Крылатый воин - Александр Васильевич Чернобровкин

слабеющего франка это сейчас очень дешевое удовольствие. Покатаюсь по Европе, проведу лето богатым бездельником, а потом буду решать, где и чем заняться. Для американцев визы не нужны, кроме стран, пораженных социализмом, но я и сам туда не сунусь.

Задержал меня в столице Франции звонок из Лондона. Стивен Сэмпсон договорился с автором сценария на доработку.

— Есть один нюанс: он хочет, чтобы в титрах было только его имя, — сообщил продюсер. — Дополнительные сто фунтов стерлингов смогут решить эту проблему?

— Сто нет, но двести справятся, — выдвинул я условие.

— Хорошо. Сейчас вышлю тебе сценарий, — согласился он и напомнил: — Я уже начал подготовительный период, так что у тебя неделя, а лучше быстрее.

Не стал говорить заносчивому англичанину, что я не сомневался в способности девушки из Техаса добиваться поставленных целей, поэтому почти сразу начал работу над изменениями в сценарии. Отдельные сцены уже были написаны от руки. Оставалось только отпечатать и вставить вместо тех, что я счел ненужными.

Сценарий прибыл через день. Еще два дня мне потребовалось на то, чтобы переработать его, и три на то, чтобы продюсер не решил, что заплатил слишком много. Я читал книги или часами ездил по Парижу. На окраинах были места, напомнившие мне Молдаванку тысяча девятьсот двадцать пятого года. Публика там была соответствующая, поэтому надолго не задерживался и далеко от машины не уходил. Оружия с собой у меня не было. Легальное продал, а револьвер оставил на хранение у Бори Штейна, который покинул Фрипорт вслед за мной. Теперь он вице-президент «Доу кэмикал» по сбыту. Я бы на его месте обязательно съездил в нью-йоркский аэропорт и пообщался с теми, кто его чморил года три назад.

Несколько раз я наведывался в отделения разных банков, выписывая и обналичивая чеки американского «Сити-банка». Брали их с удовольствием. Заодно приглядывался, прикидывал, нет ли возможности посетить финансовое заведение ночью? Варианты были, но в одиночку не справлюсь, а связываться с местным криминалом не хотелось. Во Франции во все времена была хорошо развита сеть стукачей.

Стивен Сэмпсон позвонил сразу по получению сценария:

— Молодец, что сделал быстро. Я прочитал. Кое с чем не согласен, но это пусть режиссер решает. Ты уж не обижайся, если он сделает что-то не по-твоему.

— Меня это не интересует, — признался я. — Присылай чек и делай со сценарием, что хочешь.

— Возможен такой вариант, что ты напишешь сценарий, а в титрах будет другое имя? — закинул он пробный камень.

— Это вопрос денег, — ответил я.

— Буду иметь тебя в виду, — пообещал продюсер. — Какой жанр ты предпочитаешь?

— Любой, кроме ужасов, хотя от черной комедии не откажусь, и в мелодрамах я не силен, только подправить могу, — признался я.

— Сообщи мне, как с тобой связаться, когда осядешь где-нибудь, — попросил он.

Где-то через час, когда я собирался идти в ресторан на ужин, позвонила Джулия Рейкс. Вместе со сценарием я передал письмо и для нее, где разжевал, что и как надо сыграть в тех сценах, которые изменил.

— Я так и знала, что выручишь меня! — радостно прокричала она в трубку. — Теперь я поняла, что и как надо сыграть!

Сомневаюсь я, однако.

— Я уже познакомилась с режиссером. Он сначала был такой заторможенный, слова не выдавишь, но теперь мы с ним друзья, — продолжила она.

Так ему и надо!

— С актрисой, которая будет играть мою свекровь, тоже познакомилась. Такая милая старушка! — восхищенно поделилась она.

— Вот на этот счет я и хотел тебя предупредить. Учти, чем слаще улыбается тебе старая актриса, подавая бокал с любым напитком, тем больше в нем будет яда, — поделился я жизненным опытом.

— Думаешь, она будет делать мне гадости? — не поверила Джулия Рейкс.

— Она сделает всё, чтобы в фильме запомнили ее, а не тебя. Поэтому постоянно контролируй ее, не давай говорить и делать то, чего нет в сценарии, особенно, если она уговорит режиссера, что так будет лучше для фильма и тебя. Как только она «позаботится» о тебе, знай, в бокале яд, — проинструктировал я.

— Ты смотри, всё прямо, как в калифорнийской киношколе! — раздраженно воскликнула актриса. — Ничего, я быстро отучу ее делать подлости!

— Именно на это она и будет тебя провоцировать, поняв, что ты неопытная и эмоциональная. В итоге ты окажешься виноватой во всем. Поэтому будь милашкой и возвращай ей все те комплименты, которая она насвистит тебе, слово в слово, и при этом стой на своем. Сыграй милую талантливую актрису, на которую нападет бездарная старуха. Если сумеешь, станешь звездой, — подсказал я.

Она тяжело вздохнула и выдала печально:

— Мне так не хватает тебя. Тут даже поговорить просто так не с кем. Ты не можешь приехать?

— В ближайшее время буду занят. У меня наклевывается удачный совместный проект. Завтра поеду смотреть площадку под строительство, — соврал я.

На лайнере наплел ей, что вместе с компаньонами хочу построить во Франции завод по производству полиэтилена, занять пустующую нишу, потому что этот бизнес прибыльнее, чем киносценарии. Джулия Рейкс отнеслась с понимаем: деньги превыше всего.

139

У меня не было конкретного плана, куда поеду. Мысль наведаться в Женеву к родственникам отбросил сразу. Еще одно разочарование добьет меня. Решил прокатиться до Средиземного моря на востоке Франции, у Апеннинского полуострова. Может быть, загляну в Италию, посмотрю, как сейчас поживает Вечный Рим. Затем поехать с остановками в понравившихся местах вдоль берега на запад, наведаться к баскам на холодный вишневый суп и кальмаров в их чернилах, затариться хорошим вином в Бордо, проглотить устриц в Ла-Рошели, съесть гречневые блины-крепы с соленой сливочной карамелью в Нанте и добраться до Шербура, откуда ближайшим рейсом отправиться в США. Там найду смазливую девицу, не страдающую феминизмом, а такие изредка встречаются, куплю дом в тихом, приятном месте и в собственной лаборатории займусь химическими исследованиями, время от времени кропая радиопьесы и киносценарии.

Не спеша, останавливаясь, где захочу, обедая в придорожных ресторанах и ужиная и ночуя в отелях, миновал Лион, Гренобль. После Экс-ан-Прованса свернул на дорогу по краю гор, ведущую на восток. Собирался добраться до Сан-Ремо. Там в годы моей юности итальянцы проводили ежегодно песенные конкурсы, и финалистов показывали советским гражданам по телевизору. Эдакий глоток заграницы. Подозреваю, что городишко никакой, но когда-то, лет через двадцать пять, мне хотелось побывать в нем.

Путь мой пролегал через Монако. Правда, я не сразу понял, что на время покинул пределы Франции. Никаких указателей, пограничных постов. Еду и вдруг вижу справа парковую зону с двумя прудами и фонтанами и в конце нее старинный архитектурный