Тайна Овального кабинета - Николай Чергинец

— Я понимаю, мистер Президент. Со времени войны 1991 года, когда мы обнаружили немало недостатков в средствах ведения войны, что понудило нас сделать тщательный анализ и вместе с заинтересованными министерствами, ведомствами, а также руководителями военно-промышленного комплекса предпринять конкретные меры. На сегодняшний день мы имеем ряд новых видов вооружения. В частности, нам удалось добиться значительного прогресса в повышении точности нашего оружия и его поражающей силы. Сейчас мы имеем возможность не целиться, скажем, в здание, а брать под прицел отдельные элементы этого здания и поражать их очень точно. Мы провели испытания всех новинок и вполне удовлетворены их итогами. Речь идет об авиабомбах, способных поражать глубоко под землей многоэтажные бетонные бункеры, а также о бомбах, наводимых со спутников, ракетах, которые, несмотря на плохую погоду, точно поражают цель. Мы удовлетворены и тем, что военно-морские и военно-воздушные силы получили такое прекрасное оружие, как крылатые ракеты с боеголовками с титановым покрытием, что позволяет им поражать хорошо защищенные цели. В распоряжении ВВС находится на триста самолетов больше, чем в 1991 году. Увеличение произошло за счет принятия на вооружение самолетов, способных сбрасывать бомбы точного наведения. Как известно, мистер Президент, в Персидском заливе уже находятся авианосцы «Индепендес» и «Джорж Вашингтон». Они несут оружие лазерного наведения больше, чем было запущено в девяносто первом году ВМС со всех шести авианосцев за всю войну в Персидском заливе.

— Две недели назад мы с вами, Альберт, присутствовали при испытаниях новых бомб, несущих серию подзарядов. Вы успеваете поставить их нашим военно-воздушным силам?

— Да, мистер Президент. Действительно эти бомбы — новый вид боеприпасов, известный как унитарное управляемое ударное оружие. Такая бомба способна нести в себе до 145 подзарядов, то есть небольших бомб, которые выбрасываются до соприкосновения с целью основной бомбы и могут поражать другие многочисленные цели.

— А для борьбы с бронетехникой получила ли наша армия новое оружие?

— Да, мистер Президент! В основе нового оружия лежит принцип сверхчувствительного взрывателя, представляющего собой неуправляемую гравитационную бомбу. Она состоит из сорока «тарелочек», каждая из которых инфракрасным датчиком считывает тепловое излучение, испускаемое танком или бронетранспортером. К примеру, бомбардировщик «B-1» может нести до тридцати таких бомб, что теоретически позволяет ему уничтожить одновременно до 1200 единиц бронетехники, идущей густой колонной.

— Это очень важно, — поднял вверх указательный палец Президент. — Саддам строит свою наступательную стратегию на массированном применении танков. Поэтому я и торопил наших разработчиков и изготовителей побыстрее сделать это оружие для армии. — Президент сделал паузу, обвел взглядом присутствующих и продолжил: — Говоря о готовности наших вооруженных сил к защите глобальных интересов США в этом регионе, следует подчеркнуть, что есть еще одна отличительная особенность нынешней группировки ВМС в Персидском заливе — ее неизмеримо возросшая компьютерно-коммуникационная мощь. Не так ли, мистер Кевин?

— Да, мистер Президент. Теперь вся информация о мишенях, маршрутах, точках дозаправки, радиочастотах передается кораблям ВМС электронным образом. В 1991 году любая информация, в том числе ежедневное полетное задание, доставлялась на авианосцы физически, то есть экипажами самолетов. Во время операции «Буря в пустыне» нашим вооруженным силам удалось поразить почти половину всех мишеней. Мы уверены, что в случае новой операции этот процент будет намного выше.

Министр обороны Кевин уже привык к тому, что Президент не только выслушивает доклады, но такие совещания, как сегодняшнее, старается проводить в виде диалога, и поэтому сделал паузу, чтобы облегчить Президенту участие в разговоре.

Так оно и случилось. Джон Макоули, словно подводя черту под сказанным министром обороны, произнес:

— Вооружения наших ВМС и ВВС практически делает Ирак безоружным перед их атаками.

Неожиданно Президент обратился к директору ЦРУ:

— Как вы считаете, Джеймс Уолш, есть у Багдада эффективное средство, которым и Саддам может противостоять нам?

— Да, перевес в качестве оружия и его мощи гарантирует нам успех в этой миссии. Но нельзя забывать, что Саддам Хусейн может пойти на такую уловку, как защита объектов с помощью людей, в расчете на то, что мы не станем бить по живым мишеням.

Президент кивнул головой и обратился к государственному секретарю:

— Ваше мнение по обсуждаемому вопросу?

— Мистер Президент, расстановка политических сил вокруг возможного конфликта в заливе остается неизменной. Австралия присоединилась к группе стран, составляющих вместе с США и Англией антииракский альянс. Южно-Африканская Республика объявила вчера, что не одобряет военную акцию. Генеральный секретарь ООН призвал все стороны к спокойствию. Оман согласился разместить наши самолеты на своей территории для возможного удара по Ираку. Я думаю, мистер Президент, что в самое ближайшее время, дня через три-четыре, мы будем готовы предъявить Ираку ультиматум. Проект его уже есть. Смысл его: если Ирак в течение двадцати четырех часов не откроет доступ инспекторам ООН на все объекты на своей территории, то Багдад будет нести полную ответственность за дальнейшее развитие событий.

— Других предложений по регулированию конфликта нет?

— Есть, мистер Президент. — Макоули показалось, что голос у Кейс зазвучал с надеждой.

Президент хорошо знал, что Христина Кейс в первую очередь ненавидит славян, затем индусов, а потом уже мусульман. Президент понял: его вопрос она восприняла как возможность для нее склонить Президента не торопиться с началом войны. Но госсекретарь была не такой дурой, чтобы делать это сейчас, в присутствии истекающих слюной военных, предвкушавших новые поставки вооружений и средств. Президент сидел с непроницаемым лицом, и хитрая Кейс осторожно, стараясь сохранить нейтральную тональность, продолжила:

— Белоруссия, Россия, Франция и Лига арабских стран предлагают включить в список иракских объектов, подлежащих проверке, восемь президентских объектов. Их будет лично инспектировать главный инспектор спецкомиссии ООН, который станет вице-председателем спецкомиссии ООН.

— А кто будет председателем?

— Его назначит лично генеральный секретарь ООН. Согласно этому предложению, для инспекторов спецкомиссии, отвечающей за уничтожение бактериологического, химического и ядерного оружия Ирака, будут открыты Саддамом еще шестьдесят объектов. При этом в состав комиссии должны быть включены представители России.

— Ваше мнение — согласиться Саддам на такое предложение?

— Он еще не ответил. Но Россия и Белоруссия ведут активную работу с Хусейном.

— А как отнесутся к нашему удару лидеры арабских стран?

— Многие арабские лидеры в частном порядке поддержали бы нашу акцию, если бы она помогла устранить или ослабить Саддама. В то же время они воздерживаются от публичных заявлений.

— Благодарю вас, миссис Кейс, — произнес Президент и обратился к министру обороны: — Какими силами мы обладали в войне девяносто первого?

— Соединенные Штаты и Великобритания, кроме кораблей, имели по тридцать тысяч солдат и сто пятьдесят танков, Франция — пятнадцать тысяч солдат и пятьдесят танков.

— Что мы будем иметь сейчас?

— Двадцать четыре тысячи солдат, сто шестьдесят два самолета, три авианосца, три корабля для высадки десанта, пять эсминцев, четыре подводные лодки с ракетами «томагавк» на борту, два фрегата и два крейсера. Великобритания подготовила для удара четырнадцать своих самолетов, один авианосец, второй авианосец на подходе к театру боевых действий, а также по одному фрегату и эсминцу и одну подводную лодку. Мы быстро сможем увеличить свои силы, если этого потребует обстановка.

Президент обратился к государственному секретарю:

— Какие еще страны поддерживают нас и чем?

— Кроме Австралии и Англии, Канада предложила присоединиться к военной акции, Германия разрешила использовать авиабазы для ударов. Также предоставляют в наше распоряжение свои авиабазы Кувейт и Бахрейн. Поддерживают нас Польша, Чехия и Венгрия. Турция уже направила свои войска в северный Ирак, Израиль готов нанести по Ираку независимый удар.

— Уж не ядерный ли?! — насторожился Президент.

— Меня это предложение тоже смутило, — призналась Кейс. — Руководители Израиля уверены, что, как только мы нанесем удар, Ирак атакует Израиль. И, по-моему, при такой ситуации руководители Израиля готовы на любые меры против агрессора.

Президент повернулся в сторону министра обороны: