Чудеса да и только! - Елена Федоровна Янук

день пираты выводили рабов в гальюн под бушпритом, заодно давали проветриться и пройтись.

Прошли неделя-две-три, казалось, путешествие никогда не закончится. Но даже столь относительное спокойствие на пиратском корабле не могло длиться долго. Пираты использовали магов, и судно неслось на огромной скорости, с каждым днем приближая нас к драконьему материку.

Но все кончается, закончилось и относительно спокойное время. Днем поднялся небольшой ветер, но ничего страшного погода не предвещала, всего лишь ускорила движение корабля, который почти достиг конечной точки путешествия.

Кок, судя по ароматному запаху горящего жира, готовил на костре что-то мясное. Команда, празднуя скорое прибытие, громко горланила песни. По палубе, которая была нашим потолком, то и дело радостно сновали пираты, топавшие как слоны. После каждого пробежавшего, сверху сквозь щели палубы сыпался песок, пираты не утруждали себя уборкой.

Быстро стемнело. Вытянувшись на полу, устроив из кусков паруса постели, мы пытались заснуть, когда услышали крадущиеся шаги, тяжелое дыхание и звук проворачивающегося засова. Кто-то вскрывал наш люк.

Как по команде, мы резко сели, вглядываясь в грозный силуэт на фоне звездного неба.

Филочка, испугавшись, нервно положила руку на пояс.

Разбойники проверить девочку не удосужились, но я знал, там у нее спрятан крошечный ножик, которым только апельсины чистить. Лучше бы она сидела без него, но спокойно.

Я тихо предупредил:

— Не вмешивайтесь! Вы слишком малы, чтобы вступать в бой с мужчинами.

— Если бы меня кто-то спрашивал, хочу ли я вступать куда-то… — грустно поглядев на меня, еще тише ответила милая воительница.

Сотрясая грязный пол, к нам спрыгнул толстый пират. Его длинные темные волосы висели липкими космами, кожа и одежда были грязными до омерзения. Плотоядный взгляд хищника выбравшего закуску, остановился на девушке. Пират смотрел с неприкрытой жаждой на ее грудь.

Защемило сердце, когда я увидел, как это пьяное чудовище похотливо разглядывает Фиалочку. Мои кулаки плотно сжались, в каждом задрожал магический огонь. Бешенство поглощает меня медленно, но остановить его невозможно. Я обратил к пирату холодный угрожающий взгляд, только попробуй ее обидеть!..

Гость перевел взгляд на меня и, приподняв голову, насмешливо крикнул в люк, собутыльнику:

— Эй, Хур, тут вспоможение требуется…

К нам спрыгнули еще пятеро пиратов. В крошечной каюте запах перебродившей сливовки, пота и давно не стираной одежды достиг такой концентрации, что чудо, что мы не потеряли сознание от удушья.

— Так… ты идешь с нами…

Фиалочка вжалась в стену, нервически покачала головой, едва сдерживаясь, чтобы не расплакаться.

Двое схватили девушку за руки, разрывая на ней одежды.

— По-видимому, вашим планам не суждено осуществиться, — сухо произнес я, демонстрируя бандитам огненные шары.

Но, как известно, людей нелегко напугать. Двое схватили мои скованные руки и прижали к стене, не давая пошевелиться. Двое начали избивать.

Я стиснул зубы и склонил голову вперед.

Для исполнения задуманного, мне нужно чтобы они все оказались рядом. Я опасался, что один из них схватит Фиалочку и приставит к ее горлу клинок. Но пиратам до того понравился вид беззащитного эльфа, что позабыв о первоначальном плане, они на время оставили девушку в покое, придвинулись ко мне, собираясь развлечься. Соблюдая только им известные правила, начали бить меня по очереди.

Когда я почувствовал, что все пираты подошли на достаточное расстояние, наложил на них сковывающее заклинание.

Раскрыв руки, я ударил магической стрелой ближайшего пирата, голова которого разлетелась на куски, забрызгав все кровавыми ошметками. Второму я снес ее куда аккуратней. Третьему пробил грудь…

Те, что неподвижно стояли чуть дальше, вопили от ужаса, понимая, что их ждет.

Взорвал шар, и разом покончил с насильниками.

После чего расплавил кандалы на руках и ногах и с трудом растер затекшие руки, как всегда после использования эльфийских стрел, чувствуя себя измотанным. Но отдыхать не с руки — густой и липкий запах крови осел в каюте словно покрывало. Надо срочно избавиться от трупов.

Перепуганная и растерзанная Фиалочка сидела в углу, закрыв руками лицо, и безмолвно плакала. Она уже не вытирала слезы, молча глотая горечь и стоны. Когда я разделался с оковами и подошел к ней, Фиалочка убрала руки и подняла на меня мокрые от слез глаза.

Красота в этих блестящих, не просохших от слез глазах, притягивала. Я печально выдохнул и отвернулся.

Глава четвертая

Кораблекрушение

Фиалка

Я благодарна судьбе, что между мной и этими людьми стоял эльф, спасая от ужасной участи. С момента столкновения с разбойниками на дороге, то и дело находясь на волосок от смерти, я думала, что хуже и быть не может, но то, что пришлось пережить в течение последующих недель, не могло мне присниться даже в самом страшном кошмаре!

Уничтожив пьяных пиратов, эльф легко освободился от железных кандалов на ногах, — я так и не поняла, что ему мешало сделать это раньше? Опасался раньше времени привлечь внимание?

Он подпрыгнул, зацепился руками за доски потолка и ударил люк ногами. Защелка на люке поддалась, но лишь самую малость. Следующими двумя ударами он вышиб ее, и с оглушительным лязгом и скрежетом люк распахнулся.

Я испугано подняла голову, вглядываясь в раскрытое отверстие. Звезды больше не сияли, все заволокло тучами и под тяжелым воем ветра волновалось море, обдавая палубу и открытый люк мириадами ледяных брызг. Откуда-то доносилась разухабистая песня, на наше счастье пираты что-то праздновали и ничего не слышали.

Эльф поднял тело негодяя, порвавшего на мне платье, и с усилием закинул на край отверстия так, что тот повис между палубой и нашей каморкой. Увы, мои ноги бессильно подогнулись, я сползла вдоль стены и теперь не могла подняться, чтобы хоть чем-то помочь. Словно бесплотный дух, неподвижно наблюдающий со стороны, я всецело сосредоточилась на деятельности эльфа, совершенно позабыв о себе. Крепко держась одной рукой за край отверстия, эльф кое-как вытолкал еще мягкое тело наружу, спрыгнул, и принялся за второе. И так шесть раз, он через люк закидывал тело, подтягивался на одной руке, выталкивая мертвого пирата наружу, затем спускался за следующим телом.

С каждым разом проделывать это становилось все труднее. Мешали тела тех, что он выкинул раньше. Меня эльф словно не замечал, методично выполняя это, будто обычную работу.

Но одного я не понимала, зачем ему это? Выбирайся и убегай отсюда, что есть мочи. Со свободными руками найти шлюпку не проблема. И обо мне ему незачем волноваться. С точки зрения эльфов наши дни скоротечны, как солнечные дни, смысл спасать туман или солнечный лучик?

Эльф молча