Избранные произведения. Т. 8. Квози: Квози. КОТализатор - Алан Фостер

Глава 6

Картер помог Игорю закрепить ремни на крыше лэндровера. Эшвуд сидела на переднем сидении, просматривая свои бумаги и разговаривала сама с собой, бормоча что-то себе под нос.

Картер обошел лэндровер и обратился к Игорю:

— Так значит, ты уверен, что никаких сокровищ в сельве нет?

— Я уже говорил вам. Может и есть, но нет причин верить в сказки, — он закрепил последний ремень и вытер руки о штаны. — Испанцы вывезли отсюда на кораблях горы золота, серебра, изумрудов. Возможно, что-то и осталось, но инки надежно припрятали оставшиеся сокровища. Если б меня кто спросил, то я сказал бы, что подлинное сокровище сельвы — ее уникальный животный и растительный мир, а не припрятанное золотишко.

Картер помог ему затолкать в багажник огромный ящик со льдом. — Природа интересует Марджори постольку-поскольку, ну а я — другое дело. Когда мы будем проезжать что интересное, скажи мне.

Игорь де Сото улыбнулся:

— Как же иначе? Приятно, когда рядом с тобой есть кто-то, с кем можно поделиться восхищением, которое внушает красота природы. Так, вроде бы все вещи на месте…

— Нет еще!

Картер поспешил в отель и вернулся с деревянным ящичком. Игорь наблюдал, как осторожно опускает его Картер на крышку ящика со льдом.

— Ты решил прихватить с собой кошку?

— Она не будет в тягость!

— Зачем она тебе?

К удивлению Картера, ответа у него не нашлось.

— Я не знаю сам. Марджори говорит, с ней я далеко не убегу. Мне кажется, если я оставлю Мачу в Куско, она долго не протянет.

— Сельва вряд ли будет к ней добрее!

— Сельва — может быть, но я — да! Я уже пробовал устраивать ее в своем рюкзаке, она сворачивается клубком на полотенце и мгновенно засыпает. А холодной ночью она меня согреет.

Игорь выразил свои сомнения:

— Посмотришь, что с ней будет, когда она услышит первый рык ягуара!

Лэндровер трясло безбожно, но подъем через гребень обернулся для Картера удовольствием: с высоты двенадцати тысяч футов он с изумлением разглядывал обрывистые горные террасы и долину, по которой неуверенно вилась одинокая пыльная дорога.

Они проехали продуваемые всеми ветрами убогие городки Паукартамбо и Акханако, взрослые жители которых со спокойным любопытством разглядывали их машину, а темноглазые, грязные, смеющиеся дети бежали следом, пока лэндровер не скрывался из вида.

Когда они начали спуск, появились первые островки зелени, которые вскоре сменились сбегавшими со склонов зелеными волнами. Никогда прежде Картеру не приходилось видеть такое буйство растительности.

Обедали они, остановившись, в облаках, окутанные клубами тумана. Для кого-то этот заоблачный лес, как назвал его Игорь, был естественной средой обитания. Прозрачный горный поток бежал вдоль дороги, стараясь заполнить собой всякую выемку, каждое углубление, и всякая выемка, каждое углубление представляли собой отдельный мирок со своим собственным неповторимым экологическим равновесием. Каскады бесчисленных ручейков питали влагой дикие орхидеи, мхи, причудливые травы.

Сидя на складном стуле, Игорь грыз крылышко цыпленка.

— На планете осталось не так уж много подобных мест.

Здесь живут скрытные существа, предпочитающие уединенный образ жизни, очковый медведь, например. Даже птицы здесь не особо голосисты.

Картер наблюдал за тем, как Мача ловит в луже головастиков. Она не отходила от людей. С тех самых пор как они покинули Паукартамбо, им не попадались встречные машины.

— Посмотри-ка, Марджори, какая красота!

В одной руке Эшвуд держала бутерброд, а другой хлопала себя по шее.

— Мне некогда любоваться красотами. Кто будет за меня хлопать этих кровососов? Игорь даже не улыбнулся.

— Первые москиты! Это разведчики! Они предвестники великого нашествия.

— Я же намазалась средством от насекомых! — хлопнула себя на этот раз по лбу Эшвуд.

— Чем больше ты их бьешь, тем больше это им нравится, — сказал Игорь. — Они предвкушают свой предобеденный коктейль.

Он направился к лэндроверу, порылся в багажнике и достал розовую бутылочку с жидкостью.

— Попробуй вот это! Некоторым помогает, но лучшая защита от москитов — длинные штаны и рубашка с длинными рукавами, по две пары того и другого, но штаны при этом должны быть заправлены в ботинки. Длинные волосы тоже не помешали бы.

Марджори взяла из его рук розовую бутылочку:

— А вот с этим советом ты опоздал лет на двадцать! Они продолжили спуск. Дорога стала сужаться и сузилась настолько, что им пришлось ехать между совершенно отвесной стеной с одной стороны и совершенно отвесным обрывом с другой. Туман мешал Картеру любоваться обрывом, что было кстати: вдоль дороги не было ограничительного барьера, а во многих местах была размыта и сама дорога.

Сорок пять минут они потеряли на то, чтобы пропустить взбиравшийся вверх везущий лес грузовичок. Они долго искали участок дороги, где можно было б разъехаться, и пережили ужасные минуты, когда правое заднее колесо лэндровера зависло над пустотой в тысяче футов над простиравшимися внизу джунглями. В конце концов, грузовичок ухитрился проскользнуть мимо, и они продолжили спуск. За двенадцать часов спуска им больше никто не встретился.

Они тряслись на рытвинах и ухабах, пересекали селевые потоки и утопали в грязи, которая поглотила бы машину вместе с пассажирами, не окажись Игорь столь искусным водителем. Ветви деревьев нависали над ними, лишая их даже того света, который оставлял им непрекращавший ся проливной дождь. Казалось, они едут по темному зеленому туннелю.

Было темно, хоть глаза выколи, когда они, грязные и усталые, въехали в крохотное индейское селение Пилькопата. Дождь лил так, что попрятались даже собаки, не было видно ни одной. Фары лэндровера выхватывали из темноты призрачные фигуры.

Игоря скрыла завеса дождя. Появился он несколько минут спустя. Промок он до нитки, что, однако, ничуть, казалось, его не обеспокоило.

— За рекой есть старая чайная плантация и несколько кроватей в домике, который держат специально для проезжих.

— А как мы переправимся через реку? — спросила Эшвуд.

Картеру показалось, что ее интерес к сокровищам инков несколько поубавился.

— Машина останется здесь. Дальше мы отправимся на лодке. Вы можете переночевать в лэндровере, если предпочтете заднее сидение машины сухой постели с чистыми простынями.

Эшвуд вылезла под проливной дождь. Картер взял спящую Мачу, осторожно положил ее в свой водонепроницаемый рюкзак и водрузил его на спину. Они последовали за лучом фонарика своего проводника.