Непокорная попаданка. Снять метку - Мария Минц

Когда мы вернулись, все остальные горничные уже разошлись и отправились спать. Но нам с Аделаидой предстояло еще домыть комнату до конца. И, в первую очередь, мы решили заняться стеной. Благо, домыть ее осталось всего ничего.

Хотя, Аделаида пыталась и меня отправить спать, сказав, что справится и сама, но я ответила, что так дела не делаются и я ей помогла бы, даже если бы этого не приказала Глория.

— И как часто здесь все на тебя сваливают? — решила я поинтересоваться, пока мы старательно оттирали стены от подозрительных пятен, похожих на следы сажи.

— Ну, — со вздохом отозвалась Аделаида, — Я тут новенькая, поэтому частенько приходится доделывать за всеми некоторые дела. Так уж тут заведено, это нормально.

Аделаида стиснула кулачки и добавила:

— Тем более, если бы я не была готова к трудной работе, я бы никогда не пошла работать служанкой.

— То, что ты не боишься трудностей и тяжёлой работы, это хорошо, — похвалила я ее, — Но сваливать кучу дел на одного человека — это совсем не нормально. И поверь, совсем скоро я…

Я хотела было сказать “я это изменю”, но вовремя прикусила язык.

— Что совсем скоро ты? — ухватилась за мою фразу Аделаида.

— Э-э-э… я хотела скзаать, что я уверена, что совсем скоро это изменится, — кое как выкрутилась я.

— Хотелось бы… — едва слышно выдохнула Аделаида, отжимая тряпку.

— Давай лучше поговорим о слухах по поводу вашей предыдущей управляющей, — решила перенаправить разговор в другое русло я.

— Почему тебя это так интересует? — как мне показалось, подозрительно отозвалась Аделаида.

— Да так… а о чем еще говорить? Тем более, слухи — это всегда интересно. Да и сам господин Саторро нагнал такой жути, что я уже и не знаю что думать по поводу нее.

Некоторое время Аделаида ожесточенно оттирала очередное черное пятно и я даже подумал, что она решила проигнорировать мой вопрос. Но потом она все-таки отозвалась:

— Да тут и рассказывать-то особо не о чем. Она была доброй женщиной, хорошей управляющей и долгое время служила господину. Но в какой-то момент у нее в семье приключилось что-то нехорошее… вроде бы кто-то заболел… а потом она просто пропала. Можно было бы предположить, что она вернулась к себе домой, но во-первых, там ее никто не видел, а во-вторых, после ее пропажи господин еще несколько дней ходил сам не свой.

— Сам не свой? Что ты имеешь в виду? — поинтересовалась я.

— Ну… — нахмурилась Аделаида, — Он был сильно взбешен, что-то очень тщательно искал в своем кабинете… буквально полностью его перерыл, а потом еще и нанял каких-то сыщиков, чтобы те нашли управляющую. Но сделать этого им не удалось.

— Интересно… — протянула я, — И на чем же сходятся слухи?

— Все думают, что управляющая могла украсть у господина Саторро что-то ценное. Правда, идей, что это может быть, нет ни у кого. Если не считать, конечно, глупых предположений про украденные деньги и драгоценности. Учитывая, что ей господин платил щедро, я уверена, что дело не в этом, — уверенно тряхнула головой Аделаида.

— Спасибо что поделилась со мной этими слухами. Есть о чем подумать, — улыбнулась я ей.

А сама стала лихорадочно вспоминать сюжет книги. Не было там ничего ни по поводу управляющей, ни по поводу похищенных ценностей. Поэтому, довольно сложно сказать, насколько это важная информация и может ли она быть как-то связана с пропажей сестры Саторро.

В любом случае, запомним это. Если будет такая возможность, а, самое главное, если сам Саторро захочет об этом поговорить, будет лучше расспросить об этом его.

В итоге, в четыре руки мы с Аделаидой закончили со стеной и переключились на следующую комнату. Когда закончили и с ней, на дворе была уже глубокая ночь. Аделаида показала мне комнату, где я могла разместиться. К этому времени я уже плохо соображала и единственное, что запомнила наверняка — то, что там была кровать.

На которую я, собственно, и рухнула, моментально отключившись.

Через некоторое время меня растолкала Аделаида, сказав, что уже надо вставать и снова приниматься за работу. Хотя, по ощущениям, я спала не больше пары часов. С другой стороны, мне не оставалось ничего другого — стиснув зубы, я кое как привела себя в порядок и пошла помогать Аделаиде. На которую, к слову, снова накидали кучу дел.

Вообще, наблюдая так за остальными горничными, у меня создавалось впечатление, что по-настоящему работали здесь только четверо. Еще пара работала постольку-поскольку, но с другой стороны, у них были хорошие навыки шитья, потому их чаще отправляли что-то подштопать, укоротить или сшить. Зато все остальное время они где-то прятались в особняке и, сильно подозреваю, что просто дрыхли.

Уж больно лица после того, как они возвращались, были заспанные и помятые.

Еще одна служанка, Джинджер, удивительным образом растягивала данные ей задания. Сначала я подумала, что она сама по себе медлительная, но присмотревшись, поняла, что нет. Она специально работает как можно более медленно и размеренно, делая постоянные перерывы и с радостью отвлекаясь на все подряд. Если это позволяло отложить в сторону ее более тяжелую задачу, то она охотно помогала кому-то с делами попроще.

В итоге, после нее оставалось странное впечатление. Вроде, девушка и работала, а вроде бы по итогу дня почти ничего и не сделала.

Ну, а Глория и Аманда не работали вовсе. Первая вообще частенько куда-то исчезала, тогда как вторая выполняла роль тюремного надзорщика. Даром что не следила как кто-то в туалет выходит и время не засекала. А то с ее маниакальным желанием выслужиться перед Глорией я бы не удивилась и такому повороту дел.

К концу дня я настолько ушла в работу, что даже не сразу поняла, что хочет от меня внезапно объявившийся в нашей комнате дворецкий.

— Эллейн Лиран, вас хочет видеть господин, — коротко кивнул он мне.

— Зачем? — ничего не понимая, вскинула голову я.

И только потом до меня дошло, что Саторро просил меня зайти в свободное время. Вот только, из-за того, что его у меня не было, я напрочь забыла про его просьбу.

— А… да, — обрадованно кивнула я, — Точно, я сейчас.

Под испепеляющий взгляд Глории, я отложила в сторону швабру, отряхнула свою запачканную форму и отправилась следом за дворецким.

Он молча провел меня в другую половину особняка. Более просторную и богатую, но при этом, менее убранную.

Поднявшись по широкой лестнице на этаж выше, мы остановились возде крайней двери коридора, возле которой располагался небольшой балкончик, выходящий на запущенный сад.

— Господин, как вы