Пешки Сдвига - Вадим Громов

Алмаз, глазами - незаметно показал Лихо, на прохаживающегося мимо них - Молоха: и, на мгновение жёстко прищурился. Блондинка, так же обозначила отрицательное покачивание головой. К этому времени, возле сумасшедшего, тенью нарисовался Сфинкс. Стало понятно, что, желанную вариацию с заложником - повело в сторону практически непредсказуемого результата. С такими-то слагаемыми... Выжидаем, друзьям мои, выжидаем: терпение - великая вещь. А, что касается всего остального: должен быть шанс, обязательно должен!

- Прошу к столу! - Молох, жестом бесконечно хлебосольного хозяина, указал на стол. - Я настаиваю, чтобы вы, сейчас разделили со мной эту трапезу. Ну-ну, не стоит думать, что всё отравлено: это было бы слишком мелко для бога... Я расправляюсь с непокорными по-другому. Вам повезёт, если вы не узнаете, как это происходит...

"Добрый доктор Айболит! - Книжник осторожно, будто находился босиком - посреди склада стеклотары, после бомбёжки; пошёл вперёд. - Где ж, ты бродишь, паразит... Твой клиент сейчас не буен; но того гляди - вскипит...".

Недалеко от стола, на высоте примерно двух с половиной метров - находилась большая плазменная панель, с подключённым к ней - проигрывателем формата "блю-рей". Очкарик косанул взглядом, по целому Монблану дисков, выхватил несколько знакомых названий. В голове, забрезжили - пока ещё смутные, не оформившиеся целиком ассоциации; вымышленного - с реальным. Ну-ка, ну-ка... Допустим, что это - не шанс, но кое-что проясняет. Определённо. Подтверждение бы ещё заиметь...

Уселись за стол. Лихо, не дожидаясь любезного приглашения к ужину, пододвинула к себе - ёмкость с каким-то салатом; и, принялась активно накладывать в тарелку.

- Весьма рекомендую. - Молох, сидящий напротив блондинки, пригубил из своего бокала. - Мой любимый салат. Хорошо сочетается с сухим вином; да только одна проблема - неоткуда взять сухого вина... А так - просто великолепно.

Следом за Лихо, к угощению, потянулись все остальные. Коли уж предложили пожрать, и далеко - не тушёных клопов: чего отказываться-то? А ведь, могли и не предложить...

Глава Мути, положил себе чуть-чуть какой-то подливки, и лениво ковырял её, продолжая отпивать из бокала, мелкими глоточками; снисходительно поглядывая на наворачивающих за обе щёки - гостей. Клятый Сфинкс, заложив руки за спину, бесшумно прохаживался за спиной Молоха, отмеривая по три шага, влево и вправо.

"Маятник, твою мать... - Блондинка сунула в рот ложку (вилок, несмотря на присутствие Сфинкса и, двадцати уродов со смертоубийственными приспособами: четвёрке не дали), с кусочком чего-то мясного, приготовленного со специями. - Мистер Невозмутимость. Не было бы тебя, давно бы - верещал бы этот ряженый; умоляя мамочку - простить засранца...".

Рассредоточенные по залу вооружённые мутанты, бдили на совесть, почти не сводя глаз с участников ужина.

- А вот и наши долгожданные гостьи! - Неожиданно возвестил Молох, вытаращившись за спины четвёрке, своими, не внушающими ничего, кроме недоумённого отвращения - непроглядно-белыми, чуть навыкате "шарами". - Девочки, почему же так долго?

- Просим прощения... - Блондинка узнала голос Виктории. - Возникли проблемы, чисто женского свойства. Пришлось потратить некоторое время, на их решение...

- Надеюсь, всё в порядке?

- В абсолютном. Больший порядок, есть только в этом городе.

- Дражайшая Виктория, снова льстит мне. - Молох изогнул уголки губ в подобии улыбки. - Так неприкрыто, так пронзительно. Бывает, что и боги - не чужды простой лести. Как сейчас.

Рыжая обогнула стол и, села справа от шизика, налив себе, в точно такой же бокал - как и у Молоха; чего-то бледно-розового, обладающего терпким ароматом. Отпила добрый глоток.

Следом за ней, в поле зрения "гостей поневоле", неожиданно появились новые действующие лица. Две близняшки. Невысокие пухленькие шатенки, с отлично развитыми формами, одетые в столь откровенные платья, с соотношением "20 на 80". То есть - двадцать процентов тела, было кое-как прикрыто тёмно-алой материей: а остальные восемьдесят - были выставлены напоказ, с максимальной эффектностью.

Звякнула о тарелку, выпавшая из рук Книжника - ложка. Сам очкарик - беззастенчиво пялился на близняшек, раскрыв рот, казалось - позабыв обо всём на свете. Шатун с Алмазом, не отреагировали с подобной откровенностью: но, всё равно - было заметно, что амур, если не влупил в яблочко; то наверняка - оцарапал ниже пояса. Одна только Лихо, устойчивая к женским чарам, смотрела под другим углом, выискивая хоть один признак мутации. Признаков не находилось.

- Здравствуй, мой хороший... - С сексуальной хрипотцой в голосе, слажено промурлыкали прелестницы и, одновременно поцеловали Молоха в щёки. - Сегодня будет весело, так же - как всегда?

- Всё будет зависеть от наших друзей. - "Бутафорский властелин" похлопал близняшек по обнажённым плечам. - Я очень надеюсь, что они не подведут.

Шатенки уселись слева от Молоха, положив себе первое, что попалось под руку. И, почти сразу же - принялись постреливать глазками, в сторону насыщающегося Шатуна. Которому, от такого внимания - кусок в горло, стал пролезать с некоторым усилием.

- Предупреждая возможные поползновения, хочу сказать. - Шизофреник в костюме звездочёта, откинулся на спинку своего полукресла. - Сегодня - званый вечер, и никаких вопросов о вашей дальнейшей участи - задавать не следует. Могу заверить, дав слово бога; что до завтрашнего полудня - вас никто не тронет и пальцем. Не в буквальном смысле, конечно же: но - при условии, что ваше поведение, неожиданно - не примет вызывающие формы... Можете не отвечать, я и так вижу, что прониклись...

"Плазма" неожиданно включилась, и по экрану зашустрили хорошо вооружённые типажи: пытающиеся укокошить типажа, вооружённого только консервным ножом, и - несгибаемым взором, в котором полыхала уверенность в будущей победе.

Молох вперился в экран, потеряв всякий интерес к гостям: и - ко всему остальному. Брезгливо щерясь каждый раз, когда положительный элемент, выстёгивал из криминальных рядов - элемента отрицательного. Сейчас для него, существовал только светящийся экран плазмы. Подчиняясь какому-то наитию, Лихо посмотрела на Книжника, оторвавшегося от аппетитных форм шатенок, и - исподволь следящего за хозяином Мутантовки; будто бы - сопоставляющего какие-то кусочки, одному ему, понятной головоломки.

До сих пор, глазеющая на Лихо, с непонятными эмоциями - рыжая; гибко поднялась, обошла стол, и села рядом с блондинкой. Кривовато улыбнулась.

- Что, сука, кайфуешь? Повезло тебе.

Лихо молчала, никак не комментируя вышесказанное.

- Молох сегодня, даже на плевки в твою сторону - табу наложил... - Виктория всё с той же, кривоватой ухмылочкой, продолжала смотреть в упор. - Не говоря уже, о более проникновенном выражении чувств. Если бы не он; ты бы сейчас у меня в гостях - дерьмо, в два раза большей ложкой наворачивала. А я бы, слышала только самые изысканные комплименты - в адрес такой элитной кухни... И всё это - с улыбочкой, с воодушевлением. Но, если бы ты - хоть разок поморщилась: то я бы безмерно огорчилась... А, огорчаться - мне категорически противопоказано. Могу и кожу живьём снять, от огорчения.