Чудеса да и только! - Елена Федоровна Янук

class="p1">Что же, испытание холодом в зимних горах я прошла, теперь, видимо, настало время проверить себя жарой и морской солью. Солью, которая от изобилия казалась уже горькой.

Люблю смотреть на спокойное бескрайнее лазурное море под яркими солнечными лучами. Но сейчас оно меня пугало именно своей безбрежностью. Место, где меня выкинуло на берег, оказалось самым удачным из-за отсутствия мелкой поросли под деревьями и меньшим количеством гнуса.

Я поднялась и пошла по берегу назад. Судя по количеству обломком, корабль разбился о рифы. Неужели все погибли? Что делать мне? Завидовать мертвым? Идти куда глаза глядят?

Тут меня от скверных мыслей отвлек плавающий в прибрежной пене труп, судя по торчащему за поясом кривому оружию, скорее всего, пирата. Плечо было разодрано до мышц, кожа висела клочьями, кроме штанов, одежды на нем не было. Я хотела скорее уйти от страшного зрелища, но что-то меня остановило. Через миг я поняла, это плывущие рядом с телом, знакомые завязки от шелкового зеленого плаща, оставшиеся на голой шее утопленника.

На что можно было надеяться? Эльф все это время неподвижно плавал вниз головой!..

Но я в эти минуты я жила надеждой, что он жив.

— Лорм! Лорм… — словно в забытье всхлипывала я.

Бросив свои жалкие пожитки на песке, кинулась в море, которое не торопилось отдавать свою игрушку. Подхватив эльфа под плечи, дотащив до полосы прибоя, с трудом вытянула его на берег. Сейчас для меня это непосильная работа. Ноги предательски подгибались, сильно пораненное плечо эльфа кровоточило, мои руки то и дело соскальзывали из-за липкой крови и морской воды, но я смогла вытащить его на берег.

Дотянув до суши, упала рядом, прижала к себе его голову и замерла… понимая, что не решаюсь даже проверить, жив он или нет.

Эльф медленно открыл глаза и посмотрел на меня.

— Живой. Ты живой, живой… — я горячо обняла его голову, и расплакалась.

— Да… Хотя это странно, думал до берега не доживу… — прошептал он.

Я ответила ему благодарной полуулыбкой:

— Дотянул… Ты молодец. Молодец, Лорм!

Уберегая его от вездесущего песка, я аккуратно прикрыла рану Лорма своими просоленными юбками.

Мы так и сидели до самого вечера у кромки воды, отключившись от всего. Только коротко улыбались друг другу, от усталости не в состоянии говорить. И уснули прямо на берегу, тесно прижавшись, друг к другу, чтобы не мерзнуть.

Лорм прижался ко мне, крепко обхватив руками, я укрыла нас остатками своих одежд. Надо пережить эту ночь, и встретить новое утро.

Глава пятая

Побег с острова

Лорм

Первое утро на этом острове порадовало дождем: смыло соль с кожи и дало вдоволь напиться измученным жертвам кораблекрушения. Не будь подобного везения, мы уже бы погибли. Вскочив под упругие струи тропического дождя, мы с Фиалочкой радовались как дети:

— Вода!

Запрокинув голову к небу, я жадно ловил влагу ртом. Девушка в этот момент натягивала на себя одежду.

Я повернулся к ней:

— Что случилось? — Фиалочка слегка изменилась в лице и, торопливо ответила слегка дрожащим голосом:

— Хочу… чтобы соль смыло, — смущенно отозвалась она.

Я удивленно вскинулся на нее. Забавное пояснение. Достаточно повесить платье на ветку. Но я понимал, ее беспокоило другое: облепившая тело и ставшая от дождя абсолютно прозрачной тонкая рубашка и так пострадавшая от пиратов, а никак не горячее желание срочно отстирать одежду в пресных струях дождя. Стало ее жаль, хотелось остановить и успокоить, но я промолчал, не желая смущать деву еще сильнее.

Натянув платье, она заботливо поинтересовалась:

— Как твоя рука?

— Прекрасно.

— Я так и не спросила, что же тогда случилось, почему плечо выглядит, будто его рвали зубами?

— А его и рвали. Зубами, — я устало улыбнулся опешившей девушке.

Выловив оглушенную водой и почти утонувшую Фиалочку под водой, подсадил ее на деревяшку, я задержался у корабля, чтобы найти себе оружие. И едва не поплатился за это жизнью, когда пиратская посудина стала тонуть, меня едва не засосало следом в появившийся водоворот.

Припоминая происшедшие события, оценил, как безумно нам обоим повезло.

Фиалка растерянно смотрела на мою раненую руку, я отшутился:

— Акула решила перекусить, видимо, я выглядел как приличный завтрак. Но разинув пасть, неожиданно подавилась моим плащом, который в суматохе забыла снять. Чтобы она не мучилась, стягивая с меня прочую одежду, предложил ей меч в качестве столового прибора.

Фиалочка в ужасе покачала головой:

— Я представляю, как тяжело было сражаться с акулой в ее стихии. Но я думала, что животные эльфов не трогают… тем более в такую бурю, — наивно добавила она.

— Мне наверно неграмотная попалась, — улыбнулся я. И, спохватившись, поднял к небу лицо и открыл рот навстречу струям воды…

После встречи с агрессивной рыбиной, я мог кое-как собрать драгоценную жидкость одной рукой, торопясь напиться, всем известно, как коротки тропические ливни над этими островами.

Фиалочка, следом вспомнив о спасительном дожде, сложила ладони, набирая воду. Потом подошла ко мне, посмотрела в мои глаза, заглядывая глубоко внутрь, и протянула мне в ладошках воду.

Милая, что ты творишь⁈ Это же… Да глупости! Я улыбнулся и выпил щедро предложенную воду.

Очень скоро дождь прекратился и буквально за час теплый бриз выдул всю влагу, а горячие лучи так раскалили песок, что ходить стало невозможно.

Фиалочка пока не сильно пекло решила устроить завесу от солнца: вбила палки в песок, обложила листьями. Но конструкция оказалась столь зыбкой, что через полчаса все развалилось, оставив нас на солнцепеке.

Не в состоянии помочь ей, я сидел рядом и наблюдал, как сдувая с лица мокрые от пота волосы и стряхивая вездесущий песок, Фиалочка начала плести веревку.

— Что ты задумала? — с интересом спросил я.

— Я сплету веревку, а потом укреплю конструкцию шалаша… У пальм очень хорошие волокна, прямо созданы для веревки… — отозвалась она, очень быстро растирая огромные листья в ладошках, пока в ее руках не оставались тонкие полупрозрачные волокна, которые девушка отмывала в морской воде и заплетала в тонкие косички. Потом все эти кусочки ловко связывала вместе, получалась настоящая крепкая веревка.

Я закатал брюки и побрел по колено в воде, которая к вечеру стала теплая, нежная, словно шелковая.

Фиалочка так ловко управлялась с пальмовыми листьями, что рядом с ней быстро образовался настоящий моток из веревок. Я пораженно поинтересовался:

— Уже делала такое?

Она покачала головой:

—