Темпус - Дмитрий Шмелев

И вновь дорога, и вновь уныние. Уже на второй день я был готов завывать от скуки — по сравнению с недавним прошлым, насыщенным событиями по самое не балуй, дорога была отвратительно однообразной. Ни монстров, ни разбойников — только скрип телег, да сопение коротышек. Не помогало даже общение — быстро перезнакомившись со всеми бородачами, я умудрился настолько достать необщительных дварфов, что при моем приближении они начинали оглядываться и судорожно шарахаться прочь.

— Нельзя пренебрегать умением, спасшим тебе жизнь. — частенько поговаривал один мой знакомый СБ-шник. Как с этим не согласиться? Тем более что мозг человека двадцать первого века, привыкший ежедневно получать огромный объем информации, просто изнывал от безделья. За неимением лучшего было решено убивать время магией — искать новые виды заклятий и попытаться освоить хоть что-нибудь из навыков остроухого. Поначалу дело шло туго — слишком многое приходилось пробовать наобум. Нехватка знаний, впрочем, компенсировалась обширной практикой — целые сутки я был предоставлен самому себе, и, за неимением лучшего, постоянно магичил. Любимым занятием оказалось усесться на крыше повозки и сшибать "порывом" редкие кусты, то там, то здесь, произраставшие вдоль дороги. Классический "огненный шар" упорно не получался — по всякому пробовал. И кричать, и руками махать, и даже по-умному делать: пытаться построить каркас в виде небольшой твердой сферы, да запитать его манной. Тщетно. Скорее всего, я неправильно что-то делал — но что?

Ответ пришел на следующий день, когда на нашем пути появился каменный столб. Вернее, без моей помощи он скромно стоял у дороги, обозначая границу или начало новых земель, но… По сложившейся за эти сутки привычке я, едва заметив новую цель, долбанул прямо в нее "порывом". Радостно, с силой и от души, до предела насытив заклятие манной.

Если до этого мои злодеяния оставались незамеченными (кусты, срезанные кнутомм воздуха, осыпались с едва слышимым шелестом), то теперь… Столб оглушительно заскрежетал и, накренившись, замер на середине пути, не желая упасть. Пизанская башня, тоже мне. Махнув рукой и увеличив подачу энергии, я обрушил злополучный указатель и лишь затем понял, что именно сотворил — отвисшие челюсти дварфов говорили сами за себя. Стол рухнул ровно поперек дороги, подняв кучу пыли и намертво перегородив путь. На меня моментально уставился весь караван. Упс…

— Это он! — я автоматически ткнул пальцем в Ворга, идущего перед моей повозкой.

Дварфы машинально бросили на него злобные взгляды (главарь рурговчан ошалело икнул), а затем вновь перевели глаза на меня. Не поверили.

— Темп-рус! — зарычал предводитель банкиров (кажется, его зовут Гед) — Это же был межевая отметка конца наших земель!!!

Остальные бородачи скопировали рычание до последней ноты. Будут бить?

— Дай дураку в руки магию… — спокойно вздохнул Ворг и тут же рявкнул. — Исправляй это, ЖИВО!

Дварфы, скрипнув зубами, остались на своих местах. Уф-ф, кажется обошлось. Соскочив с повозки, я направился к месту злодеяния. Целиком откатить столб не следовало и пытаться — слишком большой, слишком тяжелый. Однако… И что теперь делать?

Хм… А если побыть варваром до конца? С помощью все того же "порыва" я расколол каменную махину на небольшие чурбачки и влегкую откатил их в сторонку, освобождая дорогу. Один из кусков камня, не выдержав подобного обращения, пошел трещинами. Осененный идеей, я застыл в ступоре. Все гениальное — просто, не правда ли? Вот жеж дурак…

Сам говорил — плетение, паутинка, "нить" колдовства… А огненный шар один цельным куском пытался создать. Сколько времени без толку потерял! И дроу, скотина, даже и не заикнулся! Тоже мне, оживленный-приживленный — как был поленом бесчувственным, так и остался…

Не мешкая, я вернулся на свое место на крыше и, дождавшись пока караван тронется в путь, прикрыл глаза. Затем, попыхтев немного, перешел на магическое зрение. Удалось конечно не сразу, но… Теперь можно и поэкспериментировать. Поводя кистью в воздухе, словно гладил котенка, вечно меняющего наклон головы, я нарисовал в воздухе… апельсин. По другому и не назовешь — колдовские нити тускло горели оранжевым, а по форме напоминали именно цитрусовый фрукт — разве что без кожуры, дольками. Создать подобную "ажурную" конструкцию получилось куда легче, нежели цельный шар целиком. Пыхтя и чуть ли не высунув язык от усердия, я принялся опутывать "апельсин" нитью, пытаясь придать плетению законченный вид. Получилось нечто вроде глобуса — меридианы и параллели расчертили мое творение на более менее равные отрезки. Повертев получившуюся модель и внимательно осмотрев ее со всех сторон, я остался доволен результатом — выглядело относительно прочно. Выдохнув и затаившись, принялся потихоньку наполнять плетенку энергией. То-ли из отсутствия практики, то-ли из-за ошибки в заклятии, "апельсин" принялся менять цвет — вместо оранжевого он сменился на ярко-малиновый, а затем принялся сказать по всей ширине радуги. Секундой спустя линии засветились ярче, а еще через миг обрели небывалую четкость. Последовавшая вспышка заставила меня сморщиться. Не выдержав, я открыл глаза — неужели получилось? К сожалению, не совсем. В метре от меня в воздухе болтался шар невнятного цвета, похожий на грязную воду болота, или, что будет более точным — остатки после урока рисования в детском саду. Тогда, когда все кисточки смывают одной и той же водой, превращая ее в жуткий кислотный коктейль черноватой расцветки — именно так выглядело заклятие. Хм, а если…

Вновь зажмурились и отыскав "глобус" на магическом плане, я удивился произошедшим в нем изменениям. Линии приобрели ровно такой цвет, какой только что был у шара. Не закончил видимо — надо было закрепить результат. Напыжившись от натуги, я принялся медленно менять цвет на ярко-красный, стараясь сделать его максимально схожим с огнем. Получалось относительно плохо — стоило лишь на миг ослабить контроль, как все возвращалось в изначальное состояние. С пыхтением и матюками я все же умудрился добиться желаемого — теперь это был действительно апельсин: ярко-алый и весь в завитках "пламени". Секундой спустя, я понял, что сделал это напрасно. Кисти пронзило болью, медленно нарастающей с каждой секундой. Не зная броду сунулся в воду, идио-от! Как пить дать в конструкцию должен был быть вплетен ограничитель, не позволяющий заклинанию калечить собственного создателя.

Не осознавая, что делаю, машинально отшвырнул от себя жгущийся шар и открыл глаза.

Самопальный фаербол упал метрах в тридцати впереди, превратив половину дороги в полыхающий ад. Упс…