Владыка забвения: Железная Воля - Елена Червоная

Богачи никогда не прятали своих денег в изящных перстах или дорогих плащах. Их выдавала уверенная, ленивая походка, легкое презрение, напускная важность, привычка не замечать грязь и нужду, тянущуюся за ними следом. Обычные люди чувствовали улицу, жили в ней, сторонились внезапного шума, осторожно оглядывались, когда мимо шли стражники.

Маленький кинжал из Мглы ловко скользнул между пальцами, поддевая шнурки кошеля. Мягкий звук упавшей кожи едва уловим в шуме рыночной площади. Кошель оказался в руке дьяволицы, и она сразу спрятала его под полой плаща, словно ничего не произошло. Следа от катастрофы почти не осталось, всё наполнилось суетой. Люди возвращались к привычной жизни, улицы снова ожили — теперь здесь не говорили о выживании, только о торговле, работе и будущем. Грязные дороги после весенних дождей с чавканьем принимали каждый шаг, запах сырости и прелой земли бил в нос перемешиваясь с ароматами свежего хлеба и специй с прилавков.

Плащ, украденный у одного из проезжих торговцев несколько недель назад, уже давно потерял прежний вид. Его подолы были испачканы грязью, а край немного надорвался от заросших острыми кустами тропах за городом. Но возможности постирать его не было, да и не имело это значения, пока он прикрывал от любопытных глаз.

Иви стрелой скользнула в толпу, лавируя между торговцами, хозяйками с корзинами и бедными мальчишками, которые предлагали свежую воду за монету. Пропажу, возможно, заметят не сразу, но держаться подальше — единственное, чему ее научила улица. Кошель был тяжелым. По весу можно было предположить, что этих денег хватит на месяц, если потратить разумно: на дешевый постоялый двор, еду и немного питья. Хотя… кто знает, захочет ли судьба быть к ней благосклонной в ближайшие дни?

Остановившись у самой захудалой таверны, Иветта на мгновение задержалась у входа, оценивая заведение. Вывеска, некогда гордо висевшая над дверью, теперь покосилась, а краска облупилась, обнажая темное дерево. Изнутри доносились запахи дешевого алкоголя, прокисшего пива и жареного мяса, перебиваемые стойким духом мужского пота. Она медленно открыла дверь, не спеша заходить внутрь, и привычным жестом натянула капюшон пониже. Чем меньше лиц ее увидит, тем лучше. В таких местах женщины всегда привлекали ненужное внимание.

— Мне комнату и обед, — кратко бросила она, не оборачиваясь на шум за спиной.

За стойкой стоял плотный мужик. Его старый фартук был испачкан пятнами жира и засохшей едой, а на груди виднелись следы пролитого вина. Засаленные темные волосы были стянуты в хилый хвост, открывая массивный лоб, испещренный морщинами. Глаза его выпучились, будто он недосыпал несколько недель.

— Пять ксалир! — выплюнул он, даже не потрудившись скрыть брезгливость в голосе.

Иви ничего не ответила. Вместо этого медленно развернула плащ. Глубоко во внутреннем кармане спрятался кошель. Ловкими пальцами она вытащила несколько монет, почти не глядя, и высыпала их на стойку.

— Ключ, — ровно произнесла она, протягивая руку.

Громкий хлопок заставил ее вздрогнуть.

— Ты мне что за дерьмо принесла?! — тавернщик с силой ударил ладонью по стойке.

Монеты взметнулись в воздух, подпрыгнув и рассыпавшись в разные стороны. Одна из них звонко упала на пол и покатилась в сторону зала, где за грубыми деревянными столами сидели посетители.

Сзади раздался грубый хохот, и Иветта почувствовала, как холод прокатился по позвоночнику. Что-то было не так. Она опустила взгляд на ближайшую монету. Ее гладкая поверхность поблескивала в тусклом свете, а на ней четко выделялась выгравированная башня, утопающая в облаках. Деньги Эйрисгарда. Она украла кошель у северянина. В груди тревожно кольнуло, но времени на панику не оставалось.

Раздался резкий скрип деревянного стула. Иви машинально дернулась назад. Глухой удар — тяжелый сапог опустился на монету, вдавливая ее в грязный пол. Слух мгновенно уловил дыхание слишком близко за спиной. Запах табака смешался с перегаром. Таверна замерла. Перемолвившиеся в углу мужчины осеклись на полуслове, где-то перестали греметь кружки. Медленно поднимая глаза, дьяволица заметила, как мужик в за стойкой хитро прищурился, а по его одутловатому лицу расползлась довольная ухмылка.

«Попалась».

— Интересно, откуда у тебя такие деньги? — раздался хриплый голос за спиной.

Резко развернувшись, Иветта встретилась взглядом с широкоплечим мужиком. Рыжая, спутанная борода топорщилась в разные стороны, а в колтунах застряли крошки хлеба. Плотные пальцы с неожиданной быстротой схватили ее за шиворот, и в следующее мгновение она взлетела над полом. О, как же в такие моменты она ненавидела свой рост! Ее ноги беззащитно болтались в воздухе, а пальцы вцепились в мощные запястья громилы. Капюшон сполз, обнажая лицо.

— Отвали! — рявкнула она, лихорадочно оглядываясь.

Несколько мужчин за столами уже привстали, их руки скользнули под рубахи и рукава — там, где обычно прятали ножи. Значит, он был не один.

— Знакомое личико… Не на тебя ли развесили повеления? — усмехнулся здоровяк, встряхивая ее, словно тряпичную куклу.

— Вы ошибаетесь, — сквозь зубы выдохнула Иви. — Отпустите меня, и я уйду по-хорошему.

— Ты мне угрожаешь? — громила громогласно рассмеялся, бросая взгляд на своих товарищей. — Мужики, да это точно она! Нам за нее столько золота отвалят!

Громила повернулся к своим, скалясь в предвкушении, но его довольная ухмылка быстро сменилась гримасой боли. Иветта не дала ему насладиться моментом. Темный клинок уже скользнул по воздуху, воплощаясь в ее ладони, и прежде чем мужчина осознал опасность, лезвие впилось в его предплечье, легко прорезая грубую кожу и мышцы. Оружие исчезло так же быстро, как и появилось, оставив после себя глубокий, кровоточащий разрез.

— Ведьма! — взревел он, и, обезумев от боли, отшвырнул девушку.

Мир вокруг закружился. Иви пролетела несколько метров и с глухим стуком врезалась в стену. В голове будто что-то взорвалось, зрение двоилось, перед глазами замелькали алые пятна. Она попыталась встать, но ноги не подчинились сразу. Горячая струйка потекла по затылку. Таверна пришла в движение. Несколько посетителей сорвались с мест, в их руках уже сверкали кинжалы и короткие мечи. Кто-то закинул руку за спину, явно доставая оружие из скрытых ножен. Громила метался по залу, его здоровая рука вцепилась в окровавленное предплечье.

— Уходите, или вам не поздоровится, — глухо произнесла Иви, едва держась на ногах.

Ее голос был спокоен, но пальцы уже привычно сжимали воздух, призывая новую тень. Разобраться с этой Мглой внутри было сложнее всего. Иви не обладала особыми дарами, не родилась с талантом, который бы выделял ее среди других. Когда она поняла, что из детской руки выбить кинжал проще простого, начала искать в себе что-то большее, способное защитить ее.

«Почувствуй свет внутри, он поможет тебе исцелить раны», — когда-то шептала служанка в поместье Годфрида, аккуратно перевязывая ее иссеченную кожу.

Но