О носах и замка́х - Владимир Торин

Это место было холодным и темным. А еще оно было пустым. Парами высились деревянные колонны, поддерживающие стропила крыши, а всю дальнюю от входа стену занимало собой огромное полукруглое окно. Его основание шло вровень с полом, в то время как самая высокая точка возвышалась на десять-двенадцать футов. Стекло в некоторых местах было разбито, и через проломы задувал холодный ветер с Брилли-Моу. Расходящиеся веером ребра рамы отбрасывали на дощатый пол узкие длинные тени, образуя нечто вроде клетки. И в самом центре этой «клетки» стоял высокий человек, облаченный в длинное, мундирного типа пальто и цилиндр.

Он стоял спиной ко входу, глядел на канал и с виду никак не отреагировал на проникновение в его апартаменты. Он вообще выглядел бы крайне беспечным, с его сложенными за спиной руками, если бы не это самое «бы». Незнакомец таил в себе угрозу – от нее было не отмахнуться.

Мистер Портер быстро оглядел помещение и сразу же убедился, что Машины здесь нет. Кивнул своим людям, и те, все четверо, единым движением подняли шестиствольные револьверы.

- Вы, видимо, мистер Рипли,- сказал господин управляющий банка.

Незнакомец и сейчас не обернулся. Но зато ответил: холодным, механическим голосом:

- О, мистер Портер с площади Неми-Дрё. Я уже успел заржаветь здесь – пока вас дождешься…

Мистер Портер нахмурился. Это все ему чрезвычайно не нравилось, и сейчас он пытался понять, когда именно все пошло не так. Когда наступил тот момент, после которого его поиск и охота превратились в слепое следование по проторенному для него кем-то пути. Ведь было очевидно, что этот человек ждал его. Западня? Что ж, в таком случае он глупец, раз посмел играть в игры с клерками по особо важным делам из «Ригсберг-банка».

- Мы знакомы?- Мистер Портер кивнул своим агентам, давая им знак быть начеку, но те и без того держались настороже, готовые спустить курки в любой момент.

- Вы знаете меня, я знаю вас,- ответил человек у окна.- Мистер Рипли и мистер Портер. Значит ли это, что мы знакомы?

- Кто вы такой?

- Я тот, кто разорвал цепь событий и вковал в нее свой кусок. Вы пришли за Машиной, не так ли?

- Именно. И я бы рекомендовал вам…

- Мистер Портер считает, что он из тех, кто способен угрожать всем в Тремпл-Толл. Он полагает, что именно он запускает здесь все механизмы.

- Что вы…

- Но это обманчивое чувство. Чувство… чувство…- Человек у окна будто пытался распробовать то, что говорил.- Я знаю, что это значит. Чувство – это один из результатов в логической машине. Несколько базисных процессов, направленных на исполнение тех или же иных задач, работая вместе, создают надстройку – еще один процесс. Эмоциональный. Оценивать, анализировать, выстраивать отношение к объекту. Чувство… Я понимаю, что значит это слово, но никак не могу докопаться до сути, ухватить ее. При этом я знаю, что вы меня понимаете и понимаете лишь единственно верным образом, когда я говорю, что ваше чувство обманчиво. Хотя сам я не понимаю, как процесс в логической машине может быть обманчивым. Ведь процесс – это просто совокупность взаимосвязанных действий. Последовательность. Какое отношение «правдивость» или «обманчивость» может иметь к последовательности действий?

Мистер Портер разъяренно сжал трость обеими руками. Что несет этот тип?

- Моя Машина. Где она? Лучше бы вам отдать ее, мистер Рипли.

Человек у окна не шелохнулся. Он ответил. Или, вернее, продолжил свой странный абсурдный монолог:

- Вы считаете, что все рычаги у вас, и, дернув любой из них, вы тут же оборвете чью-то жизнь и судьбу… судьба… Еще одно странное слово. Почему люди называют одни и те же процессы разными словами? Странный язык. Странное описание действительности и ее механизмов. Но я вынужден говорить на вашем языке, так как моего вы не поймете. Мистер Портер, чувство… ощущение вашей власти над людьми и их судьбами продиктовано лишь двумя вещами: вашим положением и работой ваших агентов… этих клерков-убийц.

Господин управляющий банка «Ригсберг» отступил на полшага к двери. Что-то здесь происходило. Он пока не понимал, что именно, но этот Рипли… Почему он так спокоен? Почему не обернется? Почему даже не шелохнется?

Агенты банка, тем не менее, остались на своих местах, оружие в вытянутых руках не дрогнуло ни на миг.

Человек у окна продолжал:

- Но сейчас вы не в своем банке, в вашем кресле за огромным столом. И здесь нет вашего цепного пса мистера Ратца. Мистер Ратц вас не защитит. Он сейчас находится на том берегу канала. Я вижу его. Он и несколько его человек вышли из экипажа и направились к разрушенному мосту.

При этих словах даже непоколебимые агенты банка занервничали. Нет, они не ударились в панику – лишь переглянулись.

- Мистер Рипли,- мистер Портер сбросил охватившее его оцепенение и решил вновь взять ситуацию в свои руки,- если вы сейчас же не…

- Процессы, мистер Портер,- перебил этот таинственный Рипли.- Рычаг всегда запускает какое-то зубчатое колесо… Мистер Ратц велит человеку в полосатом пальто сдаваться. И шнур загорается. «Рычаг» и «шестерня», вы понимаете?

- Что? Какой еще шнур…

Договорить мистер Портер не успел. За окном прогремел взрыв. Рыжее зарево расцвело где-то на том берегу канала. Оставшиеся целыми стекла в раме задребезжали – взрыв был слишком далеко. Почти сразу за первым взрывом прогремел еще один и еще.

А дальше началось подлинное безумие. Пораженный господин управляющий банка не успел оформить в голове ни одной связной мысли, когда мистер Рипли развернулся. В первое мгновение мистер Портер подумал, что у него нет лица, но на деле его полностью скрывал высокий стоячий воротник пальто, и над ним блеснули стеклышки защитных очков.

В тот же миг агенты банка отреагировали. Они нажали на спусковые крючки, и блоки стволов пришли в движение. Мансарда наполнилась грохотом, в нем можно было разобрать звон бьющегося оконного стекла. Все кругом стремительно затянуло собой облако порохового дыма.

Мистер Портер не видел, попал ли кто-то из его людей в этого Рипли, но, учитывая, сколько пуль в него летело и с какой скоростью они срывались в полет, выжить там было попросту невозможно.

И вдруг один из его агентов вскрикнул и,