Сказы казачьего Яика - Владилен Иванович Машковцев

– Уж и не ведаю, как вас отблагодарить, отроки. Прилетайте в мою избушку на курьих ножках. Угощу вас жареными ящерицами, сушеными жабами, жуками навозными, саранчой, грибами-мухоморами, белыми поганками и беленой.

Вскоре возникла гора лесистая. И увидели Данилка и Аршин вход в пещеру. Охраняли логово Кощея семь каменных воинов с топорами. Приземлилось корыто. И тут же стражники Кощея накинули сеть на Данилку и Аршина – засада была. Скрутили им руки, повели в пещеру. Кощей сидел на медном сундуке возле костра. Над костром в большом котле смола кипела. Данилка спросил Кощея:

– Как ты узнал, Кощей, что мы летим к тебе?

И захохотал Кощей, аж скалы затряслись:

– Ха-ха! Хо-хо! Да я всё наперёд вижу. Выкрал я у юницы Дуняши волшебное зеркало – подарила зеркало Дуне рыба-севрюга. И вот стал я владыкой чудесного зеркала. Во стекле чудесном и узрел я, как вы летите ко мне в корыте.

Баба-яга стояла рядом с Кощеем. Ей было жалко Данилку и Аршина.

– Может, отпустим их, Кощей, ась? – дёргала она Кощея за рукав.

Но Кощей ударил жезлом о камень. И прикатили стражники железную клеть, в которой сидели дед и бабка. Стражники затолкнули в эту клеть Аршина и Данилку.

И удалился князь тьмы. И все разошлись. Ночь скоро наступила. Луна взошла. Летучие мыши и упыри из пещеры на охоту вылетели. Старик со старухой ворчали из клети на Данилку и Аршина-татарчонка:

– Зачем припёрлись? Теперича всех казнит Кощей. Сидели бы лучше дома.

Но спасла деда с бабкой, Данилку и Аршина Баба-яга. Пришла она, открыла ключом железную клеть.

– Выходите, пленники. Садитесь в своё корыто и улетайте. И зеркало волшебное забирайте. Стащила я его у Кощея. Спит-храпит Кощей.

Сели в корыто дед с бабкой, Данилка и Аршин-татарчонок. И полетели они домой через леса и горы, болота и холмы. А Баба-яга затащила свою козу в ступу, взмахнула метлой и тоже поплыла над лесом к своей избушке на курьих ножках.

Страна чудес – Беловодье

С давних пор говорят в народе про страну чудес – Беловодье. Царство то без царя, без бояр. И земля не земля – божий дар. Там у каждой семьи хоромы и на дым по четыре коровы. Там простор для овец и козлят. И людей не бьют, не казнят. Там живёт народ справедливый. Где же это диво-предиво?

Пришли казаки однажды к Данилке и поклонились ему:

– У тебя, Данилка, в чулане лежит корыто самолётное. Вот и порешили мы на кругу отправить послом тебя в страну чудес – Беловодье. Забирай своего дружка Аршина-татарчонка и – в путь! Аршину-татарчонку двудвенадцать языков ведомы. Будет Аршин у тебя толмачом. Летите с богом и к шаху персидскому, и к султану турецкому, и к царю-московитянину, в страну Беловодье. Поглядите, где лучше народ живёт. И возвращайтесь к нам с честным докладом.

Аршин и Данилка взяли мешок жареного проса, кувшин воды, севрюги копченой да старенький тулуп. Постелили они тулупец в корыто и полетели через море Хвалынское.

Вскоре увидели они богатый дворец шаха. А на базаре народу тьма: и купцы, и стражники, и кузнецы, и хлеборобы, и нищие. Шумела толпа, а посеред котел с кипящей смолой дымился. Собиралась шахова стража казнить дервиша за обличения владыки.

– Нет в Персии добра и правды! – вздохнул Аршин.

Полетело корыто с отроками к султану турецкому. Вот уж и минареты показались. А базары были ещё многолюдней и шумней. И на каждом базаре продавали рабов, пленных русичей, детишек и баб. Один воин-турок был посажен на кол.

– За что его на кол посадили жестоко? – спросил Аршин стражника-турка.

– Он весть принёс дурную султану. Прискакал и доложил, что захватили казаки нашу крепость, – ответил стражник.

– Нет у султана добра и правды, – покачал головой Данилка.

– Полетим в Московию, – согласился Аршин-татарчонок.

Москва белокаменная колоколами звенела благостно. Бояре – в шубах собольих, в шапках высоких бобровых. Стрельцы – на конях, с саблями. Опричники – в кафтанах серебряного шитья, а на пиках – головы собачьи для устрашения. Увидели Данилка с Аршином и казнь слона. Опричники стреляли в слона из пищалей, рубили его секирами.

– За что слона-то казнят? – ужаснулись Данилка с Аршином.

Монах-чернец объяснил юнцам:

– Шах персидский прислал царю Ивану в подарок слона. Слон умеет на колени вставать, кланяться. А перед государем нашим Грозным не встал слон на колени. Вот и казнили его. Изрубили секирами за гордость.

– Царь-то, значит, дурак, – молвил Данилка.

Дьяки сыскные тут как тут:

– Кто хулу возводит на государя? Хватай их, волоки на плаху!

Еле ноги унесли Данилка с Аршином. Прибежали они в лесок, где было спрятано их корыто самолётное. Отроки отдышались, набрали орехов лесных, наполнили кувшин свежей водой и полетели дальше. На куполе одной церквушки Данилка заметил отрока с крыльями самодельными. А внизу – толпа, стража. И палач кричит:

– Бросай крылья, Ермолай! Нет позволения на порханье крылатое. Государь и патриарх повелели тебя сжечь на костре. Слезай, Ермошка! Сдавайся! Иди добровольно на казнь! С покаянием иди!

– Не хочу помирать! И тяжка смерть на костре! – плакал отрок. – Помилуйте меня!

Но палач упорствовал:

– Не можно нарушать указа царского. Слазь с церкви. Ползи на казнь с молитвой.

Данилка и Аршин подлетели в своём корыте к золотому куполу храма, где сидел Ермошка.

– Садись к нам, мы спасём тебя!

Тут белое облако накрыло купол храма. И не видела стража, как улетели в корыте Ермошка, Данилка и Аршин.

И поплыло корыто самолётное под облаками через горы и леса, над реками и озёрами в страну чудес – Беловодию. За болотами топкими, за горами высокими, меж семи озер увидели отроки страну чудную. На ухоженных пашнях колосились рожь и ячмень усатый. Бродили на лугах стада тучные. Озера и реки рыбой кишели. Крыши хором были крыты золотом и серебром листовым. Вода ключевая текла в каждый дом по трубам фарфоровым. Стаи гусей жирных траву щипали. А люди ходили в шелках, шапках боярских.

Управлял страной атаман выборный – Беловод.

– Добро пожаловать, добрые молодцы! Садитесь за стол к угощению да поведайте, откуда вы прибыли, – поклонился гостям атаман.

Рассказали Данилка, Аршин и Ермошка о своих скитаниях. Мол, прибыли мы, дабы путь разведать к земле благоденствия.

– Да зачем же вам дорогу знать в Беловодию? От нас никто не уходил ещё. Кто к нам приходит, тот не желает в мир возвращаться! – сказал атаман.

И взаправду неохота стало Данилке и Аршину возвращаться на Яик.