Медные монеты на алтарь предков - Mu Su Li

Смеющийся Будда

Хотэй — или смеющийся Будда является одним из благоприятных талисманов-оберегов Фэн-Шуя. Его символ считается даром беззаботности, общения, благополучия и веселья.

Глава 53: «Полет в воздухе» (IV)

Эти ублюдки действительно зарыли его драконьи кости в гребаную грязь!

Конечно, Сюэ Сянь был рад найти другую часть своего тела, но, помимо радости, он также испытал безмерную ярость. Обойти всю землю, копаясь в земле, чтобы найти осколки собственного тела… вероятно, никто в мире не понимал сложности этого чувства.

У него было это чувство на острове Надгробие, а затем снова в резиденции Каменного Чжана… теперь он начинал к этому привыкать, и это грызло его. Он не планировал ждать Сюань Миня — он уже исследовал окрестности и направлялся к Горе "Палец", уверенный, что не заблудится.

Таким образом, он вызвал еще один порыв ветра, который толкнул инвалидную коляску, и ушел. В мгновение ока он уже сидел у старого дерева гинкго у подножия горы " Палец."

Нормальные кроны деревьев всегда были обращены к солнцу — так и было, несмотря ни на что, даже если ствол дерева был скручен в разные стороны. Но этот гинкго повернулся к земле, его лоб касался лодыжек, так что он был полностью согнут — странное зрелище.

Хотя Сюэ Сянь никогда раньше не видел Гору "Палец", он видел, что раньше с нее спускался ручей — не потому, что на горе был какой-то след воды или, что его не было, а потому, что ориентация гинкго показывала, что он нашел гораздо больше пищи внизу земли, чем в солнечном свете, проникающем сверху, затемненном деревенским туманом.

Если Сюэ Сянь хотел найти свою кость дракона, все, что ему нужно было сделать, это заглянуть под дерево.

Дракон медленно подтолкнул свою инвалидную коляску так, чтобы он мог видеть участок земли под деревом гинкго. Участок земли был примерно в один чжан в ширину и был немного более темного цвета, чем земля вокруг него — он был более влажным и содержал больше влаги и казался менее утопающим, как будто кто-то недавно его выкопал.

Хотя человек, встревоживший землю, пытался замести свои следы, внимательный взгляд мог показать разницу. Кроме того, от одного присутствия Сюэ Сяня грязь задрожала. Человек, закопавший кость, только предполагал, что ни один обычный горожанин не посетит заброшенную деревню с привидениями в глуши, но не предполагал, что сам дракон может постучать в дверь.

Сюэ Сянь холодно рассмеялся. Он сжал пальцы в коготь и ударил по земле. В ответ что-то глубоко под землей содрогнулось, как сердцебиение, послав большую рябь по всей горе, которая отпугнула стаю птиц.

Когда пронзительное карканье птиц рассеялось, Сюэ Сянь снова начал царапать.

Еще одно сердцебиение.

Из-за этого толчка что-то, казалось, толкнулось в это пятно влажной грязи, отчего земля выглядела недавно вспаханной.

Еще одно сердцебиение.

И после этого третьего толчка Сюэ Сянь потерял терпение и стал царапать изо всех сил.

Внезапно весь участок грязи погрузился глубоко в землю, как будто его что-то засосало, и земля вокруг него начала дрожать, размягчаться и скользить. Появилась черная как смоль дыра, которая становилась все шире по мере того, как в нее падало все больше и больше земли, так что она быстро превратилась в своего рода воронку, жадно пожирающая все вокруг.

В мгновение ока это склонившееся над деревом гинкго дерево было затянуто в провал, который не подавал никаких признаков остановки, поскольку начал расшатывать самые основы скалы под Горой "Палец". Сюэ Сянь поспешно отодвинул инвалидное кресло, пытаясь сопротивляться натяжению воронки.

Очевидно, все это было вызвано тем, что Сюэ Сянь пытался добраться до своих костей. Казалось, что кости дракона были сильно зажаты каким-то заклинанием, так что любое небольшое смещение могло повредить всю Деревню Вэнь.

То, что ему пришлось пережить, чтобы вернуть то, что по праву принадлежало ему… Сюэ Сянь рассмеялся от ярости.

Он немного расслабился, и дрожащая земля под деревней и горой, казалось, тоже немного успокоилась, как и сама воронка, которая теперь поглощала все вокруг медленнее и менее устрашающе. Даже инвалидная коляска Сюэ Сяня больше не так сильно сопротивлялась натяжению провала…

И когда Сюэ Сянь приложил больше силы в его руку, чтобы вызвать кость дракона, земля вокруг него снова начала грохотать, и воронка возобновила свое стремительное течение.

Брови Сюэ Сяня нахмурились, а выражение его лица стало холодным.

С этим отчужденным выражением на его бледном лице он казался сверхъестественным апатичным и совершенно отчужденным. Разница между его поведением сейчас и его несерьезным, беззаботным повседневным отношением была ясна, как день и ночь, и чрезвычайно нервировала.

«Вы извлекли мои мышцы и кости из моего же тела, пока я был еще жив, и теперь вы хотите, чтобы я не забирал то, что принадлежит мне, из-за беспокойства за жизни других? Во что ты, черт возьми, играешь?»

Но именно из-за этого абсурда Сюэ Сянь не смог продолжить.

Когда Сюэ Сянь смотрел в яму с лицом, полным ненависти, рядом с ним появилась еще одна фигура, и, хотя фигура не приближалась к нему, он чувствовал тепло его тела, которое среди ледяного холода тумана казалось такой глоток свежего воздуха, что сердце Сюэ Сяня внезапно пропустило удар, а затем снова медленно возобновилось. С появлением этого теплого тела, его гнев и раздражение внезапно, казалось, растворились наполовину, и сменились глубоко успокаивающим чувством покоя и облегчения.

— Позволь мне, — раздался позади него низкий голос Сюань Миня.

Затем этот легкий белый халат проплыл мимо поля зрения Сюэ Сяня, когда его тонкая рука протянулась через его плечо и вытащила кулон из медной монеты, который он все еще крепко держал в руке.

Сюэ Сянь ошеломленно слушал, как тот знакомый перезвон медных монет раздался позади него, и огромная сила давила на растения и камни вокруг них. Он столкнулся с яростным течением ямы, которое замедлилось и, наконец, полностью остановилось, грязь и валуны больше не падали в пропасть, гора теперь снова твердо стояла.

Сюэ Сянь поднял глаза и увидел, что Сюань Минь, в свою очередь, смотрит на него сверху вниз. Сюань Минь сказал:

— Я задержу его для тебя. Иди и забери свои кости.

Два простых, коротких предложения, но они, казалось, стерли весь страх, замешательство и негодование в сердце Сюэ Сяня. Сюэ Сянь снова посмотрел, казалось бы, бесконечную воронку перед ними, почувствовав гудение своих драконьих костей глубоко внутри, и внезапно фыркнул от смеха, который так отличался от его повседневных насмешек