Королевский Совет - Ричард Швартц

Я видел менее опустошённые поля сражений. Три десятка тел лежали неподвижно, словно брошенные куклы, и я слышал, как громко причитали женщины, в то время как легионеры с мрачными лицами бегали вокруг, чтобы оказать помощь там, где она была нужна.

― Боги! ― вырвалось у меня, когда мы добрались до Аселы. ― Что здесь произошло?

― Проклятый, ― с болью произнесла она. И когда лекарь с помощью маленького пинцета удалил расплавленный метал с её обожжённой кожи, выругалась: ― Боги! Она чувствует боль гораздо сильнее, чем чувствовала когда-либо я! ― Остальные непонимающе посмотрели на неё, но я просто кивнул.

― Я рад, что вы ещё живы, ― промолвил я.

― Вы ― Сова Асела, верно? ― спросила Лиандра.

― Видимо так и есть, маэстра.

― Как такое случилось? ― Лиандра выглядела озадаченной. ― Я всегда только слышала о вашей великой силе. Как он смог так сильно навредить вам?

― Клятва также повелевает мне защищать людей, маэстра, ― сжав зубы выдавила Асела. ― Что сделали бы вы, если бы проклятый развязал пожар? Оставили умирать людей? Он поджёг сразу десятки домов, и у меня не было выбора, кроме как привлечь огонь на себя.

― Боги! ― вырвалось у меня, когда я постепенно начал понимать, что здесь произошло. Теперь и почерневшие фасады домов вдали приобрели смысл. ― Весь район?

― Да. Он был демонически силён, и я не смогла спасти всех. И это моя вина, я была неосторожна!

― Что случилось, Асела? ― спросила Серафина, обеспокоенно опустившись на колени и положив руку ей на колено. ― Как ты? С тобой всё будет в порядке?

― Спасибо, Фина, что беспокоишься обо мне… ― сказала Асела гораздо более мягким голосом. ― Проклятье! Почему я всё время плачу! Такие вещи случаются… не из-за чего устраивать водопад… ― Её плечи дрожали, и Серафина обнимала её, пока та плакала.

Я посмотрел на неё, ту, что была Бальтазаром, и понял, что серьёзно беспокоюсь за неё.

― Я ошибалась, ― тихо призналась Асела. ― У него была другая миссия, чем я думала. Видимо, Коларону не нравится, когда одна из его игрушек ускользает от него. Проклятый получил новое задание: поймать и уничтожить меня. ― Она в недоумении покачала головой. ― Я угодила прямо в его ловушку, как какой-то юнец!

― Но вы уничтожили его, ― заметил я.

― Нет, ― сказала она, подняв обожжённое лицо. ― Я заключила его в камень, но не могу победить, он слишком силён! Вот почему я послала за вами. Нам нужен изгоняющий меч, чтобы уничтожить его. ― Она подняла дрожащую руку. ― Там, где стоят солдаты… Вы найдёте его там.

Мы его нашли: он был заключён в расплавленный камень, слепой и обугленный, но всё ещё живой.

Увлечённая беседой, Асела шла здесь с одним из Перьев, когда Тивстирк атаковал её ― копьём из огня и дыма, убившим с первого штурма дюжину людей.

Битва длилась долго, очевидцы едва могли описать её, говорили о молниях, огненных образах, сияющем свете и тёмном дыме, о льде и блестящих сферах, о проникающих сквозь каменные стены домов серебристых осколках, словно те были сделаны из шёлка. Но Асела неустанно оттесняла некроманта всё дальше и дальше, окутывая его в мерцающий барьер, затем в шар, пока Тивстирк не призвал пламя, которое охватило всё в большом радиусе, но лишь на мгновение, затем пожар исчез, вонзившись в проклятого как копьё из света и огня.

Наездник душ застрял на дне застеклённой ложбины, глубиной в один шаг и шириной в восемь. Он был по левое плечо в стекле, которое зловеще светилось красным светом под поверхностью ― и Тивстирк был ещё жив.

Я вытащил Искоренителя Душ, но Зокора остановила меня. Взяв обугленный кусок дерева, она воткнула его в землю. Он медленно погружался, и когда она вытащила его, за ним тянулись стеклянные нити.

― Это расплавленное стекло, Хавальд, ― сказала она. ― Даже ты не сможешь здесь выжить.

Пока наездник душ страдал, души отделялись от него, поднимаясь к Сольтару. И пока мы стояли там, его кожа продолжала обновляться, а в следующий момент отслаиваться из-за жара.

Он кричал от боли, но ненадолго умолкал, когда жар лишал его голоса.

― Не одолжите ли вы мне свой меч, генерал Копья? ― устало спросила Асела. Она, хромая, с трудом подошла к нам.

― Только если вы в свою очередь используете его дар, ― тихо ответил я. ― Вы выглядите ужасно.

― Вряд ли я откажусь от вашего предложения.

Она улыбнулась почерневшими губами, которые потрескались, обнажив живое мясо.

Я вытащил Искоренителя Душ и во второй раз за этот день одолжил меч.

Асела взяла его, сделала жест рукой и вышла на стекло. Её тёмные сапоги оставляли следы и дымились, но, казалось, это не беспокоило её. Она подошла к проклятому и опустилась на колени.

― Надеюсь, ты страдал достаточно. Как тебе то, что она оказалась не беззащитной? Неожиданно, верно? Когда она ещё обладала собственной волей, она мечтала об этом.

Наездник душ издал булькающий звук.

― Побереги свои слова, ― холодно промолвила Асела. ― Она их не слышит, и они больше не могут причинить ей боль.

Она подняла Искоренителя душ и вонзила клинок в череп проклятого. Перед моими изумлёнными глазами вверх поднялись души. Их было так много и они следовали подряд друг за другом, что образовалась мерцающая колонна, свет который видели и все остальные.

― Да будет так, ― звучно сказала Асела и встала. Она сделала шаг назад, пока проклятый все ещё извергал души, а затем в мгновение ока рассыпался в прах.

Яркий свет заиграл вокруг Аселы и распространился, как волна, окутав нас и всех присутствующих далеко вокруг. Она открыла рот в крике и задёргалась, чуть не уронив Искоренителя Душ, прежде чем всё закончилось, и она пошатываясь, подошла к краю наполненной стеклом ложбины где, тяжело дыша, остановилась перед нами.

Когда она подняла голову, с её лица были стёрты не только раны от огня. Она посмотрела на меня с выражением удивления и улыбнулась.

― Надеюсь, вы знаете, каким обладаете мечом, ― выдохнула она и рухнула на пол.

«Нет», ― подумал я, поднимая клинок, видимо, не знал, потому что повсюду вокруг нас люди удивлялись и смеялись, заметив чудо: раны большинства стоящих вокруг людей зажили. Только мёртвые, они всё ещё лежали неподвижно.

― Помогите мне