Тайна Овального кабинета - Николай Чергинец

Глава 7

Несмотря на то, что Президент объявил, что удар по Ираку предрешен, накал вокруг отношений Джона Макоули и Люси Бриттон не только не утихал, но и разрастался, как огонь в сухом лесу.

Президент вынужден был прервать подготовку к очень важному совещанию с высшими чинами государства, которое было назначено на четыре часа дня, и утром пригласить к себе на ранчо сенатора Дейла Беймса и адвоката Андриса Джонсона. Они предупредили, что ровно в десять будут у Макоули.

В ожидании друзей Президент прогуливался со своим любимым псом Балди по лужайке. Джон далеко забрасывал палку, а пес сломя голову несся за ней, возвращался к хозяину и, весь дрожа от веселого возбуждения ждал, пока хозяин снова бросит ее подальше на газон. А уже он, Балди, постарается.

Но вот во двор медленно въехал мощный крайслер и остановился недалеко от Президента. Охранники знали, что машина с темными окнами принадлежит адвокату Президента, но с напряженным вниманием ждали, кто приехал.

Джонсон и Беймс вышли одновременно через задние дверцы, и охранники расслабились. Обнявшись с каждым из друзей, Макоули пригласил их в дом. Они уединились в небольшой комнате на втором этаже и сразу же перешли к делу.

— Джон, обстановка осложняется, — произнес Андрис.

— Конечно, сегодня я собираюсь отдать приказ о подготовке удара по Ираку.

— Готовится не менее мощный удар. К сожалению, нам не удается нейтрализовать Бриттон Люси. Надо признать, что у нее сильный и коварный адвокат.

— А ты, Андрис, что, слабее?

— Поверь, Джон, с этой бестией трудно тягаться. Она все время опережает нас.

— Что, адвокат — женщина?

— В том-то и оно. Эта баба создала неплохую команду и действует эффективно. Она смогла не только договориться с Бриттон и установить целый ряд твоих бывших подружек, но и получить от них согласие представлять интересы каждой из них в суде против тебя.

Дейл Беймс, увидев, что Макоули иронически улыбается, буквально взорвался:

— Джон, неужели ты не чувствуешь приближения грозы?!

— Я надеюсь, что война в заливе все спишет… — невнятно и чуть слышно произнес Президент.

Дейл Беймс буквально подскочил с кресла.

— Джон, у тебя не наберется стран, воюя с которыми ты сможешь погасить скандал, связанный с очередной любовницей.

— Дейл, ты считаешь, что так много их у меня?

— Я считаю, что у Америки слишком мало стран, с кем она должна воевать из-за каждой твоей любовной шалости, — понизив голос, ответил сенатор и сел в кресло.

Макоули обратился к адвокату:

— Андрис, сколько таких шлюх?

— Я бы не сказал, что они шлюхи. В данном случае действует синдром славы. Посмотри только на название книги, которую пишет или уже написала Кэт Бредли, — «Я спала с Президентом».

— Как называется книга? — насторожился Макоули.

Джонсон повторил.

— Вот сучка! — не сдержался Президент. — Тогда я и не предполагал, что буду Президентом. Написала бы, что спала с будущим губернатором штата. Так сколько таких птичек уже известно?

— Нам с тобой больше, им — меньше, — пошутил адвокат и добавил: — Пока три или четыре, не считая секс-бомбы Моники Левин, которая, если рванет, то, считай, навсегда уничтожит твою политическую карьеру. К сожалению, некоторые из них с помощью адвоката Барбары Декарт установили контакт с прокурором Томасом Гордоном, который завел на тебя досье, где ты блистаешь под псевдонимом Джон Доу, а эта самая Кэт Бредли красуется под Джейн Доу № 4. Так Гордон конспирирует женщин.

— Хорошо, что прохожу у него просто, как Джон Доу, а не с порядковым номером, — хмуро пошутил Президент и продолжил: — Выходит, что если у Гордона Кэт Бредли обозначена под номером четыре, то у меня есть еще три любовницы.

— Да, это так, — согласился Джонсон, — по имеющимся у нас данным, у него в картотеке и Джейн Доу № 5.

— А это кто такая? — спросил Макоули.

— Илона Сталлер.

— Илона Сталлер?.. Не помню такой.

— Давняя история. Эта пятидесятилетняя матрона вчера самолично предстала перед телезрителями в телепрограмме «Эй-би-си» «Дейтлайн» и, прикладывая к глазам платочек, поведала, как Джон Макоули в 1978 году принудил ее, замужнюю женщину, к сексу. Ведущая телепрограммы заявила, что страна столкнулась с новым «сталлергейтом».

— И в чем эта Илона Сталлер обвиняет меня?

— Все в том же. Когда она была активисткой в твоей предвыборной кампании на пост губернатора штата, она, в то время дипломированная медсестра, содержавшая частный пансионат для престарелых в городке Ван-Бюрен, познакомилась с тобой лично. Ты навещал городок и после короткого общения с ней предложил встретиться в Литл-Роке.

— И она, конечно, не отказалась.

— Было бы странно, если бы она не согласилась, как и любая красивая женщина Арканзаса.

— Ну и что, она приехала?

— Конечно, и не одна, а с подругой, тоже медсестрой. Встретились вы в отеле «Камелот». Чтобы избежать репортеров, ты предложил подняться к ней в номер.

Вчера с экрана телевизора Илона Сталлер рассказала, что ты, как только оказались в номере, сразу же набросился на нее, повалил на кровать, порвал колготки и сделал свое черное дело. При этом, жаловалась миссис Сталлер, ты искусал до крови ее губы. Через полчаса надел черные очки, улыбнулся на прощание и, посоветовав приложить к губам лед, ретировался. Через пятнадцать минут в номер пришла ее подруга и ужаснулась истерзанному виду Сталлер.

— Почему же они не заявили в полицию?

— Этот вопрос вчера задала и телеведущая. Илона Сталлер с женской прямотой ответила. Оказывается, в то время она имела любовника, который является ее теперешним мужем, а тогда он имел другую жену. Ее обращение в полицию вызвало бы нежелательную реакцию. К тому же она сомневалась, что кто-либо поверит ее рассказу.

— А сейчас она надеется, что ей поверят?!

— Да, потому что ты оброс такими слухами. Вчера ведущая спросила у Сталлер, сопротивлялась ли она. И та горделиво ответила: «Всеми силами, но их не хватило». Короче говоря, в тот вечер она со своей подругой уехала обратно в Ван-Бюрен. Сказала, что, после случившегося, ты не раз пытался извиниться, но она не пожелала разговаривать и послала тебя к черту.

Телеведущая спросила Сталлер — не подкупили ли ее?

— Ну и что она? — спросил Макоули.

Ответила достойно. С возмущением отвергла такую возможность и пояснила, что они с мужем — люди состоятельные, взносы делают в фонды обеих партий. Телевидение тут же показало ее ферму — обширные, хорошо ухоженные угодья с тучным стадом коров и красивыми лошадьми. На вопрос телеведущей, как она относится сейчас к Джону Макоули, Сталлер ответила: «В эфире это не произносимо. Скажу только, что двадцать лет спустя готова пожертвовать покоем и репутацией своей семьи».

Именно эта, последняя часть передачи позволяет сделать вывод, что за Илоной Сталлер стоит другая сила — скорее всего адвокат Барбара Декарт и ее подруга, президент фонда «За свободу женщин» Элизабет Богарт. Я сегодня же предприниму меры по выяснению, что из себя представляют эти дамы.

— А почему ты заподозрил именно их? — спросил Президент.

— Богарт и Декарт встречались со всеми дамами, которые тебя сегодня атакуют. К этому следует добавить, что адвокат Декарт заключила с каждой из них договор о праве представлять их интересы по судебным искам к тебе.

— Так это же заговор!!

— Вполне может быть, — согласился сенатор Дейл Беймс.

— И что нам предпринять? — Макоули растерянно смотрел на друзей.

— Быстрее принимай решение об ударе по Ираку, — жестко произнес сенатор. — Мы надеемся, что эти события собьют накал страстей вокруг твоего мпо.

— Вокруг чего?

— Мужского полового органа, который так понравился многим.

— Перестань, Дейл! Будто я не знаю о твоих амурных похождениях.

— При чем здесь это, — махнул рукой сенатор. — И у меня, и у Андриса немалый список любовных побед. Но из нас троих ты один — Президент.

— Что мне делать?

— Поговори с Моникой Левин.

— А что делать с Люси Бриттон? Она же контачит со специальным прокурором Гордоном, и вот-вот иск будет в суде.

— Мы предпринимаем меры, чтобы договориться с ней. Думаем, что обойдется все это в полтора-два миллиона долларов.

— Ого, так я и без штанов останусь! — воскликнул Президент.

Сенатор пошутил:

— Зато мпо будет хорошо виден.

Джонсон и Беймс засобирались. У них в Вашингтоне было немало дел.

Президент проводил друзей до автомашины, помахал им вслед рукой и задумчиво прошелся по газону. Пес Балди словно дожидался этого момента — тут же подбежал к хозяину. В зубах у пса была любимая игрушка — палка, но Макоули не замечал его. Он был погружен в свои тяжелые думы. Он даже не мог ответить на свой вопрос, что для него сейчас важнее, — война в заливе или проблемы с бывшими любовницами, чаще всего любовницами-однодневками, большинство из которых он уже не помнит.