Избранные произведения. Т. 8. Квози: Квози. КОТализатор - Алан Фостер

— В голове не укладывается, — признался Картер.

— Вы можете предложить какое-нибудь другое объяснение произошедшего? — Февик откинулся, поднял глаза вверх. — Потолок здесь на двадцать футов выше. Куда же нас занесло?

— Может, в одну из пещер, куда ведут другие проломы в стене? — предположила Эшвуд.

Да Римини отрицательно покачала головой:

— Мы их осмотрели в первую очередь. Оба пролома заканчиваются тупиками.

— Возможно, не тупиками, а перегородками, преграждающими путь в другую пещеру, — заспорила Эшвуд, — и вообще, не кажется ли вам, что нам следует подумать, как выбраться отсюда, — на ее лице прописалось зверское выражение. — Если отсюда нет выхода, остаток наших дней, правда, немногочисленных, мы проведем среди золотых гор, и это утешает.

— Заткни свою пасть, — Да Римини была не в себе, она повернулась к забывшим обо всем на свете братьям Фернандес. — Эй вы, идиоты! Ищите выход! Успеете еще наиграться!

Картеру пришло на ум, что попытайся он сейчас, когда монопольные производители инка-колы плещутся в золоте, толкнуть зазевавшуюся Да Римини в спину и повалить ее на землю, Февик, единственный из пленников, чьи руки не связаны, мог бы вернуть себе свой пистолет и воспользоваться им по назначению. К несчастью, осуществление плана требовало активного участия Февика, а это, как тут же с грустью признался себе Картер, могло означать только то, что план был обречен на провал. Эх, была б у него возможность высвободить хоть одну руку!

Возбужденные братья Фернандес отправились на поиски выхода, остальные остались с тревогой ждать их возвращения.

Они вернулись через пару часов, странно притихшие.

— Мы не нашли выхода, — сказал Манко.

— Мы обнаружили только несколько небольших- туннелей, но все они ведут вниз, не на поверхность. Мы не стали углубляться в них слишком далеко, — добавил Бланке, пытаясь унять дрожь.

— Но должен же здесь где-то быть выход! — воскликнула растерянно Да Римини.

— Не обязательно! — Февик преспокойно сидел у фонаря и нежно гладил Мо, устроившегося на его коленях и довольно мурлыкающего. — Разве можно придумать более надежное для сокровищ место, чем пещера, входом и выходом в которую служит только эта яйцеобразная штуковина? — он кивнул в сторону круглого, не имеющего крыши, сооружения.

Эшвуд зашевелилась:

— Не думаешь ли ты еще раз воспользоваться этим яйцом?

— Почему бы и нет? Если его использовали для транспортировки золота, значит, инкам приходилось перемещаться в обоих направлениях, ведь здесь нет скелетов! И разве есть у нас причины сомневаться в том, что мы в состоянии проделать то, что делали они?

— Тогда прихватим с собой и часть золота отсюда, — приободрилась Да Римини.

— Эй, — угрожающе заговорил Картер, — на чьей ты стороне, Февик?

— Фивик! — исправил археолог. — Я на той же самой стороне, на которой был, есть и буду всегда, мой несчастный друг, — уклончиво отвечал Февик. — Я на стороне знания, — он повернулся к Да Римини и заявил: — Если вообще существует какой-нибудь выход из этой пещеры, то только я смогу его найти. Однако, если вы пожелаете воспользоваться моей помощью, вам придется вернуть мне пистолет.

Он сделал многозначительную паузу:

— Решайте быстрее! Время не ждет, и батарейки в ваших фонарях, думаю не вечны.

Да Римини колебалась. Она оглянулась на братьев Фернандес. Манко кивнул головой.

— Хорошо, но если вы вздумаете шутить, то умрете!

— Неплохо сказано! Коротко и ясно! — улыбнулся Февик и снял Мо с колен.

— Ублюдок! — процедила Эшвуд, не вдаваясь в детали.

— Осмелюсь не согласиться, — запротестовал Февик. — Мои действия законны и продиктованы общими интересами, — он принял пистолет из рук Да Римини, проверил, снят ли он с предохранителя, и сунул его в родную кобуру.

— Вставайте! — приказала Да Римини остальным пленникам. — Пойдете с нами!

"Вот мы с Игорем и лишились возможности развязать друг друга, — удрученно подумал Картер. — И пало санто здесь нет". Они поплелись по туннелю.

Февик, действительно, как и обещал, нашел выход, причем там, где никто другой не догадался бы искать, под полуобрушившейся с одной стороны туннеля частью деревянной стены. Несмотря на ожидавшую их впереди печальную участь, Картер осознал, что, ему не терпится подставить лицо свежему ветру и солнечным лучам. Если уж им суждено умереть, то пусть это случится под открытым небом, а не в темной каменной норе. Вдруг повезет и подвернется возможность бежать?

Уложенная каменными плитами тропа, вселившая в них столько надежд, уперлась в монолитную каменную стену. Февик не смог скрыть своего разочарования:

— А вот этого я не ожидал!

— Здесь нам не пройти! — прорычала Да Римини.

— Не растраивайся, толстяк! Ты нас правильно вел. Просто твои глаза не столь остры, как ум! — выступила вперед Эшвуд и указала рукой в сторону угла.

В небольшом углублении скалы помещалась миниатюрная, высотой не более двух дюймов, копия загадочного яйца. Она, конечно, уступала оригиналу в яркости блеска, но зато на идеально-гладкой поверхности яйца были выгравированы два знака. Манко протянул руку и потрогал яйцо. Оно было надежно закреплено в углублении. — Нажми на него, — приказала Франческа. Манко кивнул, помедлил, соображая, и нажал двумя пальцами на оба знака одновременно. Раздался скрежещущий звук, который заставил всех отступить на несколько шагов назад. Часть монолитной стены сдвинулась в сторону, оставив проход, достаточно широкий для того, чтобы можно было в него проскользнуть одному человеку.

Вместе с прохладным воздухом в туннель ворвались незнакомые запахи и неяркий вечерний свет. По одному они выбрались наружу. Джунглей не было.

Они оказались на каменном склоне горы. Тут и там росли небольшие деревья и кусты, скрывая от любопытных глаз вход в туннель. Впрочем, скрывать было не от кого. Вокруг не было ни единой души. Перед ними простиралась необозримая, лишенная растительности равнина. Насколько могли позволить сгущавшиеся сумерки, они разглядели несколько обработанных клочков земли, растянувшихся вдоль небольшой речушки, и одинокий белый дымок, поднимавшийся в прозрачном неподвижном воздухе — видимо, в той стороне кто-то жил.

Небольшой одномоторный самолет медленно кружил на большой высоте над равниной. Зоркий глаз Игоря первым заметил, что именно высматривают пассажиры самолета на равнине. Он поделился своим наблюдением. Из глотки Манко Фернандеса исторглось проклятие на испанском: