Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка - София Волгина

так, что она, кажется, его избегает. Харитона так и подмывало подойти к этому молодцу, взять за грудки, тряхнуть и предупредить, чтоб впредь не маячил у нее перед глазами. Но кто он сам такой? По меньшей мере, таким поступком он всех удивит, а дойдет до жены, все и откроется для нее. Так и ходил Харитон, сжимая кулаки, сталкиваясь с новым физруком в спортзале.

Кажется, Анастасия Андреевна всех избегала и его тоже, в том числе. Расписание ее уроков изменилось и теперь по субботам она не работала. Так, что в школе они встречались только на субботниках, или собраниях, то есть крайне редко. Если приходилось встретиться в их переулке, то Настя отводила глаза и разговаривала с ним совсем недолго. Домой он к бабе Нюре не приходил: неудобно было вести разговоры под проницательным надзором бабы Нюры. Да и прихварывала она что-то уже два месяца, в основном, лежала в кровати. Мишутка подрос за последний год – бегал по улице с соседскими чеченятами и немцами, не угонишься.

Между тем Харитону и Слону удалось довольно удачно съездить дважды в Москву в начале марта и в середине июля. В последний раз, директор магазина Прокопиди, пригрозил, что уволит с работы, если так часто будет себе устраивать мини – отпуска. Слон предложил привезти груза побольше: неизвестно, когда еще удастся их «Компании и К» провернуть торговый оборот в следующий раз. По этому поводу специально взяли с собой жену Слона, Дину, которая страсть, как хотела посмотреть Москву. Самое же главное они смогли повидаться с Алексисом Метакса. Друзья были приятно удивлены, когда увидели, что на вокзале их встречают Алексис с Клеоники. В первый день, после упорных хождений по универмагам и рынкам, вечером они просидели чуть ли не до утра, вспоминая прошлое, размышляя о настоящем и будущем. Муж Клеоники много пил, но почему-то не пьянел. Харитон попросил поделиться, как это у него получается. Клеоники ответила за мужа:

– Знаешь, у тебя уже не получится, здесь нужна длительная и продуманная тренировка.

– Интересно, – хмыкнул Харитон, недоверчиво поглядывая на хозяина квартиры.

– Умница моя, – сказал польщенно муж. – Откуда ты знаешь, жена? Я ж тебе не говорил об этом.

– Так вот, знаю, Славик, – ответила уклончиво Клео.

– Она правильно говорит, – подтвердил тот Харитону. – Я думаю, что именно продуманная тренировка помогает мне быть всегда в форме. А иначе, если буду постоянно только и делать, что спьяну спать, то, как тогда узнаю последние новости из минской жизни родственника моего Алексиса. Или о новостях Казахстанской жизни? Мне ведь интересно. Я любопытный человек. А ты, Харитон?

– Я? – смутился Харитон. – Не знаю. Как будто нет.

– Нет, это я любопытный, – вмешался Слон, – а, он так, больше себе на уме.

– Ты, Алик, загибаешь, что-то. Я о Харитоне так не думаю. Человек он открытый, – отметил, тараща свои покрасневшие глаза, хозяин квартиры.

– Хм… Ты, считаю, открытый, а Харитон, как раз наоборот, закрытый, – заявил Слон. – Я так думаю. Но человек, конечно, хороший. Этого у него не отнимешь. Потому я ему первый друг, – ткнул он себя кулаком в грудь.

– Душевный ты человек, Слон, – заметил ему вполне серьезно Харитон. Но тут же обратился костальным:

– Ребята, мы все хорошо дернули спиртного, так что не будем обсуждать друг друга. А?

– Правильно, не будем переходить на личности, – согласился Алексис.

– Ну, а все же, расскажи Алексис, как там в Минске жизнь твоя протекает, – попросил Слава, – устраиваясь на удобном кожаном диване, подпихнув за спину крошечную подушку. – Я же говорил, человек я любознательный.

– Да, да, – расскажи, – присоединились Слон и Клеоники.

Алексис рассусоливал не долго. Рассказал об Институте, некоторых профессорах, о ребятах-друзьях.

– Ну и нравится тебе там?

– Очень нравится! Там ощущается европейский дух. Культурная нация – белорусы.

– Останешься там, что ли? – спросила Клеоники.

– Не знаю. Сестра Валентина там живет…

– А, я здесь живу, и вы оба переедите в Москву, – категорически заявила сестра.

– Мы поможем, – поддержал ее муж.

– Ну, посмотрим, – отклонил дискуссию Алексис, – посмотрим, сестрица. «Жизнь покажет!», как говорят мудрые люди.

– А я вот мечтаю о Москве. Мы, то есть, я с Диной мечтаем. Вот накопим много денег, подкупим нужного дядю и пропишемся здесь. Снимем комнату. Потом квартиру получим.

– У тебя все так запланировано, как будто видишь, что с тобой будет через год и через десять, – удивился Алексис.

– Он у меня такой, – подтвердила Дина.

– А вот меня больше интересует, как там в Казахстане? Как осакаровские родные? Как Генерал, Роконоца, Ирини? Выкладывайте все новости и поподробнее, а то ваши рассказы слишком скупые, – обратился Алексис к друзьям.

Харитон и Слон выложили все новости: Роконоца дождалась Ирини этим летом. У подруг Эльпиды, Ирини и Кики пополнение – родили почти в одно время. У сестер дочки, а у Эльпиды сын. Алексис уважительно похлопал по плечу друга.

– Ну Дмитрий, счастливчик! Как назвал сына?

– Георгием!

– Ах – ах, загордился, – поддел его Слон и тут же предложил:

– А давайте выпьем за здоровье детей наших осакаровских родных и друзей!

Выпили еще по стопке и Митька рассказал, что Харитон Христопуло все страдает за своей Парфеной, но замуж ее так и не отдали за него. Генерал работает, хорошо зарабатывает. Купил новую мебель и радиоприемник, перестроил и расширил сарай. У Эльпидиных родственников ничего не изменилось, кроме как теперь дружно нянчат Георгия.

При упоминании о нем, все еще раз дружно поздравили счастливого отца, подняли тост за него и выпили. Все заговорили, наперебой перекрикивая друг друга. Но Алексис поднял руку, прося тишины.

– Подождите, ребята. Дайте еще спросить казахстанцев.

Обратившись к Слону с Харитоном, чуть заплетающимся языком, он спросил:

– Целину недалеко от вас подняли? Элеватор осакаровский, небось, переполнен пшеницей…

– Поднимают, – ответил Харитон. Столько людей новых и техники! Такое впечатление, что на полях гудит день и ночь.

– Да, великое дело – Целина, – оживился, как будто задремавший после последней рюмки, Слава, – я тоже хотел бы туда податься. Да не отпустили. Здесь нужен, – заявил он многозначительно.

– Да, там переводчики не нужны, – усмехнулся Харитон, – там в основном герои – рабочие: украинцы, казахи, узбеки, короче со всех республик ребята. Особый народ. Живут чуть ли не под открытым небом, ни помыться, ни побриться, а им хоть бы что. Довольны, и все им нипочем.

– Это-ж сколько их там понаехало?

– Сотни тысяч. Так я слышал. Может, полмиллиона или больше, – ответил Слон. Когда мы отсюда обратно в Осакаровку ехали, с нами ехал начальник строительства в Акмолинске, так он говорил, что примерно четыреста тысяч молодых ребят