Дочь роскоши - Дженет Таннер

Она не ответила, и он сказал:

– Давай забудем о Рэйфе Пирсоне, Фрэнке де Вале и всех. Я хочу еще тебя увидеть. Я надеюсь, на этот раз ты мне не откажешь.

– Нет, – тихо, нетвердым голосом ответила она. – Думаю, что не откажу.

– Хорошо. Как насчет сегодня, вечером?

– Не сегодня. Меня вечером ждут на обед.

– Тогда завтра вечером? До этого времени ты сможешь вежливо отказаться, не так ли?

– Да, думаю, смогу..

– Этого недостаточно. Мне нужно твердое обещание.

– Хорошо. Обещаю.

Но, сказав это, она подумала – что же я делаю? Л как насчет обещания Сину? Но почему-то это больше не казалось важным. Ничего не имело значения, кроме как увидеть снова Дэна. Джулиет подумала, что для нее время до завтрашнего вечера будет тянуться долго.

Когда позвонила Дебора, Дэвид находился на совещании. Но, поскольку она настаивала, секретарь прервал его.

– Что случилось, дорогая? – с тревогой спросил он, подойдя к телефону. – Не мама, нет?

– Нет, ничего такого. – Но голос Деборы был все-таки на грани срыва. – Просто я думаю насчет того, чтобы завтра полететь в Лондон. Мне надо провести очередную серию коллагеновых инъекций – ведь прошло уже полгода с тех пор, как я в последний раз их делала. Мне надо было согласовать это с тобой, прежде чем звонить на Харли-стрит, чтобы сделать заказ, – просто убедиться, что ты ничего не планируешь.

– Насколько я знаю, все в порядке, но Джулиет не сочтет это странным, если ты улетишь в Лондон?

– Не понимаю почему. Она не так часто уходит из дома и приехала ведь не вчера. Кроме того, я подумала: для меня это будет хорошей возможностью куда-нибудь съездить, пока она тут. Она может присмотреть за Софией.

– Деб, я благодарен, как ты смотришь за мамой, но, честно говоря, не думаю, что у тебя есть необходимость играть роль няньки больше, чем ты это делаешь.

– Дэвид, твоя мать перенесла много ужасного за свою жизнь. Я намерена убедиться, что теперь ей жить будет легче.

– Что ж, ты, безусловно, постаралась изо всех сил. В этом направлении, – с чувством произнес Дэвид. – Никто бы не мог лучше относиться к маме, чем ты. Так что если ты чувствуешь себя спокойно, отправляясь в Лондон и зная, что Джулиет будет под рукой и составит ей компанию, то я не стану возражать.

– Спасибо, дорогой. Ты не задержишься сегодня?

– Конечно нет, раз ты собираешься завтра улетать. Дебора отправила воздушный поцелуй в трубку, потом некоторое время подержала ее у груди. Из трубки исходило тепло, то тепло, которое всегда было в ней, когда она разговаривала с Дэвидом. И все же ее твердая решимость, возникшая, когда Джулиет начала расспрашивать ее о ночном клубе «Лилия», не поколебалась.

Она так сильно любила их обоих, Софию и Дэвида. Они дали ей шанс стать тем, кем она сейчас была. Когда что-нибудь угрожало им, она вставала на их защиту с яростью, с которой тигрица защищает своих детенышей. Нельзя позволить снова нанести боль Софии. И ничто не должно ранить Дэвида.

Особенно Дэвида.

Но она не знала, как предотвратить это. Только один человек, как она думала, смог бы помочь. Дебора дозвонилась в аэропорт и заказала себе билет на ранний рейс в Лондон. Но своей косметичке на Харли-стрит она не позвонила.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

Выйдя от Дэна, Джулиет почувствовала, что ноги ее словно летят над тротуаром. Как она вообще могла чувствовать с такой силой? – размышляла она. Ей надо было бы осудить себя за то, что она предала Сина, ее должно бы волновать, что, когда все это пройдет, кто-то будет здорово обижен. Но ее это не волновало, и вину она тоже не чувствовала – ну, может, немного, но это не имело значения. Вместо этого она парила, переполненная радостными предчувствиями, счастливая как никогда в жизни. Странно, что даже разговор с Рэйфом, который час назад казался таким мимолетным, стал важным для нее. Она вошла, по крайней мере ненадолго, в другое, новое измерение, где никого из людей не было, а существовали лишь она и Дэн.

Раздался автомобильный рожок, и Джулиет удивленно обернулась. По другой стороне улицы взбирался «метро», и, к своему удивлению, Джулиет узнала за рулем Катрин. Она помахала рукой, и Катрин опустила стекло.

– Эй, привет! Что ты делаешь в этой части города? Приехала посмотреть Говард Дэвис Парк? На твоем месте я не пропустила бы это. Поверни на следующем повороте налево, потом поезжай прямо и увидишь указатель автостоянки «Бель Визаж». Там всегда много свободных комнат.

– «Бель Визаж»? – Джулиет перешла дорогу и приблизилась к машине Катрин. – Это не один ли из наших отелей?

Катрин засмеялась.

– Нет, но кто знает, в чем разница? Если там больше четырехсот комнат, то кто узнает, остановилась ли ты там или нет?

Джулиет тоже рассмеялась.

– Какая ты коварная, тетя Катрин! Представляю, как разозлился бы Дэвид, если бы кто-нибудь так злоупотреблял нашей автостоянкой.

– Что ж, если ты так щепетильна, забудь на сегодня о Говард Дэвис Парке и давай поедем в город, выпьем чашечку чаю.

Джулиет больше всего на свете хотелось бы побыть одной, разобраться в своих новых чувствах, но у нее не хватило духу отвергнуть предложение Катрин. Она очень привязалась к своей тетушке.

– Звучит заманчиво. А куда ты предлагаешь поехать?

– Я знаю одно местечко. Ты его ни за что не найдешь, если не поедешь со мной, да и можешь заблудиться. Слушай-ка, бросай свою машину здесь, где попало, прыгай в мою, а потом я тебя привезу обратно.

Джулиет заколебалась. Не покажется ли странным Дэну, если он увидит ее машину возле своего дома спустя полчаса, как она вышла от него. Но Катрин уже открывала дверцу.

– Запрыгивай. Между нами, – мы перегородили дорогу. А если я допущу еще одно нарушение правил, то, боюсь, меня лишат прав.

Джулиет улыбнулась.

– Ты меня ограничиваешь!

Катрин улыбнулась в ответ, а азартный блеск в ее глазах был таким заразительным!

– Да, – зловеще сказала она, – я знаю!

«Медный чайник» оказался старомодной чайной с кружевными скатертями, карликовыми пальмами и трехъярусными тележками, нагруженными крошечными вкусными французскими пирожными.

– Ну, расскажи мне, как тебе нравится Джерси, – сказала Катрин, наливая чай в тонкие, ребристые фарфоровые чашечки. – Я знаю, твоя бабушка в восторге, что ты приехала. Она чувствует, что столько лет пропустила, не общаясь с тобой, и она, конечно же, права. – Она смотрела ей прямо в глаза, но в то же время как-то уклончиво. – Но, думаю, ты вряд ли решишь надолго здесь задержаться.

Джулиет слегка покраснела. Получалось так, что тетушка была способна читать ее тайные надежды и распознавать мечты, о которых она сама еще не ведала.