Стезёю вечного Заката - Алексей Головин

Этот Закат чрезвычайно опасен! Хорошо, что магам Лиуджайн и отряду ниферцев удалось — это Шорх уловил чётко где-то посреди их с Зокласом схватки — уничтожить второго мага, овладевшего закатными силами. Ну а первого тоже следовало во что бы то ни стало убить.

Страх не лишил Гасителя разума и способности хладнокровно анализировать ситуацию. Просачиваясь в Иной путь, он чувствовал, что Зоклас следует за ним из последних сил, буквально повиснув на нём, вцепившись мёртвой хваткой, как и тогда, в Джантре. И коль он сможет пройти Иной путь, то будет полностью ослаблен на выходе. Правда, и сам Шорх уже был далеко не в лучшем состоянии, но можно ведь попытаться сделать так, чтобы на выходе их встретил кто-то, способный оказать решающую помощь. Зоклас не в силах был влиять на выбор точки возврата, а вот он, Шорх — вполне!

Гаситель избрал точкой выхода высочайшую башню джантрийского дворца и воззвал сквозь тягучую надреальную ткань Иного пути к той, в ком мог быть уверен. К той, с кем вместе они прошли уже долгую дорогу навстречу грядущей Эпохе. К той, что способна была прихлопнуть ослабевшего после напряжённой схватки мага Заката как муху…

…Бессловесный ответ Владычицы Ульнэки пришёл быстро, и был сравним с резким ударом в солнечное сплетение. Сводился он к следующему:

«Я говорила тебе не беспокоить меня по мелочам! Я занята наблюдением за битвами в Риаджанге, Аркиранисе и Солькисе, и не могу сейчас тратить время, выполняя за тебя твою работу, мой мальчик. Сколько раз я вынуждена буду повторять: справься с этим отродьем сам?! Иначе я всерьёз начну полагать, что ты не создан для той ноши, которую я на тебя взвалила, доверив судьбу всего мира!».

Возможно, Зоклас почувствовал растерянность, охватившую Шорха после этого ответа. Как бы то ни было, Гаситель ощутил сильное давление, будто одушевлённый кокон Заката стал сжимать его, лишая сил и воли.

У Шорха остались считанные мгновения на то, чтобы придумать, что предпринять в этой ситуации, и как избавиться от Зокласа, движимого, казалось, одной мыслью — погибнуть самому, но утянуть в небытие и Гасителя.

Самое трудное — ждать!

Стоять и ждать, в то время как битва уже кружит кровавым вихрем. Бездействовать, когда соратники падают замертво под натиском врага, принося себя в жертву хитроумным тактическим замыслам командования.

Наркил опирался на ненужное ему копьё и хмуро смотрел вдаль. Нет, он ни в коей мере не осуждал Старшего мастера, даже и в мыслях такого не было, напротив, — восхищался гением человека, сумевшего с минимальными потерями переломить ход сражения с превосходящим по численности врагом в свою пользу. Разгром кавалерии противника в собственном тылу был поистине грандиозен. Но магвою хотелось быть там, в гуще сражения, разить меткими лучами и верной сталью чужих ратников, помогая своим. Он видел, как вперёд пошла пехота «джатригских» легионов. Впервые, наверное, она осталась без поддержки магвоев: в её рядах не было притаившихся воинов Магармуса, готовых обнаружить свою суть перед врагом в самый последний момент.

Все магвои — и тысяча, что привёл он из Мистарты, и остатки тех полусотен, что изначально были с легионами, — стояли здесь, на левом фланге, позади новобранцев, которые гордо именовались подкреплением. На щите, который капитан небрежно повесил на руку, красовался наспех намалёванный номер «33». Часть магвоев маскировалась под копейщиков Тридцать третьего легиона, остальные — под стрелков и вообще чуть ли не слуг и конюхов. По приказу Героска все они должны были стать для глаз врага серой безликой массой, отсиживающейся в стороне и позади основных событий. И ждать своего часа…

Поразмыслив более-менее спокойно, Наркил признал, что задумка Старшего мастера сама по себе не лишена смысла, и способна стать для противника полной неожиданностью. Кто же будет думать, что знаменитые отряды Магармуса, вселяющие страх даже в холодные сердца риаджангских дружинников, покинули идущие в бой легионы? И что собрались в одну «кучу» почти вне поля боя, вместо того, чтобы традиционно «затеряться» среди пехотинцев? Но муторно на душе было от сознания того, что без их помощи легионы понесут гораздо большие потери…

С другой стороны, стоящая перед магвоями задача была для них самым настоящим вызовом, проверкой боевых способностей, которые придётся использовать на полную мощь.

— Смотрите, капитан! — раздались голоса сразу нескольких стоящих рядом магвоев.

Наркил поднял голову и увидел чёрный круг над землёй, подобный тому, что он уже наблюдал в день битвы за Мистарту. Итак, час настал! Именно этого ожидал Командующий Героск, и вновь оказался прав. Воинство Ночи появилось ровно в тот момент, когда его поддержка более всего была нужна риаджангцам, обескураженным первой серьёзной неудачей. И цель оно выбрало как нельзя более подходящую. Свирепым воителям Второго континента при поддержке мощных магов Ночи не составило бы особого труда единым натиском смести слабые легионы левого фланга. Вряд ли рекруты, наспех обученные обращению с оружием, в одиночку оказали бы им серьёзное сопротивление. А уничтожение пяти «недолегионов» и оголение целого фланга мадженского войска вновь склонило бы чаши весов в пользу Риаджанга…

Всё так и вышло бы… Но на беду гостей из Аша здесь притаились почти тысяча четыреста злых и охочих до битвы магвоев.

— Приготовиться! — тихо проговорил Наркил, зная, что все его команды тут же передают по цепочке. — Всё по плану: едва начнётся атака, уходим к лесу.

Атака ночных воинов не заставила себя ждать. Первыми в бой пошли всадники на вороных скакунах. Растянувшись в широкий полумесяц, вал наступающей конницы понёсся на чуть нестройные ряды Тридцать третьего, расположенного левее всех. В ответ на это трубы легиона пропели сигнал к отступлению. Отряды обеих линий начали организованный отход, легионеры перешли на бег, всё наращивая скорость. За ними последовали и другие легионы.

Куда уж в такой толчее было обратить внимание на несколько сотен копейщиков, выбившихся из общего строя, и улепётывающих к кромке леса вслед за перепуганными отрядами поддержки… Всадники, конечно же, заметили их, но направления атаки ради столь малых сил менять не стали — основная цель была впереди, призывно манила незащищёнными спинами, которые вот-вот можно будет пронзить копьями, сокрушить копытами коней. Да и что могли сделать стремительно несущейся кавалерии жалкие сотни новобранцев, пытающихся спастись под укрытием деревьев? Ничего!

А вот магвои могли…

Наркил резко остановился, почувствовав, как позади пролетает мимо вражеская конница. Он вскинул руку с длинным копьём, очертил над головою круг и вскричал: