Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

вечно пребывать в окружении некомпетентных тупиц. Глория Рассел неподвижно сидела напротив. Ричмонд переспал с ней с полдюжины раз — и полностью потерял интерес к этому делу. Когда придет срок, он вышвырнет ее вон. Следующая его администрация будет состоять из гораздо более способных людей. Подчиненные позволят ему сосредоточиться на его собственном ви́дении страны. Он шел к президентству не ради того, чтобы корпеть над мелочами.

— Вижу, мы ни на дюйм не поднялись в опросах общественного мнения. — Президент не смотрел на главу своей администрации; ее ответ он предвидел заранее.

— Неужели так важно, победишь ты, набрав шестьдесят или семьдесят процентов?

Ричмонд стремительно обернулся.

— Да, — прошипел он. — Да, это очень важно!

— Я предприму дополнительные усилия, Алан, — прикусив губу, ответила Рассел. — Будем надеяться, мы получим абсолютное число голосов Коллегии выборщиков.

— Это минимум того, Глория, к чему мы должны стремиться.

Рассел опустила взгляд. После выборов она отправится путешествовать. По всему миру. Туда, где она никого не знает и никто не знает ее. Начать все сначала. Вот что ей нужно. И тогда все будет в порядке.

— Ну, по крайней мере, наша маленькая проблема решена. — Сплетя руки за спиной, президент смотрел на нее. Высокий, стройный, безупречно одетый и ухоженный, он был похож на командующего непобедимой армадой. Но опять же, история показала, что непобедимые армады на поверку оказываются гораздо более уязвимыми, чем думают люди.

— Предмет уничтожен?

— Нет, Глория, он лежит у меня в столе. Не желаешь на него взглянуть? Быть может, тебе снова захочется сбежать с ним…

В его голосе прозвучало такое презрительное снисхождение, что Рассел захотелось срочно завершить встречу. Она встала.

— Это всё?

Покачав головой, президент отвернулся к окну. Глория только успела положить руку на ручку, как та повернулась, и дверь открылась.

— У нас проблема. — Билл Бёртон обвел взглядом присутствующих.

* * *

— Так что ему нужно? — Президент посмотрел на фотографию, которую ему вручил Бёртон.

— В записке это не сказано, — тотчас же ответил тот. — Могу только предположить, что, поскольку у этого парня на хвосте сидит полиция, ему срочно нужны деньги.

Президент выразительно посмотрел на Рассел.

— Меня очень интересует, откуда Джек Грэм узнал, куда посылать фотографию.

Услышав тон президента, Бёртон насторожился. Хотя меньше всего на свете ему хотелось выгораживать Рассел, сейчас не было времени для разборок.

— Возможно, ему сообщил Уитни, — предположил он.

— Если это так, Грэм слишком долго ждал, чтобы потанцевать с нами, — выпалил в ответ президент.

— Возможно, Уитни ничего не сказал ему прямо. Грэм мог сам догадаться. Сопоставив одно с другим.

Президент швырнул фотографию на стол. Рассел поспешно отвела глаза. Один только вид ножа для конвертов парализовал ее.

— И каким образом это может нам навредить? — Президент пристально посмотрел на агента Секретной службы, словно стараясь заглянуть в самые потаенные глубины его сознания.

Сев, Билл потер подбородок ладонью.

— Я думал над этим. Вполне возможно, Грэм просто хватается за соломинку. Он сам попал в переплет. А его подружка в настоящий момент прохлаждается на нарах. Я бы списал все на отчаяние. Его внезапно осеняет догадка, он складывает два плюс два и решает рискнуть. Посылает нам эту фотку в надежде на то, что она имеет для нас какую-то ценность и мы хоть сколько-нибудь за нее заплатим.

Встав, президент взял чашку кофе.

— Мы можем найти Грэма? Быстро?

— Мы его обязательно найдем. Вопрос в том, насколько быстро.

— А если мы просто оставим его послание без внимания?

— Скорее всего, он ничего не предпримет, просто поспешит смыться куда подальше.

— Но опять же, остается вероятность того, что полиция его схватит…

— И он все выболтает, — закончил за него Бёртон. — Да, такое возможно. Вполне возможно.

Ричмонд взял фотографию.

— Если в подкрепление своих слов он сможет предъявить только это… — В его голосе прозвучало сомнение. — По-моему, нам не о чем беспокоиться.

— Меня тревожит не столько обличительная ценность этой фотографии.

— Ты боишься, что обвинения Грэма вкупе с теми мыслями, которые породит у полиции эта фотография, могут обернуться весьма неприятными вопросами?

— Что-то в таком духе. Помните, вас могут уничтожить даже голословные обвинения. Вам предстоят перевыборы. Вероятно, Грэм видит в этом своего козырного туза. В настоящий момент плохое освещение в прессе может стать для вас смертельным.

Президент задумался. Ничто, никто не должен помешать его переизбранию на второй срок.

— Откупаться от Грэма бессмысленно, Бёртон. Ты это прекрасно понимаешь. До тех пор, пока он жив, он будет представлять опасность.

Ричмонд посмотрел на Рассел. Та все это время сидела молча, сложив руки на коленях и уставившись в пол. Взгляд президента впился в главу его администрации. Какая же она слабая!

Сев за стол, президент принялся перебирать бумаги.

— Разберись с этим, Бёртон, — небрежно бросил он. — И как можно быстрее.

* * *

Взглянув на часы на стене, Фрэнк закрыл дверь своего кабинета и снял трубку. Голова у него по-прежнему болела, но врачи предсказывали полное выздоровление.

— Гостиница «Экзекьютив», — послышалось в трубке.

— Номер двести тридцать три, пожалуйста.

— Минуточку.

Секунды тянулись невыносимо медленно, и Фрэнк начал беспокоиться. Джек должен был находиться у себя в номере.

— Алло!

— Это я.

— Как жизнь?

— Готов поспорить, лучше, чем у тебя.

— Как Кейт?

— Ее выпустили под залог. Я добился того, чтобы ее дело передали мне.

— Не сомневаюсь, она просто в восторге.

— Мне в голову пришло другое слово… Послушай, на мой взгляд, тут запахло жареным. Послушайся моего совета и уноси отсюда ноги ко всем чертям. Ты сейчас напрасно теряешь время.

— Но Кейт…

— Слушай, Джек, против нее есть показания только одного типа, который пытался вытянуть из нее эксклюзивное интервью. Его слово против ее слова. Больше тебя никто не видел. Кейт без труда отмахнется от обвинений. Это будет проще простого. Я уже переговорил с заместителем генерального прокурора. Он серьезно настроен на то, чтобы закрыть дело.

— Даже не знаю…

— Черт возьми, Джек, у нее все просто замечательно, чего не скажешь о тебе, если ты не начнешь думать о своем будущем. Тебе нужно убраться отсюда. И это говорю не только я. Но и Кейт тоже.

— Кейт?

— Я виделся с ней сегодня. У нас с ней мало точек соприкосновения, но в этом мы сходимся.

Расслабившись, Грэм тяжело вздохнул.

— Ладно, и куда мне отправляться и как туда попасть?

— Мое дежурство заканчивается в девять вечера. В десять я буду у тебя в номере. Собери свои вещи. Об остальном я позабочусь. А пока что никуда не выходи.

Положив трубку, Фрэнк шумно вздохнул. Он очень рисковал. Лучше не думать об этом.