Запах снега - Юрий Валин

— За мной скачи, — тупо предложил Лит.

— К тропе! — приказала Леди, барахтаясь в снегу.

Оказалось, все идут за троллем. Великана шатало, но он пер через снег, будто заколдованный. Шли наперерез следам «крестовых», сами беглецы уже скрылись в ложбине у подножья скал.

Вот они следы, вернее, глубокая борозда в снегу. «Крестовым» тоже приходилось туго. И как у них сил достает? Уже плюются чем-то рыжим — снег в кляксах.

— Еще чуть-чуть, — Леди пыталась подбодрить своих.

— Лит, дай я тебя чуть-чуть нюхну, — простонал Квазимодо. — Твой брат живо мозги прочищает.

— Нюхни разок, — с трудом выговорил Лит. — Вообще-то мне самому мало.

Одноглазый прерывисто засмеялся, Леди тоже прыснула, и даже лиска, барахтающаяся в глубоком снегу, затявкала. Хихикая, и качаясь как пьяные, рвались сквозь зыбучий снег. Лишь тролль все так же молча падал, вставал, и снова шагал вперед.

— Возьмем, — прорычала, давясь смехом, Леди. — Возьмем, мать их…

Выбрались из ложбины, впереди был каменистый подъем, усеянный обломками скал и погребенными под снегом кустами можжевельника. Дальше возвышался отвесный обрыв. Но, очевидно, проход там все-таки был, потому что две фигурки упорно карабкались по белому подножью.

— Стоп! Их двое, значит… — закончить Леди не успела. Свистнувшая стрела задела ее плечо, ударила одноглазого в грудь. Ква, охнув, сел в снег. Лиска прыгнула к нему:

— Что?!

— Кольчуга своих денег стоит, — одноглазый уже вскочил, щеря свои замечательные зубы. — Возьмем их, детка!

Цуцик молча прыгал, ныряя в снег с головой. Леди рвалась сквозь снег, как сквозь воду. Безмолвно шел напрямик тролль. Теа, зарываясь в снег, утопая, лишь взметывался пышный хвост, обходила заросли слева…

— Ты-то что?! Стоять будешь?

— Зачем стоять? По центру пойдешь.

Из зарослей вывалился согнутый человек — в одной руке нож, в другой тесак. На лице, заросшем клочковатой бородой, бессмысленная улыбка. И дело его бессмысленное — лишь задержать хотел, под стрелу подставить.

— Ложись!

Это Леди кричала, но Лит даже раньше в снег сунулся — ноги запутались. Остальным падать и не пришлось — хвостатых и так в снегу не было видно, тролль кланяться и не думал, одноглазый на четвереньках полз. Собственно, стрела, вылетевшая непонятно откуда, уже над Леди прошла…

…Дубина тролля ударила «крестового» в плечо. Тот, так и не успев взмахнуть тесаком, отлетел прямо к Литу. Дохнуло сладковатым, — орехи нутта жевал беглец, что ли? Углежог взмахнул топором, из-под лохмотьев капюшона «крестового» брызнуло красным…

— Бежит! — крикнул Ква, отплевываясь от снега.

Лит успел увидеть высокого человека — тот бежал, сбивая снег с кустов длинным луком. Следом взметнулось из снега длинное темное тело, вытянулся распушенный хвост. Теа ударила лучника в спину, сбила. Тут же налетел Цуцик. Рычали, рвали. Человек завопил, выхватил нож. Упала на грызущуюся кучу Леди, вывернула руку с ножом…

— Вяжите!

Лит на ходу расстегнул ремень. Квазимодо уже плюхнулся рядом, метко дал барахтающемуся человеку в зубы. Леди уже бежала дальше, выковыривая из прорезей шлема снег. Тролль шагал далеко впереди, на лучника он отвлекаться не желал…

Скрученый человек перестал барахтаться, прохрипел, пуская красные слюни:

— Я сдаюсь.

— Да быть не может! — изумился Ква, и еще разок врезал стрелку под дых.

— Успеешь поговорить, пес, — прохрипела Теа, щелкая зубами.

Пленник, корчась от боли, изумленно выкатил глаза.

— Пошли, пошли! — лиска скакнула вперед.

— Цуцик, охраняй, — Лит проверил, как стянуты руки пленника.

Пес пхнул врага передними лапами, угрожающе зарычал.

— Он же мне горло… — в ужасе завопил стрелок.

— Значит, тебе повезет, — буркнул Лит, шагая вдогонку за товарищами…

Двое последних «крестовых» взабрались уже до середины скальной стены. Карабкались медленно, отягощенные заплечным мешком. Леди и тролль подходили к подножью, остальные порядком отстали.

— Опять за тебя другие работать будут.

— Ничего, пусть вся слава им достанется. Главное, стрелка повязали.

Но догнать Ква с женой все-таки хотелось. Нехорошо самым отстающим быть. Цуцик хоть при деле остался.

«Крестовые» застряли у верхней расщелины. Наверное, это проход и был. Может, не могут пройти дальше? Тем лучше.

Долетел крик. Кажется, Леди кричала. Рассмотреть издали Лит не мог, но вроде бы командирша хватала тролля за руку. Ква с женой тоже почему-то встали. Засада?!

…Когда на склоне вспыхнуло бледное пламя, Лит еще ничего не понял. Толкнуло в ноги, углежог, и так стоявший не слишком уверенно, сел в снег. Потом долетел плотный вздох, и за ним грохот, от которого заложило уши. Над скалой вспухло черное облако дыма, смешалось с пеленой поднятого снега. Потом склон начал скатываться вниз…

…Леди выкопалась сама, тролля вытаскивали сообща. Он дышал, из крепкого носа вяло текла кровь. Поволокли подальше от еще дышащего снегом склона, дарк был тяжел, как дубовый кряж. Наконец, зашевелился:

— Смотреть…

— Сиди, мы проверим…

Лит раскладывал костер. Ква пытался удобнее устроить молчащего тролля. Леди и Теа ушли к склону.

— Я бы с костром помог, — сказал озябший связанный лучник. Кто-то из хвостатых откусил ему ухо, но выглядел «крестовый» довольно спокойным. Даже морда не слишком исхудавшая.

— Сиди и молчи, — посоветовал Лит.

— Да чего ты крысишься? — мирно спросил пленник. — Небось, егерь? Ну и я такой же.

Бить людей Лит научился. «Крестовый» скорчился, хватая воздух ртом.

— Я не такой, — пояснил Лит.

Плелись по тропке навьюченные Крыс с Бемби. От скальной стены вернулись дамы-разведчицы.

— Не подняться, — пробурчала Леди. — Обвалилось все. Без веревок точно не подняться. Не готовы мы к скалолазанию.

— Я утром пойду, — сказал тролль.

— Может их разорвало? — прохрипела Теа. — Так тряхнуло, даже лапы подкосились.

— Претор хитер. Мог и уйти, — сказала Леди. — Но это не имеет значения.

— Имеет, — выковыривая из ноздрей обрывки бинта, пробормотал тролль.

— Война только начинается, — мягко сказала Леди. — Мы придем туда, к ним. Сейчас подыхать нет смысла. Сам подумай — дело не в одном человеке, и не в нескольких сотнях. Если мы мира хотим, нужно делом всерьез заняться и вычистить гнойник.

— Мне не нужен мир, — сказал снегу тролль.

— Будет время поразмыслить. До мира еще далеко. Залечишь дырки, весной продолжим охоту.

Тролль упрямо молчал.

На следующий день никто никуда не выступил — сил не имелось. Даже Цуцик предпочитал лежать у костра. Лечили тролля — в спине того сидело две стрелы. Лит, не без ужаса, смотрел на корешки обломанных древков — любой бы человек давно сдох. Крепкая порода.

Теа, решившая, что пора обратиться в двуногое состояние, дремала у костра. Оказывается, даже оборотням меняться не так-то просто. Леди с одноглазым допрашивали лучника. Оказалось, тот вовсе и не поборник Светлого, а потомственный проводник из «серых». За серебро работал. Слушать его было неохота, и Лит прогулялся с Крысом — поставили силки на зайцев. Нужное дело — остатки вяленого мяса доели утром.

Ужин был легким. Чай с травами и горсть сухих яблок. Тролль сидел, смотрел на обрушившийся склон.

— Олле, пошли с нами, — сказала Леди. — У нас Док тебе живо спину в порядок приведет. Здесь оперировать — безумие. Весной в поход выступим, вразумим сметенные Светлым умишки боголюбцев. Будет чем заняться.

— Я весной приду, — едва слышно сказал тролль.

— Олле, хочешь дурить — дури, — сердито сказала командирша. — До весны наверняка околеешь. Мы, конечно, и без тебя повоюем. Но глупо получится. Война в два дня не кончится. Нам союзники нужны.

— У троллей нет союзников.

— Если нет, так будут. Мир меняется. То затейник Светлый умы сотрясает, то вот это, — Леди кивнула в сторону склона. — От нас зависит, каким дальше мир будет.

— Зачем мне мир? Моей семьи больше нет, — пробормотал Олле. — Троллей в горах больше нет.

— Полагаю, ты заблуждаешься. В любом случае, ты-то есть.

— Действительно, — сонно заметила Теа. — Мой народ Холмов тоже весь ушел. Но продолжение имеется. Хоть и с жидковатой кровью, — лиска сощурилась на мужа.

— Всё что могу — делаю, — прочувственно заверил одноглазый. — В меру сил. Знаешь, Олле, мы когда-то немного попутешествовали — мир на удивление велик. Прогуляйся с нами в «Две лапы». Подлечимся, поговорим, планы на весну проработаем.

— Пойдемте, господин Олле, — неожиданно для себя сказал Лит. — Я тоже вроде как в гости в замок заехал. Теперь вот прогуливаюсь, ума набираюсь. Очень познавательно. Люди там хорошие, дарки — вообще, нет слов. И кормят обычно весьма недурно.