Золотая печатная машинка - Карстен Хенн

мире, в тайной библиотеке появляется ее копия. Она летит, чтобы занять свое место на одной из полок (поэтому вокруг постоянно порхают книги, возникающие из ниоткуда).

Другие наблюдения были такими:

3. Предметы можно приносить с собой в тайную библиотеку, но оставить в ней ничего нельзя. Во время одной из экспедиций потеряла пуговицу с пиджака, даже не заметив этого. Когда я вернулась в реальность, она оказалась у меня в руке.

4. Вылезти из окна в город не получится. Как только оказываешься за окном (не важно, падаешь или спускаешься аккуратно), возвращаешься в зал рококо.

Пятая — и последняя — заметка была самой важной: про самую суть этого загадочного мира. Эмили потребовалось время, чтобы сделать это открытие. К библиотеке не прилагалось никакой инструкции — она требовала, чтобы ее разгадали.

Первые подсказки нашлись на серебряном столе. Вернее, в ящике стола, открыть который удалось не без труда. Там на фиолетовом бархате лежали:

нож, настолько острый, что им можно было резать бумагу, словно воздух;

алмазный пузырек с клеем, который моментально застывал;

тоненькая кисть, чтобы наносить клей.

Все это напоминало изящный набор для изготовления китайских фонариков, аппликаций и открыток, хотя, конечно, предназначалось для чего-то другого. Но для чего? Единственное, что можно было связать наверняка, — это бумагу и книги. Только когда Эмили осмелилась вставить один из красных листов в печатную машинку, она приблизилась к разгадке. Она напечатала: «Привет, я Эмили Папер. Кто ты?»

Клавиши поддавались туго, не как на клавиатуре компьютера, и чернила буквально впечатывались в бумагу. Ответит ли печатная машинка? Шестеренки жужжали, маленькие валики крутились, машинка щелкала и клацала. Но слова на листе не появлялись. Эмили почувствовала себя глупо и вытащила бумагу из печатной машинки.

Вечером она рассказала об этом дедушке Мартину, пока он в гостиной читал газету (ему не важно было, какого года новости опубликованы на ее страницах):

— В магической комнате с необычными полками и загадочными книгами печатная машинка, конечно, тоже волшебная.

Глаза дедушки сверкнули интересом.

— Как и картофельное пюре твоей бабушки: оно тоже совершенно волшебное. Невероятно вкусное!

Клауд сидел на плече Эмили и всегда был готов поддержать разговор о еде. Это была его любимая тема. Возбужденно попискивая, он восклицал:

— Вкусно! Искусно! Пиши! Ищи!

— Клауд определенно хочет сказать, что тебе нужно написать книгу, — перевел дедушка Мартин. — В комнате, полной книг, это имеет смысл.

— Но разве для этого нужна золотая печатная машинка? Я могу где угодно писать.

— С золотой машинкой ты, должно быть, сможешь создать что-то особенно ценное, — сказал дедушка Мартин.

— Но что ценного я могу написать?

— Чем умнее слова, тем больше смысла. Хотя некоторые слова так злят, что лучше бы их никогда не писали. Я могу тебе помочь придумать. Ну-ка, минутку!

Дедушка Мартин взял красную ручку и исправил газетный заголовок, который ему не нравился. Он был категорически против аварий грузовых судов. Просто взял и переписал свой мир…

Знаете, как иногда рассказывают о моменте прозрения? Когда Эмили смотрела в этот момент на дедушку, у нее возникла идея, которая сияла так ярко, что ей показалось, будто отблески светятся у нее в глазах.

Она была бы рада прямо сейчас броситься в библиотеку, взломать замки на входной двери и проверить свою идею с помощью печатной машинки. Но, к сожалению, ей пора было ложиться в постель, чтобы утром отправиться в школу. И что еще хуже, завтра им предстоял спортивный праздник, который всегда идет до самого обеда. После него нужно будет принять душ, и до закрытия библиотеки Анны Амалии ей никак не успеть. Но она знала, что ей очень нужно туда! Конечно, из-за этих проблем заснуть девочка не могла. Усталость взяла над ней верх только после того, как Эмили придумала выход из положения.

Ее план заключался в том, чтобы слегка подвернуть лодыжку на празднике. Тогда она сможет вернуться домой раньше. Все равно она была из тех «спортсменов», от кого вполне можно было ожидать подобной неуклюжести. Вся сложность в том, что актриса из нее неважная.

На следующий день на стадионе выяснилось, что проблема куда масштабнее: за их класс отвечал Дресскау. Первым делом он провозгласил, что дети под его руководством не чувствуют боли и отдают все силы ради победы. Так что с прыжками в длину Эмили пришлось как-то справиться. И с толканием ядра тоже. Лассе, как всегда, был лучшим в их классе, но и Фредерик показал отличные результаты. Затем начался бег с препятствиями. Идеальный шанс.

На третьем барьере Эмили споткнулась и упала. Ободранные колени ужасно болели, а вместе с ними плечи и локти, которыми она проехалась по дорожке. Тем лучше! Теперь ей не нужно что-то изображать, достаточно немного преувеличить свои травмы. Эмили схватилась за ногу.

— Все в порядке? — Фредерик тут же оказался рядом.

— Ох, выглядит плохо! И на вкус как холодное железо. — Шарли помогла ей подняться. Эмили попыталась встать и заодно вспомнить, за какую ногу только что хваталась. За левую, кажется.

— Ой, больно!

— Отставить нытье, девочка! — Дресскау подошел к ней. — Ничего с тобой не случилось. Немного отдохни и возвращайся в строй.

— У меня нога очень болит. — Она задрала ногу повыше.

— Разве не другая нога? — Голос Дресскау приобрел угрожающий оттенок.

Проклятье!

— Нет, эта, левая! Очень болит.

— Хватит врать! Тебе замечание в журнале за то, что симулируешь. И бабушке с дедушкой сейчас же позвоним, чтобы рассказать, какой спектакль ты тут устроила!

Это конец. Какой кошмар, хуже и быть не могло!

— Учитель Дресскау, все в порядке. — К ним подбежала миссис Шнайдер в спортивном костюме. — Сейчас отпустим Эмили домой. Дети здесь должны наслаждаться спортом, а не мучить себя.

— При всем уважении, дорогая коллега, вы ошибаетесь!

— Тут я директор, и на этом вопрос закрыт. Эмили, собирай свои вещи. Надеюсь, ты скоро поправишься. Хочешь, чтобы Шарли или Фредерик тебя проводили?

— Нет, я сама доберусь. Поеду на автобусе.

Дресскау кипел сильнее, чем позабытый на плите чайник. Эмили подумала, что ему не хватает только свистка.

Покинув территорию школы, Эмили бросилась бежать к библиотеке Анны Амалии и успела войти в ее двери за полчаса до закрытия.

— Что-то ты запыхалась, — сказала ей бабушка Роза в качестве приветствия и поправила свою блузку с рисунком кита. — Куда ты так торопишься? Уверена, книги никуда не убегут.

— Хочу кое-что проверить.

— У тебя всего…

— Я знаю! — С этими словами Эмили улизнула из фойе в направлении зала рококо. На этот раз ей не нужно было прятаться от Дресскау и его помощников, потому что