Убийца - Олег Бубела

— Алекс, почему это произошло? — осведомился Фариам.

— Здесь у меня есть два варианта ответа. Первый мне нравится больше всего. Так как сведения мне сообщил сам Викерн, то можно предположить, что к тому времени он уже догадался, что его Советник мертв, и скормил мне заведомо ложную информацию. Этот вариант вполне объясним, так как трупы лагерях, возможно, уже обнаружили, или показалось странным отсутствие вестей от вояк с севера, да мало ли что. Я и прикидывал приблизительно, что к этому времени о наших действиях уже будет известно степнякам, но надеялся выждать еще один день. Хотя во вчерашнем разговоре мне не показалось, что Викерн слил мне откровенную «дезу», но я могу и ошибаться.

Я помолчал, вспоминая подробности разговора. Нет, возможно все, поэтому исключать вероятность того, что Викерн знал, с кем общается, нельзя.

— А второй вариант? — спросил Фариам.

— А этот мне нравится значительно меньше и за километры воняет проблемами. Он заключается в том, что Викерн сознательно изменил план нападения. Может быть это было сделано от фонаря, по принципу на кого Единый укажет, но я склоняюсь к версии, что он вначале получил очень ценную информацию, которая и заставила его отклониться от первоначальной задумки. И мне это очень не нравится, потому что в результате мы имеем предателя в армии Мардинана, который связался с Викерном как раз перед атакой. А теперь ты мне скажи, это возможно?

Фариам задумался на минуту, а потом ответил:

— Да, ты можешь оказаться прав. После твоего вызова я собрал совещание военного совета, на котором и было принято решение о снятии части гарнизонов с соседних городов и переброске сил в Зораг… Но что-то это сомнительно. Ведь если предатель в наших рядах был с самого начала, то почему не сообщал сведения раньше. Ведь степняки тогда давно бы уже знали, что их планы с Городом сорвались и сразу же предприняли другие действия. Почему же они выжидали?

— Я не знаю, — вздохнул я. — Именно это является слабым местом в моем варианте, но совсем сбрасывать его со счетов я бы не стал, поэтому новости, которыми я хотел с тобой поделиться, пока останутся со мной. Я постараюсь максимально быстро добраться до границы со степью и уже на месте разобраться в этой ситуации. Пока могу лишь посоветовать распределить силы по городам и ждать атак. Если степняки знают обо всем, им останется только начать действовать и надеяться, что они пробьют оборону Мардинана. Не забывай, их раза в три больше чем нас, поэтому я не думаю, что Викерн и дальше будет строить хитроумные планы. Нет, он просто задавит массой, но для этого ему еще нужно собрать силы со всех лагерей в степи. Значит, еще три-четыре дня спокойной жизни у вас есть, во время которых он будет просто держать границу в напряжении, устраивая такие же налеты на города… И еще. К вечеру в Городе должны появиться мои ребята. Используй их на полную катушку, как личную гвардию. Пусть подчиняются напрямую только тебе, так ты получить мобильный летучий отряд, который способен противостоять до тысяче степняков. Если мои догадки верны, то информатор еще себя проявит, а так у тебя будет лишний козырь в рукаве.

— Козырь? — не понял Фариам.

— Не обращай внимания, смысл ты уловил, остальное придумай по ходу дела. Самое главное, поищи предателя. Может, его и нет, но я бы не стал на это надеяться.

— Ты все еще в горах? — спросил Фариам.

— Пока да, — ответил я.

— Что ж, будем держаться и ждать твоего возвращения. Надеюсь, что в горах тебе понравилось, — многозначительно сказал король.

Я понял, что он имеет в виду, и ответил:

— Даже больше, чем ты предполагаешь.

Пускай знает, что у меня все получилось. Это даст ему дополнительную надежду, так как вскоре Мардинану придется весьма несладко. Спрятав амулет в карман, я сказал:

— Вы все прекрасно слышали, поэтому нам нужно торопиться.

— Я ничего не понял, — сказал Ренард на альтари и смущенно добавил: — Так вышло, что я не говорю на общем.

Взглянув на него, я ответил:

— Ничего, сейчас исправим.

Поднявшись, я приказал ему расслабиться и взглянул в глаза. Всего несколько секунд и мое знание плавно перетекло в мозг братишки и прочно в нем укоренилось.

— Готово, — заявил я, кратко пересказал ему наш разговор и заявил: — Так что теперь нам нужно спешить. Воины, что собрались здесь пешие, или имеют лошадей?

— Меньшая половина приехала на своих лошадях, еще для трех сотен мы подыщем, а остальные — на своих двоих.

Так, ситуация осложняется. Теперь в три дня мы никак не уложимся, но делать нечего — придется обходиться тем, что есть.

— Постараемся добыть лошадей в ближайших селениях, — вынес вердикт я. — В крайнем случае, будем бежать посменно, пока будет возможность. Но, чем быстрее мы достигнем Марахи, тем больше вероятность закончить войну в короткий срок. Если мы опоздаем и Викерн покинет её, то я даже не знаю, насколько это все может затянуться.

— Тогда я отправляюсь готовить людей, — сказал Ренард и, дождавшись моего кивка, покинул дом.

Я задумался, все ли я учел, обо все ли побеспокоился и внезапно наткнулся на внимательный взгляд Вакарина.

— Что? — спросил я.

Покачав головой, вождь задумчиво сказал:

— Похоже, я в который раз ошибся в тебе. Ты совсем не сопливый юнец, который мог сломаться под грузом ответственности, ты опытный командир, который просто на краткий миг позволил взять верх своим эмоциям…

— И которому за этот миг очень стыдно, — закончил я. — Хватит об этом. Есть проблемы поважнее, чем мое душевное равновесие. Например, связаться со всеми отрядами, которые находятся в этом районе.

Я очертил область на карте.

— Это как раз меньшая из проблем, — ответил мне Вакарин. У каждого командира десятки есть разговорный амулет, так что не продет и часа, как все будут знать, что им следует сделать.

— Отлично, — ответил я. — Тогда нужно подготовить воинов, собравшихся в долине, раздать запасы продовольствия…

— С этим всем справится Ренард. Или ты думаешь, что командир всей пограничной стражи может что-нибудь упустить?

О, будем знать, какую должность занимает братишка. Я свернул карты и засунул их себе в карман, пододвинул стул поближе и заявил:

— Ну, тогда наша главная проблема — как наполнить мой поистине бездонный желудок!

Взяв ложку, я принялся с аппетитом очищать оставшиеся тарелки с остывшей кашей, мясом и прочими вкусностями. Поглядев на меня, Вакарин усмехнулся, а потом тихонько покинул дом, не мешая мне насыщаться. Я жевал и думал, что наконец началось то, чего я так долго ждал и втайне опасался — война. Стычки нашего отряда, зачистка лагерей — это еще не военные действия, а так — прелюдия к ним. Теперь же начинается действие, развитие которого весьма сложно предугадать, а еще сложнее контролировать. Радовало только то, что сейчас в моих руках находилось достаточно большое количество рычагов управления этой адской машины. И возможно, я в итоге смогу сделать так, чтобы этот механизм перемолол как можно меньше жизней моих друзей.