Эликсиры Эллисона. От любви и страха - Харлан Эллисон

оборудованию для ванных, когда заметил внизу страницы несколько приписанных от руки строчек. Они гласили: «Мы предлагаем вам бесплатное, конфиденциальное ознакомление с нашей программой… а также с нашими членами. Это не будет стоить вам ни цента!»

Спустя еще несколько недель мне случилось оказаться в шеррином книжном магазинчике, расположенном на бульваре Уэствуд, практически напротив адреса, по которому – если верить «Большим Надеждам» только и можно найти истинную любовь. Священная чаша Грааля ждала меня, и, раз уж мне все равно нечем было заняться еще целый час, почему бы, черт возьми… ну, вы понимаете… э-ээ… гм…

Короче, я прошелся до «Больших Надежд», в дом номер 1516 по бульвару Уэствуд, и там они и оказались, перст судьбы, который привел меня к самому идеальному из идеальных устройств, когда-либо задуманному в помощь тем, кто ощупью пробирается к Святому Граалю, похищенному и отштампованному вновь под условным названием «истинная любовь».

«Большие Надежды» – это вовсе не компьютерная служба знакомств. И не служба знакомств по фото. И не справочная служба. И уж наверняка не ваша тетушка Софи, сводящая вас с девушкой неотразимой внешности и ангельского характера. Это, можно сказать, апофеоз века эмоциональных технологий. Она подбирает партнеров по записанным на видео интервью и письменному профилю, и, хотя уязвимых мест у нее вряд ли намного меньше, чем у таких почтенных, проверенных временем способов поиска Истинной Любви, как шадхан или китайские брачные контракты, заключаемые с младенчества, насколько я могу судить, она заметно снижает процент потенциальных катастроф.

Это серьезный бизнес. Им занимаются ради прибыли. Некоторых это, похоже, огорчает (одну такую обеспокоенную душу я знаю: это Джон Эттингер, независимый телепродюсер, который уже выпускал на седьмом канале сюжет про «Большие Надежды», и которого, похоже, ужасно огорчает тот факт, что сервисом управляют не так, как, скажем, полуночной миссией. (Ждите новых сюжетов от м-ра Эттингера, в том числе о том гипнотическом эффекте, который «Большие Надежды» оказывает на лиц со слабой волей. Оставайтесь с нами.) Как бы то ни было, среднестатистическому человеку, обдумывающему не обратиться ли в службу знакомств, трудно избежать стандартных мифов о «плате» за поиск Истинной Любви. Стоит только принять во внимание, сколько платят в эмоциональной монете, в изношенной отдаче и взятии большинства социальных связей, воплощающих поиск истинной любви. Попробуйте принять во внимание, каких эмоций требуют такие поиски, какая нагрузка ложится при этом на разного рода социальные связи – и цена членства в «Больших Надеждах» покажется вам более чем разумной. Впрочем, пытаться объяснить структуру их ценообразования доступными словами едва ли не тяжелее, чем заполнять их «упрощенную анкету».

И все же я попробую. Ну, не сейчас, но попробую. Это требует некоторой подготовки. Пока же я лучше опишу тамошнюю обстановку, и то, как я оказался там во благо журнала «Лос-Анджелес», да прирастают ежедневно его тиражи!

Джеффри Уллмену двадцать семь лет, он пребывает в счастливом браке и балансирует на грани финансового успеха. В двадцать пять он пребывал в счастливом браке, не имея ни гроша в кармане – и именно тогда, в момент просветления и родились «Большие Надежды».

Уллмен закончил Беркли в 1972 году со степенью бакалавра по специальности «Независимая журналистика». Основополагающим принципом его стало: «Если не ты попадешь на ТВ – то кто?» На протяжении двух лет по окончании университета он занимался документальным видео. На деле это означало, что он продюсировал, писал сценарии и снимал малобюджетные ролики для школ – более тридцати за пять лет. Надо сказать, что все это происходило в те времена, когда даже мусорщики вместо того, чтобы ворочать баки, подрабатывают консультантами по вывозу отходов. В общем, когда в 1974 году грант от национальной ассоциации образования иссяк, Уллмен снова оказался в Лос-Анджелесе без гроша в кармане.

В сентябре 1975 года, на вечеринке, которую устраивали его родители, Уллмен подслушал разговор матери с одной из ее знакомых, привлекательной и успешной двадцативосьмилетней сотрудницы фирмы грамзаписи, недавно переехавшей в Лос-Анджелес из Нью-Йорка. Та сетовала на печальное состояние дел со свиданиями в Городе Ангелов. При том, что мужчин для знакомства она повстречала в достатке и вообще на одиночество не жаловалась, ей до сих пор не удалось найти «того одного, единственного». Поскольку, как я уже сказал, привлекательностью ее природа не обделила, мужчины ходили за ней хвостом – но ни одного такого, чтобы в ней что-то щелкнуло, ни одного рыцаря на белом коне. Ее ни разу, выражаясь словами Марио Пьюзо, не «поразило громом с ясного неба». В общем, Уллмен выслушал и эту исповедь, и ответ матери, которая давно уже наблюдала у своих старых, недавно овдовевших друзей неспособность найти себе нового спутника жизни.

Возвращаясь в тот вечер на машине домой по шоссе на Санта-Монику, Уллмен продолжал думать о том, как бы заставить свой опыт работы с видеопродукцией приносить ему доход в Лос-Анджелесе. Правда, мысли его при этом то и дело возвращались к подслушанному им разговору.

Понять природу творческого процесса не удалось даже Аристотелю – что уж говорить обо мне или Уллмене. Ни ему, ни мне до сих пор неизвестно, какие именно нервные клетки в мозгу замкнуло для того, чтобы в результате сформировалась идея. Однако именно тогда, на шоссе Санта-Моника Уллмена озарило идеей использовать в качестве средства для того, чтобы сводить родственные души, видеозапись. То, что идея эта родилась с целью обеспечить ее автору мало-мальски пристойное существование, ни в коей мере не уменьшает ее ценности.

Я хочу сказать, кто знает, какие житейские обстоятельства подвигли Альберта Эйнштейна на прорыв в теории пространства-времени?

Уллмен принялся изучать возможности видеотехнологий применительно к самой что ни на есть базовой человеческой потребности. Пятьдесят, а то и шестьдесят часов в неделю он просиживал за материалами социологических изысканий, журнальными статьями о судьбах одиночек, трудами по социальной антропологии, психологии, телекоммуникациям и даже пособиями о том, как организовать службу свиданий (хотя последние, как выяснилось, оказались в его случае абсолютно бесполезными).

Стартовый капитал предоставили родители и еще одна загадочная личность, имя которой я не решаюсь раскрыть под угрозой поломки клавиши с цифрой «1» на моей пишущей машинке. М-р Инкогнито, впрочем, не сыграл слишком уж большой роли, поскольку к большому облегчению Уллмена и его родителей его долю выкупили три месяца спустя.

В общем, в великий день, 29 февраля 1976 года «Большие Надежды» открыли свой салон.

Спустя неполных два года они насчитывают около 600 членов (52 % мужчин, 48 % женщин), и то, что Уллмены называют «фондом отношений», хранится на полутора сотнях видеокассет, каждая с жизненным кредо четырех или пяти соискателей. Пять суперсовременных видеокамер «Сони Бетамакс SLO-320»