Скандальный брак - Кэти Максвелл

— Мне не следует так себя вести.

— То же самое я могу сказать и о себе, — признался он. — Яникогда не смогу сесть с вашим отцом за один стол. Для меня уже не имеет никакого значения, специально ли он устроил тот несчастный случай, при котором погибли мои родители, или это просто была трагическая случайность. Если я помирюсь с вашим отцом, то тем самым предам память своих родителей.

— Он ни в чем не виноват! Вы не знаете его. Уверяю вас, он никогда бы не смог навредить своему сопернику для того, чтобы выиграть гонку.

— Однако я знаю другое. Он хочет использовать вас, выгодно выдав замуж, для того чтобы восстановить репутацию своей семьи. Какой мужчина может так поступить со своей дочерью?

— Все мужчины так поступают, — цинично заявила она. — Родители всех лондонских дебютанток хотят выгодно выдать их замуж и таким образом поправить свое материальное положение, — сказала она и, немного успокоившись, добавила:

— Только я могу помочь своей семье. Мой отец всегда был заядлым картежником, но в последнее время он еще и чрезмерно пристрастился к алкоголю. Мои братья последовали его примеру. Мы с мамой точно знаем: если я удачно выйду замуж, то все сразу изменится к лучшему. Мы снова будем счастливы.

— Ваше замужество ничего не изменит. Оно не искоренит пороки этих людей.

— Мое замужество — это единственный выход из создавшегося положения. Да что я вам объясняю! Вы все равно меня не поймете. Это ваша семья преследует мою семью.

— Это именно ваш отец убил моего отца! — гневно воскликнул он, удивившись такому внезапному порыву.

Она вздрогнула и побледнела как полотно. Девон застыл на месте. Он сейчас не мог ни говорить, ни думать, ни двигаться. Высказанное им обвинение повисло над ними, словно грозовое облако.

Она первой оправилась от этого шока.

— Я думаю, что нам больше не следует встречаться, — холодно сказала она и, повернувшись, направилась к выходу.

Он смотрел ей вслед, продолжая неподвижно стоять на месте. Она даже не оглянулась. И вдруг, вопреки здравому смыслу, он сказал себе: «Останови ее. Не дай ей уйти!»

Буквально в три прыжка он догнал ее и, схватив за локоть, повернул к себе лицом.

Она попыталась вырваться, а потом, гневно зашипев, потребовала, чтобы он отпустил ее.

Однако Девон только усилил хватку, взяв ее за обе руки.

— Послушайте меня, — обратился он к ней. — Я люблю вас. Эти слова вырвались у него против воли. Любовь — это новое для него чувство. Прежде чем делать признание, нужно все как следует обдумать. У него просто не было на это времени. Однако что сделано — то сделано, ведь слово не воробей, вылетит — не поймаешь.

Он любит ее.

Девон понимал, что почти не знает ее, что ее отец виновен в смерти его отца… и все же, несмотря ни на что, он любит ее.

Она стояла как громом пораженная и, раскрыв рот, смотрела на него во все глаза. Для нее, так же как и для него самого, это признание было полной неожиданностью.

Отпустив ее руки, Девон отошел в сторону. Смахнув привычным жестом волосы со лба, он задумался. Сейчас он оказался в чертовски трудном положении. Что можно сказать женщине после того, как он признался ей в своих самых сокровенных чувствах?

Справившись наконец со своим потрясением, она произнесла:

— Это невозможно.

— Бы мне это уже говорили, но меня это не остановило.

— Мужчина, за которого я выйду замуж, должен будет расплатиться с долгами моей семьи.

— У меня есть деньги.

Покачав головой, она печально сказала:

— На это потребуется целое состояние.

— Я владею целым состоянием, — ответил Девон, окончательно приходя в себя.

— О, Девон, денег, которые вы обычно выигрываете в карты, на это не хватит.

— По-вашему, я нищий?

— Все знают, что несколько лет назад ваш дед лишил вас денежного содержания, — сказала она. — Кроме того, достаточно посмотреть на ваш костюм, чтобы оценить уровень ваших доходов.

— Мне не нужны деньги моего деда, — ответил Девон, пытаясь защитить себя. — У меня есть собственные деньги. Просто я не трачу их на слуг и на безумно дорогие костюмы. Должен вам признаться, Ли, — сказал он, одергивая рукав, пиджака, — что этот мой несколько небрежный стиль в одежде — всего лишь подражание манерам молодых денди. Ведь меня считают неисправимым повесой и распутником.

— Но посмотрите на ваши ботинки. У них стоптанные каблуки. — Это мои любимые ботинки. Я ношу их потому, что мне в них очень удобно.

Она весело рассмеялась.

— Человек, принадлежащий к высшему обществу, должен носить модные и элегантные вещи, а не те, в. которых ему удобно и приятно ходить. Ничего не поделаешь — положение обязывает.

— Я не слежу за модой. У меня свой собственный стиль. Необычный, несколько странный и даже дерзкий.

Она улыбнулась, однако потом ее лицо снова стало серьезным.

— Вы действительно не похожи ни на одного из тех мужчин, с которыми я познакомилась в Лондоне, Но это ничего не меняет. Мы с вами обманываем себя. Мы никогда не сможем быть вместе. По крайней мере, на людях.

Похоже, Ли — девушка весьма практичная. Обычно это его всегда хвалили за деловую хватку, но сейчас именно Девону придется убеждать ее в том, что нет ничего невозможного.

— Мне нужно идти, — сказала она. — Скоро вернется Меи. Наверное, нагл с вами не стоит больше встречаться. Это неразумно.

Он взял ее за руку.

— Ли, мне совершенно все равно, разумно это или нет. Когда я с вами, жизнь для меня наполняется смыслом. Я должен увидеть вас еще раз.

— Девон, вы, наверное, говорили это многим женщинам.

— Но я еще ни одной женщине не говорил «я вас люблю», — ответил он.

Ну вот, опять это случилось. Он снова произнес эти слова. Однако на этот раз они не испугали его. Теперь он произнес их вполне сознательно. Он верил тому, что сказал.

А ее еще нужно убедить в этом. И он, кажется, придумал, как это сделать. Взяв ее за руку, Девон направился в центральную часть магазина. Он шел так быстро, что она еле успевала за ним.

— Девон, что вы делаете? Девон, прошу вас, остановитесь. Если мы пойдем туда, то Меи может увидеть нас.

— Мне все равно, — ответил он, не поворачивая головы. — Я готов рискнуть. Я готов рискнуть чем угодно, только бы убедить вас в серьезности своих намерений.

Он разбудил Уитни, громко постучав по его заваленному книгами столу. Старик проснулся и недовольно скривился. Ему явно не понравилось, что кто-то прервал его сладкий сон. Его длинные седые волосы торчали во все стороны.

— Что такое? О-о, это вы, милорд.

— Уитни, мне нужны бумага и перо.