Дитя пламени - Кейт Эллиот

— Вы дэймон, — внезапно произнесла девушка хрипло. Сюзанна пронзительно взвизгнула, и все ее семейство тут же загалдело, перебивая друг друга, окружив девочку, боясь к ней прикоснуться.

— Владычица, — проговорила Сюзанна сквозь слезы. — За два года она не проронила ни слова.

— Санглант? — Хериберт стремительно приблизился к принцу, накрыв ладонью его руку. Захария подошел и встал с другой стороны, поскольку Санглант выглядел настолько ошеломленным, оудто кто-то неожиданно ударил его по голове.

Проснулась Блессинг и начала плакать, испугавшись непонятного шума:

— Папа! Папа! Я хочу к папе!

— О Боже, — пробормотал Санглант, — это был не сон. Те двое детей, мальчик с ножом и девочка с деревянным Кругом Единства на шее. Я думал, мне это привиделось.

Блессинг громко кричала. У нее были хорошие легкие и голос, способный заглушить звуки битвы. Анна первой пришла в себя, схватила малышку на руки и поднесла ее к отцу. Санглант, не раздумывая, забрал ее. Блессинг уткнулась личиком ему в плечо, всхлипнула пару раз и затихла.

— У вас есть няня для малышки? — Девушка, которую звали Анна, требовала ответа, обводя взглядом комнату.

Несмотря на то что Захария услышал знакомое потрескивание, словно приближающаяся в небе гроза, он не видел эфирного дэймона. Но его обдало потоком воздуха, это говорило о том, что она здесь пролетела.

Ветер усиливался, будто кто-то распахнул все окна перед бурей.

Необычный воздушный вихрь молочного цвета в центре комнаты принял очертания какого-то существа. Над ним, мерцая и колыхаясь в воздушном пространстве, появилась Джерна.

За последние месяцы Блессинг быстро росла, ела в основном кашу и сыр, и все меньше нуждалась в грудном молоке, поэтому Джерна стремительно начала терять очертания, благодаря которым напоминала живую женщину. Казалось, что потребность Блессинг в молоке способствовала тому, что Джерна приняла человеческий облик. Теперь дэймон отдаленно напоминала едва различимое женское существо, созданное из переливающихся воздушных и водных потоков.

У Джерны не было ничего общего с потоком света. Это было что-то совершенно иное, торжество волшебства прямо здесь, в опочивальне принца.

Пронзительный визг и крики вдребезги разбили звенящую тишину, окутавшую комнату, все собравшиеся в страхе отпрянули назад. Захария не мог сказать, что напугало их больше: воздушная Джерна или непонятный водоворот света, заполнивший комнату. Блессинг прижалась к отцу, закрывая уши ладошками. Слуга Хродика упал в обморок, и молодой Матто пытался поднять его на ноги, чтобы его не затолкали.

Едва уловимый звук, словно приглушенный шепот, раздался из водоворота света:

— Санглант.

— Тишина! — закричал Санглант голосом человека, привыкшего отдавать приказы в хаосе сражения.

Тишина, словно плотная пелена, покрыла комнату. На мгновение стало так тихо, что Захарии показалось, будто он оглох, как вдруг раздалось нервное хихиканье Хродика.

Водоворот заговорил:

— Санглант. Блессинг.

Блессинг вывернулась из рук отца и подбежала к облаку света, сквозь которое, словно через распахнутое окно, были видны места, раскинувшиеся далеко за пределами мира.

— Мамочка! Мама, иди сюда!

— Господи помилуй, — голос Сангланта был полон надежды и боли. — Лиат? — Он шагнул вперед. — Я не вижу тебя. Где ты?

Захария через распахнутое окно света и не видел ничего, только невыносимо яркий блеск, будто смотришь на ледяную долину и холодное зимнее солнце слепит глаза, отражаясь от снежного покрова земли. Неужели это действительно была та женщина, которую он искал? Где же она?

И вновь раздался голос:

— Санглант, если ты меня слышишь, знай, я жива, но нахожусь в долгом путешествии и не знаю, когда оно завершится.

— Вернись к нам, Лиат! — в отчаянии закричал Санглант.

— Жди меня, умоляю тебя. Помоги мне, если можешь, я потерялась здесь. Мне необходим проводник. Джерна с вами?

Сквозь ледяной блеск он увидел темную фигуру, одной рукой она тянулась к нему, вторая мелькнула у него перед глазами. На протянутой руке блеснул голубой огонек, за спиной у этой фигуры он заметил лук, видимый, поскольку по его внутреннему изгибу туда-сюда ползали пылающие огненно-красные саламандры. Фигура приблизилась. На мгновение показалось, что она сейчас шагнет в комнату сквозь световую завесу. Захария, хватая ртом воздух, отпрянул назад, наткнувшись на Хериберта, тогда как Санглант прыгнул вперед, пытаясь удержать ее.

— Держись за меня, Лиат! — Его рука прошла сквозь пустое воздушное пространство.

Она воскликнула:

— Да! Я вижу тебя! — Воздушная серебристая Джерна, спустившись вниз с потолка, окутала Блессинг, защищая малышку. — Иди сюда, Джерна, если хочешь. Возвращайся домой. Путь открыт.

Дэймон, словно вода, скатилась вниз с тела Блессинг, пропитав ее светом и эфирным веществом своей воздушной формы. Блессинг закричала от удивления и восторга; мгновение спустя Джерна превратилась в тонкий тростник, свернулась кольцом и исчезла в распахнутом окне света.

Водоворот исчез, как только Санглант попытался прыгнуть за ней. Он тяжело приземлился на ковер на середину комнаты и выглядел, по правде говоря, несколько глупо. Блессинг рассмеялась и захлопала в ладоши, будто этот трюк он исполнил специально, чтобы развеселить ее, но ее отец побледнел, замерев на месте. Блессинг опомнилась, в страхе глядя на человека, держащего ее на руках, лицо которого исказилось от ярости.

Хериберт оттеснил Захарию и забрал хныкающего ребенка из рук отца. Как будто это действие вывело его из оцепенения, Санглант обернулся, схватил стул и поднял вверх.

С грохотом он бросил его на пол.

Деревянные щепки и бруски покрыли ковер. Госпожа Сюзанна и ее семья стремительно покинули комнату. Даже лорд Хродик, будто очнувшись ото сна, ушел, спотыкаясь и пошатываясь.

Захария шагнул было вперед, чтобы успокоить принца, но Хериберт жестом остановил его.

— Но не для меня! — вскричал Санглант. — Путь открыт, но не для меня! Неужели я для нее совсем ничего не значу, если она берет к себе другого?

Правой рукой он поднял то, что осталось от тяжелого стула, готовый вновь бросить все это об пол, когда Анна подошла и встала рядом с ним. Она не убежала вместе с другими и, казалось, не испытывала страха.

— Вы действительно дэймон с небес? — спросила она хриплым голосом. — Поэтому вы так хотите туда вернуться?

Насколько страшен король Генрих во гневе, было известно далеко за пределами его земель. Знать боялась королевского гнева по понятным причинам, хотя поговаривали, что Генрих старается держать себя в руках. Несомненно, принц Санглант был самым добродушным из благородных людей, так по крайней мере всегда думал Захария. Сейчас первый раз в жизни он увидел королевскую ярость, отразившуюся на лице принца, — отталкивающее и устрашающее зрелище, — поэтому он отступил назад и встал рядом с Херибертом, который утешал плачущую Блессинг. Она никогда раньше не видела папу в таком состоянии.