Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3 - Агата Кристи

— Совершенно верно, но почему вы не отозвались сразу, как было велено?

— Вы не понимаете. Я была больна. Я перенесла авиакатастрофу и попала в больницу с сотрясением мозга. Это подействовало на мою память. Все, что было давно, я хорошо помню, а вот недавние события как в тумане. — Она стиснула голову ладонями и продолжала, стараясь говорить дрожащим голосом: — Вы не понимаете, как это страшно. Я чувствую, что забыла важные вещи, но чем сильнее стараюсь их вспомнить, тем реже мне это удается.

— Да, — кивнул Лорье, — катастрофа произошла весьма некстати. — Он говорил холодно и деловито. — Возникает вопрос, хватит ли у вас сил и смелости продолжать путешествие?

— Конечно, хватит! — воскликнула Хилари. — Мой муж… — Ее голос снова дрогнул.

Француз улыбнулся не слишком приятной кошачьей улыбкой:

— Насколько я понимаю, ваш муж с нетерпением вас ожидает.

— Вы и представить не можете, — сказала Хилари, — какими для меня были эти месяцы после его отъезда.

— Как по-вашему, британские власти пришли к определенному выводу насчет того, что вам известно, а что нет?

Хилари развела руками:

— Откуда мне знать? Они казались удовлетворенными.

— И тем не менее… — Он не договорил.

— Вполне возможно, — медленно произнесла Хилари, — что за мной следят до сих пор. Я ничего не замечала, но с тех пор, как покинула Англию, чувствовала, что нахожусь под наблюдением.

— Естественно, — холодно заметил Лорье. — Иного мы и не ожидали.

— Я подумала, что должна вас предупредить.

— Моя дорогая миссис Беттертон, мы не дети. Мы знаем, что делаем.

— Простите, — робко сказала Хилари. — Боюсь, что я полная невежда.

— Ваше невежество не имеет значения, покуда вы будете повиноваться.

— Я буду повиноваться, — тихо отозвалась Хилари.

— Не сомневаюсь, что со дня отъезда вашего мужа за вами в Англии внимательно следили. Тем не менее сообщение дошло до вас, не так ли?

— Да.

— А теперь я сообщу вам дальнейшие инструкции, мадам.

— Я вас слушаю.

— Послезавтра вы отправитесь в Марракеш, как вы планировали в соответствии с вашими заказами.

— Хорошо.

— На следующий день после прибытия туда вы получите телеграмму из Англии. Не знаю ее содержания, но она заставит вас срочно изменить планы и возвратиться в Англию.

— Я должна вернуться в Англию?

— Пожалуйста, слушайте. Я еще не закончил. Вы закажете билет на самолет, вылетающий на следующий день из Касабланки.

— А если я не смогу его заказать? Если все билеты проданы?

— Они не будут проданы. Все устроено. Вам ясны инструкции?

— Да.

— Тогда, пожалуйста, возвращайтесь к вашему гиду. Вы достаточно долго пробыли в дамском туалете. Между прочим, вы подружились с американкой и англичанкой, которые остановились в «Пале-Джамель»?

— Да. Я совершила ошибку? Но этого было трудно избежать.

— Никакой ошибки — это прекрасно соответствует нашим планам. Если вы убедите одну из этих женщин сопровождать вас в Марракеш, тем лучше. Прощайте, мадам.

— До свидания, мсье.

— Маловероятно, чтобы мы встретились снова, — без особого интереса сообщил мсье Лорье.

Хилари вернулась в женский туалет. На этот раз другая дверь оказалась незапертой. Вскоре она присоединилась к гиду в чайной.

— Я достал очень приятную машину, — сказал ей гид. — Теперь мы совершим прекрасную и познавательную поездку.

Экскурсия продолжалась согласно плану.

— Значит, завтра вы отбываете в Марракеш? — спросила мисс Хезерингтон. — Недолго же вы пробыли в Фесе. Возможно, было бы проще сначала поехать в Марракеш, затем в Фес, а потом вернуться в Касабланку?

— Очевидно, — отозвалась Хилари, — но трудно зарезервировать номер в гостинице. Здесь так много народу.

— Только не англичан, — печально заметила мисс Хезерингтон. — В наши дни за рубежом редко встретишь соотечественника. — Она оглянулась вокруг и добавила: — Всюду одни французы.

Хилари улыбнулась. Казалось, для мисс Хезерингтон не имел значения тот факт, что Марокко является французской колонией. Все зарубежные отели она рассматривала как прерогативу английских путешественников.

— Французы, немцы и греки, — с усмешкой промолвила миссис Келвин Бейкер. — Этот неопрятный старикашка, кажется, грек.

— Мне говорили, что грек, — сказала Хилари.

— Выглядит важной персоной, — заметила миссис Бейкер. — Видите, как официанты пляшут вокруг него?

— Зато англичанам в наши дни не уделяют никакого внимания, — пожаловалась мисс Хезерингтон. — Всегда дают им самые скверные комнаты — раньше такие занимали только горничные и слуги.

— Ну, я не могу пожаловаться на условия проживания с тех пор, как прибыла в Марокко, — сказала миссис Келвин Бейкер. — Каждый раз меня помещают в удобную комнату с ванной.

— Еще бы — ведь вы американка, — с горечью произнесла мисс Хезерингтон и нервно защелкала спицами.

— Мне бы очень хотелось уговорить вас поехать со мной в Марракеш, — сказала Хилари. — Было так приятно встретить здесь вас обеих. Путешествовать одной очень скучно.

— Я уже была в Марракеше, — отрезала мисс Хезерингтон.

Однако миссис Келвин Бейкер предложение, очевидно, показалось привлекательным.

— Это идея, — заметила она. — Прошло уже больше месяца с тех пор, как я побывала в Марракеше. С удовольствием бы съездила туда снова. Я могла бы показать вам город, миссис Беттертон, и уберечь от навязчивых личностей. Когда где-нибудь побываешь и успеешь оглядеться, то начинаешь лучше ориентироваться. Пойду в бюро — узнаю, можно ли это устроить.

Когда она вышла, мисс Хезерингтон ядовито заметила:

— Вот таковы все американки. Носятся с места на место — сегодня Египет, завтра Палестина. Иногда мне кажется, что они сами не знают, в какой стране находятся.

Поднявшись и собрав вязанье, она кивнула Хилари и удалилась. Хилари посмотрела на часы. Этим вечером ей не хотелось переодеваться к обеду. Она сидела одна в темной комнате с восточными занавесями. Вошел официант, включил две лампы и снова вышел. Лампы были тусклые, и в помещении царили приятный полумрак и чисто ориентальная безмятежность. Хилари откинулась на спинку дивана, думая о будущем.

Только вчера она спрашивала себя, не высосано ли из пальца все это дело, которым ей поручили заниматься. А теперь она готовилась отправиться в настоящее путешествие. Нужно соблюдать осторожность — ей нельзя ошибаться. Она должна быть Оливией Беттертон, умеренно образованной, довольно невзрачной, обладающей «левыми» убеждениями и преданной своему мужу.

— Мне нельзя ошибаться, — пробормотала Хилари себе под нос.

Здесь, в Марокко, она ощущала себя как в волшебной стране. Казалось, стоит потереть стоящую рядом медную лампу, как появится джинн! Подумав об этом, Хилари вздрогнула. Из-за лампы неожиданно появились маленькое сморщенное лицо и козлиная борода мистера Аристидиса. Он вежливо поклонился и спросил, прежде чем сесть рядом:

— Вы позволите, мадам?

Хилари ответила утвердительно.

Вынув портсигар, Аристидис предложил ей сигарету. Она взяла ее, и он также закурил.

— Вам нравится эта страна, мадам? — после паузы осведомился старик.

— Я пробыла здесь