Сны Эстер (СИ) - "Salvill Vilder"

— Понятно.

Дэйв замолчал и о чём-то крепко задумался. Отвлёкся он только на подбежавшую к нему снова Лили: девочка что-то срочно хотела ему показать, чуть не пища от восторга.

— Не уходи, я вернусь.

Он поднялся и пошёл за сестрой к кустарнику. Эстер, проводив их взглядом, невольно улыбнулась. Он показался ей очень нервным и местами резким, но с Лили вёл себя совершенно иначе, вдруг становясь внимательным и нежным. Со своего места она не могла разглядеть, что именно так восхитило девочку, но была уверена, что даже если это что-то на самом деле совершенно обычное, Дэйв своей реакцией её не разочарует. Эстер же снова отвернулась к долине. Тревога уже не так сильно щекотала изнутри, но было сложно понять, привыкла она к ней или действительно слегка успокоилась. Дэйв вернулся вместе с Лили, девочка плюхнулась на траву рядом: в её волосах было заплетено несколько маленьких синих цветов с резными узкими лепестками и ярко-жёлтой серединкой.

— Ну, будем тут ждать вечера? — спросил Дэйв.

— Если есть что-то интересное ещё, можешь показать, — ответила Эстер. — Кстати, а почему у вас все дома только с одной стороны реки? Ну, я имею в виду, там же так много места, а только несколько ферм стоит. Понимаю, что поля и всё такое, но поля вон там и с этой стороны есть.

— На том берегу раньше тоже жили, но очень давно. Ну, как давно: там Деврекс скупил участки, когда сюда только приехал, дома снёс, сделал себе ферму, вот с тех пор там никто и не селится. Там вон только дальше ещё две фермы остались, да Винс с Тинаер рядом с Деврексом не побоялись поселиться, их земли вообще только одна хилая оградка разделяет, а скоро, наверное, вообще объединяться, если Деврекс оставит всё Лейтону и решит не возвращаться…

— А Деврекса сейчас тут нет?

— Да он уже давно уехал, ещё отец был жив и в его сторону при этом отъезде плевался, — фыркнул Дэйв. — То ли в столицу, то ли ещё куда-то, я только про то, что его как академика назад позвали, знаю. Иногда появляется, конечно, но вообще в последний раз его тут видели, наверное, год или два назад. Он даже снова откуда-то подобранных учеников на Лейтона оставил.

— Если он академик, что же он с собой этих новых учеников не забрал?

— Академик ещё не значит преподаватель, да и вообще тень его поймёт, что у него там в голове и на кой ляд он вообще их набирает. У него вообще, как я послушал, какая-то особая мания на то, чтобы подбирать всяких одарённых беспризорников или что-то в том духе: он даже Лейтона, как мне рассказывали, привёз сюда откуда-то ещё совсем ребёнком и в каком-то диком состоянии. Говорили, что он его чуть ли не выкупил у кого-то, как скот, — продолжил рассказывать Дэйв. — Эти трое вот тоже каждый с историей. Одного он привёз, потому что от него родители отказались вообще где-то на севере, второго на улице подобрал в порту Рагоссы, когда он Деврекса не то обмануть, не то обокрасть попытался, третья ему тоже в каком-то городе попалась при не самых приятных обстоятельствах: то ли сама под повозку бросилась, то ли он её сбил, я не помню. Подбирает их по всей стране, как котят, ей богу. Но если первое время он ещё ими занимался, то теперь с ними Лейтон там вместо него сидит, даже вроде продолжает обучать или что-то в том духе, тоже ведь теперь архимаг дофига. Люди всё ворчат, что рассадник устроили, даже на них пожар в церкви чуть не спихнули, но открыто возразить пока боятся… Да и попривыкли вроде: проблем от них особо нет, только то и дело Ашаке поминают, да вот пожар этот, но там ничего не доказано.

Но этом он замолк и только ещё раз напряжённо вздохнул.

— Вообще смотреть у нас особо и нечего, — слегка кисло вдруг заметил Дэйв. — Только если спуститься куда-нибудь к пастбищам или к железной дороге, ну или к разметке: вахтовики оттуда обычно гоняют, но сейчас их там нет. Или просто по рощице пройтись, мы тут ещё пару мест с видами знаем, а ещё там есть просто интересные штуки. Ну, интересные на определённый взгляд, — решил пояснить он. — Просто овраг с небольшой пещерой и парочка родников по ту сторону холма под склоном: один нормальный, но красивый, а из второго бьёт красная вода.

— Как это? — удивилась Эстер.

— А вот так.

— Врёшь небось?

Дэйв снова фыркнул и поднялся с травы.

— Вру? Пойдём, сама посмотришь, — ухмыльнулся он.

Эстер не стала отказываться.

Побродив немного в компании Дэйва и Лилит по окрестностям Тарслила, она вместе с ними очень скоро вернулась обратно в посёлок. Конечно, Дэйв планировал не возвращаться до самого ужина, но скоро заметил, что устала и загрустила от голода младшая сестрёнка, так что решил довести до дома хотя бы её. Эстер тоже не прочь была сделать перерыв на обед: ходьба по пускай и пологим в большинстве своём, но всё-таки холмам, очень скоро её вымотала и в принципе местность способствовала нагуливанию аппетита. Её всё ещё не покидало навязчивое чувство тревоги. Ведь до этого дня она ни разу здесь не была, однако в деталях помнила это место по своим же собственным снам и удивляла Дэйва своими пускай и скромными, но всё равно пугающе верными познаниями. Если и было отличие ото снов, то только в наличии самого Тарслила: в снах Эстер ни разу не видела ни построек, ни вообще людей, кроме того самого странного хвостатого мальчика, которого ей так навязчиво напоминал Дэйв. Она решила ему ни о чём не говорить. Но он всё равно ещё пару раз как будто бы в шутку спросил её, не маг ли она часом. Эстер уже сама не была до конца уверена в своём ответе.

Дом семьи Хан оказался очень далеко от вокзала, почти в самом центре растянувшегося посёлка, совсем недалеко от сгоревшей церкви. Участок ничем не отличался от всех прочих, даже дом, пускай и огромный, в три этажа и очень широкий, ничем не выделялся на фоне таких же пускай на вид уже слегка стареющих, но всё ещё аккуратных домов с садом и небольшими пристройками вокруг. Здесь разве что сад был разбит больше для красоты и отдыха, чем для выращивания чего-то на стол: большую часть земли занимали клумбы, и только у самого забора росли постриженный кустики всё той же смородины, у самой стены протянулись грядки с зеленью и были рассажены по участку плодовые деревья. В одном углу сада торчали опоры ещё недостроенной беседки. Около неё и нашёлся вдруг в компании ещё двух мужчин Ринделл. Пробраться в дом мимо него Дэйв с Лилит не смогли, но и он смог только обжечь их недовольным взглядом, ничего не сказал и даже не подошёл. На крыльце же их встретила мать семейства, очевидно переживавшая только о том, что они опаздывали к обеду.

Увидев её, Эстер немало удивилась. В основном из-за того, что эта совсем небольшая женщина в домашнем светло-сером платье с длинными узкими рукавами даже не выглядела на тот возраст, который, учитывая количество и возраст её детей, можно было для неё посчитать, взяв самый минимум. Она выглядела даже будто младше своего же старшего сына, а её светлые мягко вьющиеся длинные волосы, убранные в аккуратную «корзинку» из двух жгутов по бокам головы, будто и не трогала седина. Конечно, присмотревшись, девушка заметила у неё несколько очень явных седых прядей, но они терялись в серебристо-пшеничном цвете её волос, нисколько не добавляя ей возраста. Не было видно на её лице и руках множества морщин, а её кожа продолжала оставаться на вид свежей и мягкой, без ощущения дряблого пергамента. Даже светло-карие глаза оставались ясными, пускай и выдавали некоторую усталость потяжелевшие веки. Эстер даже не сразу поняла, что это именно мать, а не очередная сестра, из-за чего сначала сильно растерялась.

Женщина тоже сначала как будто смутилась, увидев её застывшей у калитки, но Дэйв, смирившись, видимо, что придётся остаться дома, быстро ей что-то сказал, украдкой указав на девушку и тут же жестом позвал к себе Эстер, прежде чем пропасть внутри дома вслед за младшей сестрой. Она осторожно приблизилась к крыльцу, ещё косясь на потерявшего к ним интерес Ринделла: он был уже слишком занят беседкой.

— Здравствуйте, — вежливо поздоровалась Эстер.