Эмират. Темная сторона Дубая - Евсей Гурьев

– Надо подумать. Я этим особо никогда не занимался…, – наконец выдавил я, по завершению монолога Жорика.

– Ты все равно здесь на несколько недель. Можешь подумать, пока на курсах учишься. Только учти: я еще не до конца уверен, насколько ты подходишь нам. Поэтому сначала определись с решением, а потом встретимся еще раз.

– Много народа у вас там работает?

– Нет, маленький коллектив – большие зарплаты.

– Я подумаю.

– Наберешь меня, если решишься.

Я огляделся по сторонам.

– Слушай, а чего так народу много? Выходной сегодня вроде…

Георгий аккуратно вытер край губ салфеткой и бросил на тарелку со своим недоеденным кишем.

– Тут не Россия. Воскресенье – рабочий день, начало недели. Пятница – выходной.

Он встал и протянул руку.

– Звони в любое время.

Вернувшись в Шарджу, я молча лежу и гляжу в потолок. За стенкой переругиваются соседи. Должно быть семейная пара. Ведь без подтверждения брака мужчину и женщину в Шардже в гостиницу не заселят в один номер. Мужчина явно чем-то раздражен: отрывистые фразы чередуются с ударами чем-то тяжелым прямо по стене. Надеюсь, он не жену прикладывает. Резкий женский вопль оборвал монолог разъяренного мужа и, судя по решимости невидимой мне тетки, беспокоиться надо скорее за мужика, не зря он притих.

Никогда раньше не думал об иммиграции из России. Во первых – я патриот, во вторых – меня вполне устраивал доход и социальный статус. Я попытался вспомнить, что знал про Австралию: кенгуру, здание оперы в Сиднее, Рассел Кроу, бескрайние прерии, сумчатый волк и эта, как ее там, рыжая плоскодонка Николь Кидман. Больше в голову ничего не приходило.

За стенкой тетка продолжала орать на мужика, тот пытался что-то вякать в ответ, но бабу это раззадоривало еще больше.

Я перевернулся на бок и почесал голову: ну выучу здесь английский, приеду туда – чем заниматься? Дворником работать? Попробовать потусить здесь? Десять тысяч баксов – это хорошие деньги, у меня в карман себе ежемесячно с прибыли побольше выходило. Но справлюсь ли я? Английским владею плохо, говорить зажимаюсь. С другой стороны… легче во Владике найти денег и снова цех открыть, пока я в теме. Все поставщики и цепочка сбыта мне известны, людей подтяну из старой команды. С Виталей они работать в большинстве своем не будут. В общем, я в курсах, как и что сделать, пока еще. Через год правила на рынке сильно поменяются и будет сложнее. Но для запуска нужны деньги. Семьдесят -восемьдесят тысяч долларов. Где бы их взять? Дома все банки в кредите отказали. Авторитетные знакомые тоже. Плюс немаловажный фактор: вряд ли мой бывший компаньон даст мне шанс подняться, конкурентов он не потерпит. В общем, сложный вопрос.

За окном уже стемнело, я сунул ноги в шлепки – собрался на улицу: надо будет пройтись еще раз вокруг Ролла, найти продуктовый магазин, есть хочется. Киши в дубайском «Старбаксе» для моей туши – это только аппетит раздразнить. Хотя, это не главная проблема: организм настойчиво требовал привычной дозы алкоголя в виде нескольких бутылок пива. Купить было негде. Шарджа – сухой эмират, искать здесь наверное бессмысленно. Какой же я дебил, что проигнорировал Duty free, когда выходил из аэропорта.

Я открыл дверь и вышел в узкий коридор. Пива хотелось настолько сильно, что у лифта мелькнула мысль позвонить Вилли. Но после сегодняшнего прилюдного разгона, который ему устроил Жорж из-за меня, было как-то неудобно. Ладно, потерплю.

Темнота ожидаемой прохлады не принесла. Душно по-прежнему, как в парилке. Однако, передвигаться стало все-таки легче. Айфон показывал 34 градуса. Народу на Rolla square стало еще больше. Видимо обитатели центральной части города под конец рабочего дня также предпочитают выползать на свет, в смысле наоборот: как кроты ждут момента, когда солнечный диск скроется в волнах Персидского Залива. Показалось, что мужиков здесь вертится гораздо больше чем женщин. На меня мало кто обращал внимания и это радовало. Кстати, супермаркет таки обнаружился в трехстах метрах от отеля, только – с другой стороны.

Пошарившись со скептическим видом по полкам отделов самообслуживания, я вздохнул – это не Владивосток и даже не Уссурийск. Черный хлеб отсутствовал как класс, наших консервов не было, гречки и колбасы не нашел, спиртного, понятное дело, тут отродясь не водилось. Выпечки, типа нашего приморского пан-сё, естественно здесь не держат, но и и беляшей с хот-догами тоже не найти. Чего они здесь жрут то?!

Индусы и пакистанцы с деловитым видом сновали взад – вперед. Однако, надо было определяться. Выбор пал на моцареллу, молоко, сухие крекеры вместо хлеба, бананы и манго. Перебьюсь и этим. Расплатившись, пошел через площадь обратно в отель. Мысли о пиве не покидали. Блин, вот ведь приспичило!

Войдя в отель, кивнул Радживу, что-то сосредоточенно писавшему за стойкой ресепшена. Внезапно заманчивая мысль пришла в голову: а не поинтересоваться ли сейчас у этого индуса насчет того как бы достать алкопродукции. Контакты с местными бутлегерами-контрабандистами он наверняка имеет. Момент был подходящий – в холле отеля никого не было.

– Good evening, Radjeeve7, – поставив сумку с продуктами, начал я налаживать межкультурный диалог, старательно выговаривая слова, -How are you?

– Oh, I am fine, Mr.Anton. Аnd you?8

Пока не очень. Зато с твоей помощью сейчас будет все гораздо лучше. Я оглянулся по сторонам и приблизился к нему поближе, перейдя на полушепот.

– Look. Can you call your friends and order six bottles of beer and… – ладно, гуляй деревня, отметим начало учебного года, -…and one bottle of vodka for me personally9.

Раджив вздрогнул, побледнел, быстрым взглядом окинул взглядом холл за моей спиной и утвердительно кивнул головой. Молодец! Наш человек! Я решил ввернуть больше мотивации, чтобы уж дожать наверняка. Ща я тебе сделаю предложение, от которого ты не сможешь отказаться.

– «Actually, we may share one bottle of vodka in my room. I bought some food for it. This is our little nasty secret, – блеснул я фразой из любимого порнофильма, в котором канадская мачеха тридцати пяти лет соблазняет в ванной своего пасынка немногим младше ее, и заговорщически подмигнул Радживу, как старому собутыльнику.

Тот снова утвердительно закивал. Потом заметался туда-сюда, рассекая пространство за стойкой. Руки у него заходили ходуном, глаза часто мигали. Достав платок из кармана, индус вытер испарину со лба. Вот ты посмотри, а еще говорят русские люди пьяницы. Товарища от одной возможности распития спиртных напитков заколотило, как советского школьника от иностранных жвачек; пальцы дрожат, видать тоже терпел до последнего. А ведь и не скажешь, такой интеллигентный на вид очкарик…

Тем временем, Раджив достал мобильный телефон и трясущимися руками начал набирать цифры. Я показал ему большой палец в знак одобрения и отвернулся. Кумарит индуса не по-детски, не буду смущать. Ладно, сейчас по-русски снимем напряжение. Может в супермаркет за зеленью мотануться, в дополнение к крекерам с моцареллой?! Ресепшионист что-то быстро шептал по телефону на английском. И без того сильный индийский акцент усилился до предела, я ничего не понял. Блин, надо учить английский как следует.

Раджив кашлянул за моей спиной, я обернулся. Он протягивал мне мобильный, умоляюще глядя в глаза. Выбрать между наименованиями водок, что ли, не может? Вот долбодятел, ладно, сейчас порешаем вопрос. Я взял телефон и приготовился объяснять. Блин, только бы разобрать их индопакское наречие…

– Ты чего там мутишь? – услышал я голос Георгия.

– О, привет. А ты чего здесь? – я ошеломленно поинтересовался у него.

– Чего я здесь?! Чего ты там Раджива до истерики доводишь? Какое – выпить! Что ты задумал?!

– Да я просто спросил. Он сам сказал, что все сделает. Сейчас позвонит и привезут.

– Кто тебе сказал? Раджив? Ты чего меня лечишь, как он мог вообще тебе это сказать, если у него сейчас прединфарктное состояние!!!

– Ну, я спросил, он кивнул…

– Антоша, дружище, – ласково начал Жорик, – Ты чудак еб… тый, раздолбай х..в. Что ты ведешь себя как удод в период полового созревания?! Во-первых, Шарджа – это самый жесткий эмират в стране. Здесь даже кальяны запрещены, а тем более то, о чем ты просишь. Во-вторых, с первыми встречными телефонами «молочников» никто не делится. Отель под камерами наблюдения, тем более. В третьих, если индус мотает головой отрицательно – это означает «да», а если кивает утвердительно -это значит «нет». Просто – наоборот все!

– Опять разводишь…

– Б..дь, иди в номер. Пей кефир. Засунь башку под холодную воду. Отстань от бедного Раджива! А то он нам скидку 20% перестанет делать здесь. Ну и в гугле можешь посмотреть. Интернет в отеле работает.

Я в недоумении вернул телефон Радживу, не зная верить или не верить. У этого Жоржа прикол на приколе. Чего за хрень?! Вздохнул, нагнулся за пакетом с продуктами, но напоследок все же решил проверить полученную информацию, не отходя от кассы, так сказать. Не хотелось бы снова оказаться жертвой розыгрыша. Черт, в голове уже на автомате вертелись грязные фразы из порнушки. Нет, надо что-нибудь спросить из общей программы, чтобы он головой покивал.