Пробуждение - Тина Дженкинс

— Это, наверное, старое шоссе А-10, которое ведет в Лос-Анджелес, правда? — спросил Нат и снова не получил ответа.

— Я почти уверен, что это А-10, — пробормотал он. — Сколько миль до границы Калифорнии?

— До границы пятьдесят миль, — сказал кто-то из сидевших впереди охранников.

— Остановитесь, — попросил Нат. — Мне нужно отлить.

Охранники недовольно заворчали, но машина начала притормаживать и наконец остановилась на обочине.

— Сними ботинки и шлем, — приказал водитель.

— Это еще зачем?

— Снимай, тебе говорят!

Нат не собирался подчиняться, но старший охранник — здоровенный парень с изрытым оспинами лицом — крепко схватил его за плечи и держал, пока его более дружелюбный напарник расстегивал ботинки и снимал со шлема забрало.

Нат ступил босыми ногами на землю и пошел прочь от шоссе. Он все шел и шел, пока двое из охранников не выскочили из машины. Они явно занервничали. Направив на Ната оружие, они велели ему мочиться там, где он стоит.

— Я не смогу отлить, пока вы в меня целитесь, — возразил Нат. — В мое время было как-то не принято мочиться под дулом пистолета, так что если не возражаете, я зайду вон за тот небольшой камешек.

Тем не менее его «добрый» сосед последовал за Натом и стоял неподалеку, пока тот возился с застежками комбинезона.

— Как тебя зовут? — спросил Нат, убедившись, что их никто не может слышать, но охранник промолчал. Нат, однако, не терял надежды.

— Ты, наверное, знаешь, через что мне пришлось пройти, — сказал он. — А ведь я был абсолютно ни в чем не виноват. Я — жертва обстоятельств, жертва чужого честолюбия и алчности…

— Я не имею к этому никакого отношения, — деревянным голосом сказал охранник.

— Тогда почему я здесь? Почему вы заставили меня снять ботинки и шлем? Почему целитесь в меня из своих пушек? Просто не верится, что всего лишь на прошлой неделе я был представлен самому президенту Вильялобосу!.. Почему все так изменилось?

Охранник посмотрел на босые ноги Ната.

— Скажи честно, попаду я в Калифорнию или вам приказали что-то другое?

Охранник неуверенно покосился в сторону машины.

— Кто вы — охранники или конвоиры? Сопровождающие или расстрельная команда?!

В глазах охранника промелькнуло что-то похожее на сострадание.

— Отпусти меня, а?.. — сказал Нат просительным тоном. — Пожалуйста!

Но охранник наставил оружие прямо в грудь Нату и дернул головой, показывая, чтобы тот шел обратно к машине. И Нату пришлось подчиниться. Шагая босиком по горячей каменистой земле, он буквально чувствовал, как пуля крупного калибра вонзается ему в затылок. Как, оказывается, просто отнять у человека жизнь! Гораздо проще, чем оживить мертвого. Вот только почему, ради всего святого, Гарт и Персис предали его, что их заставило? Ладно — Гарт, но Персис!

Нат был очень удивлен, когда в сумерках они все же добрались до границы и солдаты направили их в самый конец длинной вереницы машин, стоявших в очереди на контрольно-пропускной карантинный пункт. Каждую машину тщательно обыскивали, а пассажиров проверяли, так что очередь едва двигалась. В томительном ожидании прошел час, потом еще полчаса, а они почти не продвинулись. Охранники забеспокоились и начали переговариваться на каком-то диалекте испанского, которого Нат не понимал. Ему было ясно только, что все четверо очень злятся из-за задержки и все время повторяют «Adonde paramos?» — «Где мы остановимся?»

Потом ему показалось, что один из них произнес что-то похожее на «Влит». Нат смутно помнил, что так назывался небольшой городок неподалеку от калифорнийской границы.

Этого было достаточно, чтобы Нат окончательно понял: его вывезут за пределы Аризоны, прикончат и закопают тело где-нибудь в укромном месте. Пустыня, по которой проходила граница, — очень удобное место для расправы. Собственно говоря, тело можно даже не закапывать — вскоре от него в любом случае мало что останется.

Когда машина еще немного приблизилась к контрольному пункту, Нат увидел барьер — силовое поле высотой около пятидесяти футов, которое, слабо светясь в сумерках, убегало и терялось в пустыне по обе стороны от пограничной заставы. Ослепительно-белые лучи прожекторов беззвучно скользили по пустыне, и ночные животные в панике разбегались при их приближении, спеша скрыться в расселинах скал и между камнями. Только сейчас Нат понял, насколько серьезно местные власти относились к тому, чтобы держать на замке границы между штатами.

Прошло еще сколько-то времени. Машина немного приблизилась к будке, в которой сидели вооруженные до зубов солдаты, потом дело снова застопорилось. Старший охранник не выдержал и вышел, чтобы выяснить у водителей других машин, что случилось. Прошло еще полчаса, но он не возвращался, и второй охранник отправился на поиски начальника. В машине остались только водитель и четвертый охранник, которого Нат считал своим потенциальным союзником. Пристально разглядывая его нахмуренное лицо, он вдруг заметил, что парень показывает ему глазами на дверцу.

Второго приглашения Нат дожидаться не стал, поняв, что это — его последний и единственный шанс. Поблагодарив охранника быстрым взглядом, он толкнул дверцу плечом, вывалился наружу и побежал, побежал изо всех сил, торопясь скрыться в темноте надвигающейся ночи.

В первые секунды все было тихо, потом позади раздались крики, выстрелы, короткие слова команд. Длинные лучи прожекторов нащупали его почти мгновенно — в пустыне спрятаться негде. Пули засвистели над головой, и Нат заметался из стороны в сторону, но прожекторы снова находили его, и вслед Нату гремели новые выстрелы. Правда, пока ни одна пуля даже не задела его, но Нат знал, что рано или поздно это случится, и тогда ему конец.

Задыхаясь, падая и снова вставая, Нат бежал и бежал. Ему казалось — он преодолел уже несколько миль, и Нат только удивлялся, что такая задача оказалась ему по силам. Наконец он рискнул остановиться и оглянуться. Стеклянное здание контрольного пункта осталось далеко позади, но Нат ясно различал его в темноте. Насколько он видел, его никто не преследовал, но он никак не мог понять — почему? Паника шевельнулась у него в груди. Что, черт побери, ему делать дальше? Только сейчас он вспомнил, что его башмаки остались в машине. Страх и прилив адреналина заставили его забыть об обуви, и теперь его ноги были разбиты и кровоточили.

Над равниной раздался рев вертолетных двигателей, и по пустыне снова зашарили голубовато-белые лучи прожекторов. Потом Нат увидел еще один летательный аппарат — похожий на бублик разведывательный экранолет беззвучно висел над самой землей, пока его чувствительные инфракрасные детекторы обшаривали пустыню. Вскоре к нему присоединилось еще несколько таких аппаратов, двигавшихся в правильном ромбовидном строю.