Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка - София Волгина

– Видишь, Харитон, какой основной товар должен быть закуплен в следующий раз?

– Ну, да, вижу, знаю. А также, может, ты заметил, как народу нужны ковры с лебедями? – Слон согласно кивнул. – Все купим, – продолжал Харитон, – поедем летом, а там и в помине нет ни шапок, ни ковров – с сарказмом заключил Харитон.

– А для чего у тебя Клеоники там? Телефон у нее мы взяли, я позвоню из Караганды по междугородке. Спрошу ее. Что ей стоит? Она же ходит по универмагам… И про остальной товар спрошу, что сколько стоит. А нам с тобой только рассчитать надо свои денежные запасы. – Слон сделал хитрое лицо. – Знаешь, с запасами у меня теперь будет получше, так что задумал я, – зачнешь что?

– Что?

– Никогда не догадаешься!

Харитон пристально посмотрел на него.

– Тогда выкладывай!

Слон гордо повел бровью.

– Хочу поставить себе телефон. Только вот думаю, как и кому взятку дать. Телефон же простому смертному не ставят. Нужно быть на важной работе. Не иначе.

Харитон опять вперил в него свой пристальный взгляд, потом согласно кивнул:

– Да, было б хорошо, если б у тебя появился телефон. А то, когда ты в Караганде, никакой связи с тобой нет. Хоть письма пиши. А так, я всегда смогу позвонить тебе с работы.

– Ну и написал бы. А то я, как дурак, всегда все бросаю и еду узнать, как у тебя дела. А мечта о телефоне сомневаюсь, чтоб осуществилась…, – печально изрек Слон.

– Ладно, все у тебя получится…, не печалься, – весело уверил его Харитон, – ты только постарайся. Ну, а на этот раз у нас все уже запланировано: едем тогда, когда приедет в Москву Алексис. А нам собраться не трудно. У меня как раз надвигается трудовой законный месячный отпуск. Из них я уже десять дней отгулял. Так что все путем! – Харитон от избытка хорошего настроения хлопнул друга по плечу так, что тот присел.

– Ну ты что – сломаешь плечо, сам чемоданы будешь таскать!

Слон потер своей широкой ладонью около шеи.

– Извини, брат. Не знаю откуда у меня такая силища, – усмехнулся Харитон.

– Ладно тебе, силач нашелся. Это я так неудобно сидел, мышцу заклинило.

– Поэтому я тебе ее и размял, – засмеялся Харитон, откровенно насмешничая над пострадавшим.

Привезенный товар быстро уходил. С девятого поселка приехал сын тетки Кицы, скупил треть товара. Говорил: для своего дома, для матери, жены. На самом деле, там у себя в поселке, он продавал некоторые вещи еще дороже, и оправдал таким образом расходы за тот товар, что оставил себе. Лихо действовал Юрка Саввиди! Немало купили у новоиспеченных коммерсантов, по почти не завышенной цене и Кики, и Харик и Яшка

– Генерал Христопуло, а также соседи – немцы Фогель, Рейтенбахи. За три недели ушло почти все. Неожиданно для себя Харитон и Слон, оказались обладателями кругленькой суммы. Они надеялись получить приличную сумму за этот оборот, но не так много, как оказалось на самом деле. Подсчитав выручку в доме Самсона, весь оставшийся день, друзья восторженно и неустанно хлопали по плечам и спинам друг друга, не веря своему везенью.

– Ну, что я говорил, Харитон! Скажи спасибо моей настойчивости. Каких-то десять дней в поездке и такие деньги! – губы Слона тянулись к ушам и собрать их в исходное положение у него не было никаких сил. У Харитона тоже блестели глаза:

– Да, брат, дела наши не халам – балам. Живем!

– Ну, когда теперь снова поедем? – ехидно спрашивал Слон.

– Да, хоть завтра! – бравировал Харитон.

– Поехали на восьмое марта?

– Мы ж летом собирались…, к приезду Алексиса.

– И летом поедем. Старик – дружище, чем чаще мы будем ездить, тем быстрее разбогатеем!

– А как же работа? – морщил лоб Харитон. – Уволят же, к чертовой матери, причислят к тунеядцам. Как ты выкручиваешься на своей стройке?

– Да, я уволился оттуда. А тебе придумаем что-нибудь. Привезешь начальникам своим что-нибудь и, сам увидишь, все уладится… Деньги все могут сделать, сам знаешь, – настойчиво убеждал друга Слон.

– Ладно, посмотрим, – сдался Харитон, – а ты, что так нигде и не собираешься работать? Хочешь по статье сесть в тюрьму, тунеядец проклятый?

– За меня не беспокойся, проблем со мной не будет. Я устроюсь на такую работу, где можно всегда легко найти себе замену.

– Сторожем, что ли?

– Зачем же? – Слон, аккуратно рассовывал по карманом пачки мятых денег. Найдем что-нибудь поинтереснее. Хотя, сторож, очень удобная позиция для таких, как я.

– Спекулянт бессовестный, – насмешничал Харитон.

– От такого слышу, – у Слона, яркие сочные девичьи губы так и улыбались, как бы сами себе.

– Куплю теперь такие кресла, как у Клеоники. И телевизор.

– Муж ее говорил, что для телевизора нужна телевизионная станция, – улыбался Слон.

Харитон озаботился:

– Ну, а в Караганде, что, нет такой станции?

– Телевизора я пока ни у кого не видел. Хотя, сам знаешь, я недавно только с армии. Спрошу у Дины. Если, что, то, конечно, телевизор первым делом куплю.

– Везет же тебе, – Харитон хмурил лоб. – Надо бежать из нашей деревни в какой-нибудь город.

– Переезжай в Караганду.

– А, может, в самом деле, рвануть куда-нибудь…хоть в Джамбул. Ирини звала, говорит, там тепло, фруктов много. Греки туда понаехали, так что не умрем с тоски. Поехали вместе, что тебе делать в ледяной Караганде?

Как всегда, Слон слушал Харитона, широко открыв свои бархатные глаза и периодически дергая свой затылочный вихор, отчего его голова всегда была склонена то к одному, то к другом плечу, в зависимости, какой рукой он его дергал.

– А что, это идея! – воодушевленно потер руки Слон. Он привык с детства поддерживать друга во всем. – Люблю тепло. Я же южный человек. Вот заживем мы там! – Слон аж зажмурил свои глаза.

Друзья посмотрели друг на друга, фыркнули и засмеялись. Нет, решительно, у них все в жизни шло славно. Но Харитон быстро посерьезнел. Мысль о Анастасии Андреевне отрезвила его. «Куда я поеду без нее? Размечтался, дурак».

– Хотя…, – кто его знает? – сказал он многозначительно. – Может, Эльпида не захочет… оставлять своих стариков…

– Да-а…, – помрачнел следом Слон, – и моя Дина согласится ли? Она так любит свою поликлинику и свой коллектив. Давай лучше повременим с этим, Харитон. Слон просительно заглянул ему в лицо. Он подошел к окну, поставил пластинку на недавно приобретенной Харитоном радиолу. Зазвучала печальная военная песня Бернеса «Бьется в тесной печурке огонь», звуки которой почти сразу забил тракторный рокот. Слон выглянул в окно. К дому Роконоцы подъехал на своем тракторе Харик Христопуло, и