответила Хони. – Могу точно сказать, что у меня получится сделать переход по записанным в памяти маршрутам с довольно хорошей точностью в точке выхода.

– А это значит, что со временем у тебя наработаются практические навыки, – размышлял я. – И очень скоро ты сможешь самостоятельно прокладывать нужные маршруты по верхним слоям, а возможно и чуть более глубоким.

– Такая вероятность близка к восьмидесяти процентам, – согласилась Хони. – Если мне доверят вести корабль.

– Тогда ты становишься очень и очень ценным помощником, – усмехнулся я. – Имея довольно обширную карту прошлых прыжков, ты сможешь взять на себя функции штурмана. И мне кажется, сможешь взять их на довольно неплохом для местных уровне.

– Что это меняет? – спросила девчушка.

– Многое, – усмехнулся я. – Новому хозяину яхты фактически не нужен будет ни пилот, ни штурман для перемещения по довольно большому количеству миров Трайденса. А это, поверь мне, многого стоит.

– Возможно, – не поддержала моего оптимизма Хони. – Нет уверенности, что он заинтересуется этим.

– А вот у меня почему-то такая уверенность есть, – ответил я. – Ты становишься уникальной во всех отношениях … Э-э-э… Яхтой. Такой совершенно точно нет ни у кого в Трайденсе. И пусть ты будешь не самая комфортабельная и шикарная яхта, зато точно самая функциональная.

– Ласьен, который зарегистрирован, как хозяин этого корабля, пришел в движение, – сказала Хони.

Пилтор действительно уже не сидел в кресле ласьенского пилота, а неуверенно прогуливался по боевой рубке.

– Лу, ты как там? – спросил я девушку.

– Закончила уже давно, – отозвалась она. – Наблюдаю за Вами. Все работает. Четыре ракеты готовы к употреблению. Я на всякий случай залила еще протоколы на несколько самых ходовых типов ракет, используемых корпорациями. В принципе, тут можно использовать и большинство военных ракет, но их вряд ли продадут частному лицу.

– Успокой Пилтора, пожалуйста, – а то тут еще нет твоей голосовой базы.

– Пилтор, здесь Луара, – позвала девушка. – Я тут кое-что нашла, подождите немного, я сейчас закончу и все расскажу Вам.

– Ты где, гибонька моя? – спросил Пилтор, глядя куда-то в потолок.

– Я нашла настоящую систему управления этим кораблем и сейчас нахожусь в пилотском кресле, оно установлено за фальшивой переборкой, – пояснила Лу, кокетливо добавив, – только вы не смотрите, ладно, пока я буду отключаться.

– Ладно, – Пилтор потрогал рукой голову и поплелся обратно к пилотскому креслу ласьенов.

– Так. Мы выходим, – сказал я обоим гибким. – Хони, заканчивай диагностику и адаптацию всего оборудования. Если что-то из ласьенских устройств не совмещено, ищи в открытой сети, не маленькая уже. Доложи, когда закончишь, мы пока поговорим с твоим хозяином, постараемся вас познакомить и подружить. Кстати, у тебя как обстоят дела с голографической проекцией в пределах корабельных отсеков?

– По большому счету почти везде оборудование отсутствует, – пришел неутешительный ответ. – Могу создать нормальную голограмму в боевой рубке, в кают-компании и в новом отсеке, где много воды. Еще есть возможность создать плоскую проекцию в пищевом блоке и медотсеке. Это все.

– Хорошо, занимайся, – дал я распоряжение, жду отчета.

Пилтор выглядел уже не так печально, как при первой встрече с Луарой, видимо, лекарство пошло на пользу, а может и здоровый во всех отношениях сон. По крайней мере, взгляд его избавился от утренней мути, да и руки перестали предательски дрожать.

– Что же ты нашла, моя милая? – спросил хозяин, когда Лу села на соседнее кресло. – Я вижу, ты тут немного набезобразничала, оно хоть того стоило?

– Простите меня, Пилтор, – взял я слово, – Вы спали, и я решила Вас не беспокоить. А это и еще кое-где я все соберу, будет, как раньше. Зато у меня для Вас есть неожиданная и весьма хорошая новость.

Пилтор вопросительно задержал взгляд на Луаре.

– Ваша яхта далеко не проста, – продолжил я, подумывая, как бы аккуратно ввести владельца в курс дела. – Вы знали, что у Вас на борту установлено четыре ракеты космос-космос среднего радиуса действия?

– Откуда им тут взяться? – зрачки Пилтора от удивления расширились, а хвост заметно дернулся. – Вы ничего не перепутали, милая? Это просто яхта, а не военный корабль.