Вебсик. История третья. Башни Меера. Часть 2 - Юрий Грум-Гржимайло

Диски остались в доме-цветке, вспомнил я запись с регистратора Ханни. Мы их оттуда не забирали, хотя Вебсик и предложил Ханни это сделать.

– Мы тебе рады, Вебсик, – сказал я. – Нужна твоя помощь.

«Могу помогать, пока дети спят», прозвучало в ответ.

– Дети? – недоумённо поднял бровь Дегов.

– Он опекает наших малюток, – пояснила ему Влада. – Мы сами не ожидали такой заботы. Он создал для них на своей чердачной даче совершенно волшебные ясли. Мы с Юлей даже представить не могли, что такое возможно.

– Я слышал, что он спас Иржи и Елену, – сказал Мигель. – Это правда?

– Правда, – кивнула ему Юля. – В его доме-цветке Марианна может видеть их и общаться с ними. А до этого он спас и вылечил Славу – отца Влады.

– Ты должен это воспеть! – пробасил хозяину сенбернар.

Влада с восхищением посмотрела на собаку.

– Это биомех? – спросила она Мигеля. – Потрясающее создание. Кто его сотворил?

– Моя мама и лингвистический процессор «Стихира», – грустно ответил наш поэт-астрофизик.

Я сочувственно посмотрел на него, понимая, что теперь Тибериус из него душу вытрясет, но получит очередной стихотворный шедевр. В обеих девушках проснулись профессиональные интересы, и они увели сенбернара в угол столовой, что-то у него выспрашивая и получая приглушённо гудящие ответы. Мне вдруг пришла мысль, что Влада может проникнуться подобной идеей и научить, скажем, Дебби читать мои записки и повышать их уровень. О таких перспективах мне думать не хотелось…

«Надо заботиться о маленьких, помогать достигать связности, – пояснил тем временем Вебсик. – Маленьких растит весь сегмент».

– Вебсик, – неуверенно начал Дегов, которого явно смущал голос в голове, возникающий «ниоткуда», – что теперь делать с пирамидой на Луне?

«Не делать, – поступил ответ. – Она распадётся сама. Она не нужна».

Олег посмотрел на меня, словно спрашивая совета, о чём спросить дальше. Я поднял руку и открыл рот, но Вебсик заговорил сам.

«Связность даёт энергию. Если цель связана, то в ней есть энергия, которая питает разум и побуждает его действовать. И связность даёт цельный образ, который можно перемещать. Наш „сегмент“ – это связанный образ познанного мира, – сказал Вебсик. – Слабость вашего познания – в недостатке связности. Вы собрали много информации, но вам трудно её связать. Ваша информация имеет мало энергии».

– А ведь точно! – отреагировал Мигель. – Вебсик, наша пирамида на Луне превратилась из разрозненных кусков в целый кристалл из-за того, что их что-то связало?

«Правильно! Возникла связь, – подтвердил Вебсик. – Вам нужно всё связать, и вы всё поймёте сами. Олег имеет способ усиливать связь».

– «Паравижн»? – спросил Дегов.

«Название не имеет смысла. Предмет, усиливающий связь познания. И сам человек, готовый познавать, – ответил ему Вебсик. – Я могу помочь Кругом».

– Спасибо, Вебсик! – просто сказал Олег и встал.

Я понял, что это было проявление уважения к незримому собеседнику и признательность за предложенную помощь. Вебсик принимал его в свой Круг. С его стороны это было доверие. Но в то же время я почувствовал, какая разница есть между Деговым и обычным человеком. Ростислав Петрович не просто так настоял на его участии в Лунной экспедиции Миха и сейчас ждал на Земле. Он действительно мог многое понять в нашей истории.

Глава 28. Адаптация по Дегову

Несколько дней, которые Дегов себе отвёл на «экспресс-адаптацию», были загружены тем, что я рассказывал, а он вникал в детали ситуации. Уже на второй день мы с ним слетали на коптере в старый дом, где Олег один полтора часа просидел на мансарде со своим «Паравижном» и макетом Вебсика. Я же, устроившись на скамейке у дровницы со Славой и Мартой, окончательно понял, что лучше, чем здесь, нет нигде.

Речь к Славе вернулась. Говорил он медленно, но после столь долгого молчания так приятно было слышать его живой, а не мысленный голос! Я вспоминал, как он с Владой прилетел познакомиться со мной и забрать Джеку, и впервые за всё время мне не послышался его голос в коммуникаторе: «…Отправляю к вам Марту с хронодетектором, сам поднимусь пешком… Юрий, если что – береги Владу…».

– Юра, – говорил Слава, вертя в руках какую-то травинку, – Мы уже несколько раз навещали диски в доме-цветке. Им нужно, чтобы их навещали, они – живые. Марта хочет их перенести в дом, в залу.

– Не в залу, – посоветовал я. – Их надо поместить в гостиной напротив картины с морем. Им через картину легче будет иметь связь с Вебсиком.

– Им она не нужна, – возразил Слава. – Вебсик сам сказал, что переместил их в наш мир. Им нужен наш мир.

– А вот мне она очень нужна, – признался я. – Но снова попасть туда я хочу только вместе с Владой. Кстати, когда вы соберётесь к внукам? Ханни с Марианной и «мушкетёрами» я забираю сегодня, а вас когда привезти?

– Мы хотели бы, чтобы вы вернулись сюда, – сказала Марта. – Только не сейчас, я предчувствую новые приключения…

Из дома вышел крайне довольный Олег и направился к нам. Много ходить ему не рекомендовалось, даже на сегодняшний полёт были выданы чёткие установки.

– Я бы хотел увидеть круглую полянку, – попросил меня Олег.

– Ну, если ты согласен прокатиться на роботележке, то поедем, – сходу придумал я способ не обижать медиков. – Забирайся!

Олег хмыкнул, но спорить не стал. Застоявшаяся роботележка довольно заурчала, поворачиваясь к нему бортом.

– Пуся! – позвал я, но пса не было видно.

– Они все уже, наверное, на полянке, – заметил Слава. – Обручи возьмите, поболтать с ними. Я часто с ними болтаю там.

– Мне не нужно, – отозвался Дегов. – Я принимаю мыслеречь. На Луне с «мушкетёрами» уже общался. Умнейшие создания!

Тележка везла Олега, мы шли следом. По дороге Слава рассказал мне причину, по которой они с Мартой не хотели никуда уезжать – ему, вроде, удалось найти вход в подземелья старого замка, а Марта научилась управлять маленьким разведчиком не хуже Влады. Все подземелья были плотно забиты «корнями». Мы уже миновали площадку с коптером, как Дегов поднял руку и попросил остановиться. Некоторое время он прислушивался к чему-то, потом посмотрел на меня:

– Пусь будто речь толкает. Вот только не пойму, перед кем. Какие-то странные эманации идут. Пройди вперёд, выгляни осторожно, чтоб не спугнуть.

Осторожно высунув голову из-за энергоблока, я не сразу разглядел, что там происходит. Собаки сидели по краю полянки, на ней стоял один Пусь. Присмотревшись, я увидел в центре полянки нескольких здоровенных и перепуганных лягушек. Расхохотавшись, я вышел из укрытия, на ходу нахлобучивая на голову предусмотрительно взятый обруч. Увидев меня, Пусь побежал навстречу.

«Они не говорят, – пожаловался он. – Мы их согнали…»

– Вижу, что согнали, только вам что, делать больше нечего?

«Они сидели, – обиженно заявил Пусь. – Кот оставил, а они сидели».

Джека уже притащила и положила передо мной что-то чёрное и грязное, в чём я с трудом узнал ошейник кота Леонардо, который некогда надел на него Володя. Лягушки, увидев, что круговая собачья оборона распалась и внимание к ним ослабло, разом прыгнули в разные стороны, что вызвало у «мушкетёров» ответную реакцию. Пусь вздохнул и проводил их укоризненным взглядом, а Джека побежала к Славе и Марте, которые уже подводили к нам тележку с Олегом.

– Я так понимаю, что собакисы наткнулись на лягушек, облюбовавших ошейник от кота Леонардо, согнали их на полянку и уполномочили Пуся вразумлять земноводных, – сообщил я. – Ошейник – это уже находка, потому что Ханни ничего найти от него не смогла.

Пусь тем временем запрыгнул на платформу к Олегу и сел перед ним. Олег погладил его и серьёзно сказал:

– Ты – молодец! С земноводными я тоже не умею разговаривать. А ты – пытался!

Я тем временем рассматривал ошейник, весь облепленный какой-то слизью. Было такое впечатление, что он лежал в земле или на земле жутко долго. Защёлки на нём не было, а вот пластинка с чипом виднелась.

– Пуся, покажи, где вы его нашли! – попросил я.

Пусь привёл меня опять к краю нашего участка около энергоблока. Странно знакомое место, подумал я. Ну, конечно, где-то тут под ёлкой обручи «выдавали», а потом муравьи напали на нас. Нагнулся, посмотрел под ветвями могучих елей – не видно что-то. Пёс уселся на землю и поскрёб её лапой – тут, мол. Трава хранила следы собачьих усилий. Затоптали всё. Я пошарил рукой и отдёрнул её, наткнувшись на что-то острое. Уже очень осторожно, помогая себе веточкой, я расчистил место. Из земли чуть торчал трёхгранник, о который я и накололся.

Дегов подошёл и сел рядом на землю. Пусь сразу забрался к нему на колени, по-прежнему внимательно следя за моими манипуляциями.

– Здесь? – спросил Олег.

Я кивнул.