Избранные произведения. Т. 8. Квози: Квози. КОТализатор - Алан Фостер

Справившись со своим замешательством, старик приблизился к ним и дотронулся до одного конца своей трубки, которая, очевидно, воздействовала на невидимый барьер, потому что он беспрепятственно вступил на платформу, не выказав при этом никакого беспокойства по поводу направленных на него грозных АК-47 братьев Фернандес.

Оценивающе оглядев их всех по очереди с ног до головы и, несомненно, обратив внимание на то, что у троих незваных гостей руки связаны, он обратился к Манко. Речь его показалась Картеру, не понимавшему слов, напыщенной, официальной, его трубка от обилия жестов то и дело взлетала вверх. Однако, некоторые слова показались Картеру знакомыми.

— Ты понимаешь его? — спросил он Игоря.

— Он говорит на странной смеси испанского и кечуа, — ответил Игорь. — Попадаются совершенно незнакомые мне слова, и акцент у него странный, но я понял, что он приказывает Манко положить его головной убор на место, говорит, что находиться здесь не дозволено никому, потому что это… — Игорь искал подходящее английское слово, — …это экспозиция.

— Экспозиция? — переспросил Картер, — вообще-то, можно было б догадаться!

— Я понял из его речи, что этот зал — нечто вроде музея. Еще он спрашивает, почему у некоторых из нас руки связаны за спиной.

Ответила Да Римини, а Игорь постарался перевести ее испанскую речь своим англоязычным товарищам. Картер почувствовал себя более других выпавшим из языковой среды, возникшей на платформе. И Эшвуд, и Февик достаточно свободно владели испанским, и даже Траиь Хо была с ним немного знакома. Картер же не знал практически ни слова, кроме пары приветствий. Он затосковал.

— Мы из Куско, — сообщила старику Да Римини, — Манко, идиот, положи корону на место. Мы возвращаемся, — она угрожающе повела стволом пистолета. — Всем встать вокруг яйца, и побыстрее!

Не обращая внимания на протесты облаченного в тунику старика, все сбились в кучу вокруг передатчика материи, Да Римини брезгливо подняла кота и посадила его на верхушку яйца… но кот, не осознавая, видимо, ответственности момента, свернулся на яйце клубком и отошел ко сну, и все настойчивые попытки расшевелить его не увенчались успехом, яйцо не работало. Да Римини лихорадочно тыкала пальцами туда и сюда, но яйцо оставалось темным и безмолвным.

— Почему оно не работает! — амазонка готова была разрыдаться, — Февик, почему оно не работает? Археолог беспомощно развел руками:

— В вопросах техники я абсолютнейший профан! Я не могу даже масло сменить в автомобиле.

В отчаянии она развернулась и наставила пистолет на старика. Картер напружинился, но старик посмотрел на нее так, как смотрят обычно на представителей особо интересного вида насекомых.

— Не стоило бы! — предупредила ее Эшвуд. — Возможно, он даже не знает, что такое пистолет, а если знает и не боится, то это говорит о многом, тем более не стоит! Возможно, у него есть веские причины не бояться огнестрельного оружия. Подумай!

Неуверенно Да Ришши опустила пистолет.

— Нам нужно назад, — она обратилась к старику, — а вы как-то отключили это яйцо. Включите его снова!

— Это, должно быть, и есть подлинный город Паитити! — принялся во всеуслышанье восторгаться Картер. — Я не могу надышаться здешним воздухом!

Игорь только покачал головой:

— До меня не доходит, как можно спрятать подобное сооружение? Где его можно спрятать? Быть может, это чей-то частный музей в окрестностях Лимы, но тогда как объяснить своеобразие языка этого человека, его странное одеяние? И как объяснить этот невидимый барьер? Я уже не говорю о передатчике материи! Я, вообще, не знаю, что и думать!

— Не один ты такой! — Картер повысил голос. — Эй, дед, ты понимаешь хоть немного по-английски?

Старик на секунду прервал свою беседу с Да Римини и бросил на него безучастный взгляд. Картер едва сдержал охватившее его чувство горького разочарования. Какого черта его занесло сюда! Надо же было ему найти тот проклятый диск! Как хорошо сейчас ему было бы дома, в Лос-Анджелесе!

— Ты думаешь, он на самом деле отключил передатчик? — спросил Картер.

— Трудно сказать, — Игорь попытался прислушаться к беседе Да Римини со стариком.

— По крайней мере, он, кажется, настроен по отношению к нам дружелюбно! — заметил Картер.

— Все тебе кажутся дружелюбными, Джейсон, — проскрипела Эшвуд, — я иногда удивляюсь, как ты вообще умудрился выжить до сих пор в этом скверном бизнесе, называемом кино.

Старик резко развернулся и сошел с платформы. Да Римини кинулась было за ним, но наткнулась на непроницаемый барьер. Несмотря на ее призывы, он так и не обернулся и скрылся за тем же поворотом, откуда появился получасом раньше.

После его ухода Да Римини еще раз попыталась воздействовать на яйцо, но тщетно, яйцо не поддавалось. Она прекратила свои попытки только тогда, когда старик вернулся, причем не один, а в сопровождении похожих на него мужчин. Они остановились в коридоре и принялись что-то горячо обсуждать, не замечая разгоряченную Да Римини, жестами пытавшуюся привлечь к себе их внимание.

— Они не знают, кто мы такие, — Игорю с трудом удавалось уловить смысл разговора, — они даже не уверены, что мы такое! Остальное не могу понять…

— Они инки? — спросил Картер.

— Не знаю, хотя по виду — индейцы, — ответил Игорь. Да Римини не привыкла к тому, что на нее не обращают внимания, и она кликнула братьев Фернандес.

— Возможно, они на самом деле не имеют представления об огнестрельном оружии, ну так пусть узнают, что это такое! Бланке, дай-ка очередь, пока в воздух!

— Ты думаешь, Франческа, стоит?

— Стреляй, я тебе говорю! — закричала она. С явной неохотой Бланко поднял свой АК-47 и дал очередь. Картер инстинктивно присел, когда пули засвистели у них над головами и, вдоволь налетавшись, посыпались, как горох, на пол платформы. "Поучительно!" — подумал Картер. Невидимый барьер был непроницаем не только для людей, но и для пуль.

Впрочем, выстрелы, все-таки, достигли некоторой цели: они привлекли внимание облаченных в туники людей. Один из них направил свою трубку в сторону стоящих на платформе путешественников, и братья Фернандес тут же взвизгнули дуэтом и отшвырнули свои автоматы на пол, как и Да Римини свой пистолет. Все трое запрыгали и затрясли руками, будто угодили пальцами в расплавленное железо.

Изрыгающая проклятия Да Римини присела, пытаясь поднять свой пистолет, но тот же человек направил на нее свою опасную трубку, и амазонка взвыла, упала на пол, схватилась руками за живот. Братья поспешили было ей на помощь, но на блестящие шестиугольные плиты мозаичного пола начало исторгаться содержимое ее желудка, и братья на удивление быстро отступили.