Темпус - Дмитрий Шмелев

Не осознавая, что делаю, машинально отшвырнул от себя жгущийся шар и открыл глаза.

Самопальный фаербол упал метрах в тридцати впереди, превратив половину дороги в полыхающий ад. Упс…

На этот раз крик был слышен аж на другой стороне гор:

— ТЕМПУ-УС!!!

Глава 9 Новый дом

Приближение города дварфов ощущалось с каждым пройденным километром — чего стоили одни только дороги! Камешек к камушку, ни одной трещинки или неровности — и это средневековыми технологиями-то! Не то, что в моем прошлом мире. Периодически нам встречались постоялые дворы, не менее добротные и аккуратные, чем дороги. Бородачи уважали торговлю и стремились обеспечить достойные условия для всех приходящих караванов.

Идя на поводу у своего неумного любопытства, я осматривал каждый закоулок подобных мест, силясь найти… дварфов женского пола. Больно уж хотелось проверить, насколько правда отличилась от вымысла. Вдруг на самом деле ноги топором бреют, потому что ничто другое их волосье не возьмет? Да и топор — тупится вечно, править приходится, да затачивать. Представив себе, как жена посылает Ворга в лавку за оселком[21], я захихикал. Предводитель дварфов, проходящий неподалеку, с подозрением скосил глаза и бочком протиснулся мимо, стараясь не выпускать мою тушку из виду. Опасается…

Увы, ни одной…дварфийки? Дварфы? Дварфихи мне так и не попалось. Блюдут честь видимо, от чужеземцев скрываясь.

Еще трое унылых суток пути и вот, наступил долгожданный момент: мы подъехали ко възеду в подземье. Даже меня, избалованного небоскребами и много чего повидавшего, впечатлило. Ворота вздымались ввысь по самым скромным прикидкам метров на семь-восемь, а то и все десять. В ширину — где-то пять-шесть, по три метра на створку. Толщина была что-то около полутора метров, материал — чистая…сталь? Цвет правда странноватый, угольно-серый, но с металлическим блеском. С одной стороны — невзрачненько так, с другой — ничем не пробьешь. Хоть тараном долби, хоть магией. Как их без мощного подъемного крана поставили — ума не приложу. Особенно понравилась маскировка: внешняя сторона ворот была стилизована под скалу — такая же серая и неприхотливая, с выступами и впадинками, выщербинами и наростами. Коли закроют — без следопыта не разберешься. Внутренняя сторона была строгой противоположностью — вся ее поверхность была покрыта красивой рунической вязью махалитового цвета и отполирована почти что до блеска. Вкупе с серебристой поверхностью створки смотрелось очень красиво. Более того, уверен что подобная гамма выбрана неспроста — с коротышек станется принести красоту в жертву практичности. Фосфорецирует небось по ночам, факелы экономя — как раз цвет почти что зеленый, неяркий, не режущий глаз в темноте. И магией защищает.

"Весь город с высоты птичьего полета", к моему глубокому сожалению, нам не открылся — вместо него пришлось чинно пройти к местному аналогу лифта. Ой… Нет, даже и не просите. Я — не самоубийца и на эту штуковину — ни ногой.

Последняя фраза, кажется, была произнесена вслух. Спутники, пряча улыбки, принялись искоса наблюдать за мной, перемигиваясь и явно делая ставки — решусь или нет. Какое, к черту, решусь?! Начать стоит с того, что оно выглядело… относительно хлипко, скажем так. Круглая площадка, огороженная перилками едва ли по пояс, навесная крыша, да перекатные ролики по углам. Канаты, пусть даже и толщиной в мою ногу, доверия не внушали — чай не стальной трос.

— И на этом вы предлагаете мне спускаться в толщу горы? — желчи в моем голосе, казалось, хватит на целую армию. — На хрупкой веревке?

— Хрупкой? — удивленно переспросил Ворг.

Я лишь мрачно кивнул:

— Бока наели — вдруг не выдержит (на этих словах банкиры возмущенно заворчали)?

Перевозчик (или лифтер?) вздохнув, покопался в стоящем в углу сундуке и, вытащив обрывок каната, протянул мне. Осмотрев его, я с удивлением обнаружил вплетенную внутрь железную цепь с массивными звеньями. Растительная часть каната видимо выполняла лишь роль оболочки — демпферизируя и сохраняя цепь от трения и ударов.

Пропустив дварфов вперед, я с подозрением ступил на деревянную площадку подъемника. Помедлив секунду, не сдержавшись, подпрыгнул. Хм. Вроде крепко. Лифтер лишь закатил глаза кверху, а затем, будто издеваясь, резко дернул какой-то рычаг. Пол под ногами вздрогнул и медленно пополз вниз. Я судорожно сглотнул. Нам предстоял до-олгий спуск…

На удивление, все обошлось и в подземный город мы добрались в целости и сохранности. Лишь потом, где-то с месяц спустя, я случайно узнал у Ворга, что подъемник имеет тройной запас прочности и аж четыре страховочных блока. Советский стандарт, так сказать. Не то, что в моем мире. Привык видимо к Российскому тяп-ляп — потому и боялся.

Более того — так было практически со всем. Как у нас строят и как здесь — не сравнить. Дома коротышек без лживого восхищения поражали — мне было сложно представить, как подобные махины можно отгрохать без применения техники. Не простых примитивных механизмов, а именно тяжелой артиллерии: кранов, бульдозеров и подобного прочего. Как оказалось, работящим бородачам ничего этого было не нужно — дома попросту "вытесывались" из толщи скалы, из единого цельного камня. Невероятное упорство…

Кстати, насчет упорства — совершенно забыл сказать. Подъемников у коротышек насчитывалось аж тридцать две штуки — около дюжины публичных и два десятка под личные нужды. Высота спуска была примерно с десятиэтажный дом — на глазок было сложно определить точнее. Когда я прикинул объем проделанных работ и количество вывезенной горной породы — мне стало плохо. Камень — он твердый же…И до жути тяжелый.

Что самое приятное — меня, как почетного гостя, провезли на подъемнике для самих дварфов (не туристическом!) — без очередей, давки и ожидания.

Едва мы спустились пониже, до той точки, с которой был виден весь город, как я совершенно по-детски захотел открыть рот. Величие подземного царства впечатляло. Огромная пещера, похожая по форме на каплю воды, раскинулась практически от одного края горы до другого, заняв почти все свободное место. Вся ее поверхность была испещрена улицами и домами, ходами и перекрестками, мостами и переходами. Все это настоль органично вписалось в обстановку, что вызывало лишь слюнявый восторг — словно сама мать-земля создала все это великолепие.

Структура города чем-то походила на схему метро: кольцевые круги и радиальные ответвления. С расположением было не менее просто: в центре — основная инфраструктура вроде Залы Старейшин (местная Дума), банка, Королевской Кузни, магистрата и еще пары десятков учреждений поменьше; на окраинах — жилые дома и, что самое удивительное, торговые площади. Как мне потом объяснили, сделано это было по двум причинам: во-первых, скрытные коротышки не желали допускать представителей других рас в самое сердце города — вдруг секреты какие выведают?; во-вторых, рынки — это шум и толкучка, да грязь и отходы, а подобное лучше держать в стороне. Осматривая чистенькие и ухоженные улочки города я не мог с этим не согласиться.