Иллюзия обмана - Илона Романова

Арнит закончил диктовать и повернулся к Секретарю.

Немолодой крупнолиций человек, в число обязанностей которого входило скрупулёзнейшее знание протокола и этикета, понимающе поклонился и начал что-то искать в недрах своего бювара, потом проскрипел:

— Остаётся лишь засвидетельствовать документ. Осмелюсь просить вас, сир, и юного господина Кайниола первыми подойти ко мне.

Обоим стоило большого труда сдвинуться с места.

— Изволит ли Ваше Величество подтвердить продиктованное мне?

— Да, всё написанное верно!

Над листом пронёсся изумрудный сполох.

— Соглашается ли Ваше Высочество признать своим отцом Императора Арнита и вступить в свои наследственные права?

Ещё не поздно было отказаться! Путь в Амграману составлял всего шестнадцать шагов — дорога на Престол могла занять всю жизнь…

— Да, я согласен! — спокойно сказал Кайниол.

Новая вспышка закрепила его слова.

— Найдутся ли четверо взрослых мужчин, способных во имя Творящих и Хранящих засвидетельствовать подлинность документа?

— Да! — не раздумывая, ответили Император и Наследник, удивляясь недогадливости Секретаря.

— Ты ли, Хаймер Курад из Мэниги, чьё имя я вношу в документ?

— Да. Это я!

Алмазно-белый отсвет скользнул по имени Первооткрывателя.

— Ты ли, Отэп из Кридона?

— Да. Это я!

Янтарная искра пролетела над его именем.

— Ты ли, Таситр из Ванирны?

— Да. Это я!

Рубиновый всплеск, подтвердил его слова.

— Ты ли, Мисмак из Дросвоскра?

Сын хозяина "Неудавшегося гладиолуса" сделал небольшой шажок к Секретарю и остановился. Он не смотрел ни на Кайниола, ни на Сиэл, ни на Арнита, но думал лишь о них троих. О том, насколько дорог ему мальчик, всю жизнь бывший его сыном, а теперь уходивший к какому-то чужому и недоброму человеку. Ещё о том, что от того, сможет или не сможет он сказать положенные слова, зависит весь дальнейший ход Сударбской истории. Умом Мисмак понимал решительно всё, но рта открыть не мог…

— Я не могу тебе приказывать, но очень прошу! — неожиданно мягко произнёс Арнит, подходя к нему вплотную. — Сударбу нужен истинный и законный Император. Кайниол сможет стать именно таким… — совсем склонившись к уху бывшего соперника, он добавил. — Он всё равно будет считать своим отцом только тебя!

Мисмак шумно вздохнул. Несколько мгновений помолчал, взвешивая услышанное. Потом сделал ещё шаг, и как всегда негромко произнёс:

— Да. Это я!

Сапфировое свечение закрепило его клятву.

V

— Что ж… формальности соблюдены, — так же недужно проскрипел Секретарь. — Почти все… Осталось вот что…

Он снова начал рыться в бездонных недрах своего бювара. Окружающие стали недоумённо перешёптываться. Кайниол успел подойти к Хаймеру и еле слышно шепнуть: "Я же говорил, что это нужно было сделать давным-давно!" Первооткрыватель пробормотал нечто настолько невразумительное, что Наследник не смог разобрать, поддерживает его учитель или осуждает. Меж тем рука Секретаря вынырнула наружу, уцепив откуда-то с самого дна небольшую деревянную шкатулку тонкой работы.

— Что там? — удивлённо спросил Арнит.

— Сир, соблаговолите открыть сами! — нелепый человек услужливо согнулся в три погибели, подал коробочку Императору и, смущённо покашливая, объяснил. — Если не ошибаюсь, здесь должен должен лежать гербовой перстень Наследника Престола. Мои, хм, предшественники передавали эту шкатулку из поколения в поколение в надежде на то, что когда-нибудь она пригодится. Вероятно, с этим перстнем, хм, в своё время были связаны какие-то ритуалы. Все они, увы, утеряны за долгие годы правления, хм, вашего бессмертного предшественника. Знаю лишь, хм, что именно вы должны передать кольцо своему Наследнику…

Арнит недоверчиво взял коробочку в руки. Внутри действительно оказался серебряный перстень с гладким чёрным камнем вместо печати. Император пригляделся и заметил, что она едва заметно просвечивает через чернильную гущу. Он попытался открыть печать, однако она не поддавалась.

— Попробуй-ка ты! — передал он перстень Кайниолу.

Кольцо было ему явно велико. Однако, паренёк взял перстень и попробовал надеть его на средний палец левой руки. Точно так же, как располагался перстень у Арнита. Вероятно сработало какое-то древнее волшебство и кольцо обхватило тонкий мальчишеский палец настолько мягко и вместе с тем надёжно, как будто было изготовлено специально по его мерке.

Кайниол повертел его. Протёр полой куртки слегка затуманенную поверхность. Потом слегка повернул камень по ходу солнца. Раздался едва слышный звон и на камне явственно проступил Императорский герб.

— Позвольте, Ваше Высочество? — старый Секретарь взял руку Наследника и подслеповато уставился на открывшуюся печать.

Долго изучал её. В конце концов разогнулся и торжественно изрёк:

— Свидетельствую, что отныне Его Императорское Высочество юный господин Кайниол является равноправным Соправителем Его Величества Истинного Императора Арнита. Для завершения обряда вам необходимо запечатать Указ о Престолонаследии своими перстнями.

Бумага была хитроумно сложена, после чего Император и Наследник приложили к ней свои перстни. Глухо стукнула большая государственная печать, возвещая нерушимость свершившегося. Тийнерет, всё это время сидевший недвижно, как статуэтка, решил внести свой вклад в историю. Он запрыгнул на невысокий каменный помост вроде стола, за которым расположился Секретарь и вдумчиво прижал свою лапу к документу. Осмотрев её оттиск, кот остался вполне доволен и чинно отправился на своё место.

Когда смех, вызванный выходкой мохнатого рыцаря, несколько поутих, Секретарь забрал бумагу и положил её в папку, которую закрыл и снова открыл. Папка оказалась пуста.

VI

Секретарь поклонился и исчез так же незаметно, как и возник.

Кайниол хотел наконец-то подойти к родителям, но Хаймер удержал его, шепнув:

— Успеется, Ваше Высочество, успеется! Осталось совсем немного — только принять нашу присягу, и можно будет отдохнуть. Держитесь!..

Никого из присутствующих не неволили приносить никаких клятв, но они сами знали, что выражение верности и поддержки сейчас как никогда нужны Императору и его юному Наследнику. Сложность состояла в том, что за время правления бесконечной череды бессмертных необходимость в присяге отпадала сама собой. Искать, а тем более заново изобретать правильный обряд времени не было, поэтому Арнит решил воспользоваться тем, который он запомнил из детских рыцарских игр. В конце концов, когда как не в детстве любое действие кажется серьёзным, а данное слово — нерушимым и действенным? Кроме того этот обряд был прост, красив и знаком, вероятно, всем поколениям сударбских мальчишек.