Рассадник добра - Светлана Дмитриева

Ступая осторожно, чтобы не подавить магическую саранчу, она поднялась по ступенькам. Музыкальный стрекот не прекращался, а некоторые довольно-таки мерзкие особи периодически пытались влезть ей на ноги, цепляясь за кожу. Вот когда Машка пожалела, что не обзавелась привычкой брить ноги регулярно. Фиг бы эти нахарды куда-то забрались, будь ее ноги гладкими, как в рекламе! Твари были настойчивы. Похоже, им от Машки что-то было нужно. Правда, в их выпученных глазах вовсе не светился недюжинный ум. По крайней мере, Машка не могла его разглядеть. Но двигались и действовали они слаженно.

Убежав ненадолго в дом, Айшма вернулась с огромной золотистой мухобойкой, торжественно возложила ее на ступеньки и принялась однообразно подвывать, ритмично постукивая при этом пальцами по рукоятке. В своем аккуратном платье, с прической, уложенной волосок к волоску, она совсем не была похожа на шаманку. Машка успела заметить, как презрительно отвернулся Май, как жалостливо улыбнулся Вий. Вероятно, им человеческая предметная магия казалась чем-то вроде инвалидной коляски. Передвигаться можно, но ограниченно, и выглядит это довольно жалко. В Машке немедленно проснулась расистка и, задрав подбородок, она шагнула в замок, предварительно стряхнув с ноги очередное гадкое насекомое. Роесна без белого магического сияния выглядела голой, если только здание может быть таким.

Балкон, с которого орал некромант, лепился к главному залу. Единственным плюсом этого вечно пыльного и неуютного помещения были его размеры. По залу можно было бы ездить на мотоцикле, если бы у некроманта был мотоцикл. В высоком кресле сидел Вилигарк, бледный и заметно исхудавший. Глаза у него были несчастные и неприветливые, как у побитой собаки. Никому не нравится, когда его бьют. Даже собаке.

— Дай руку! — велел он.

— Зачем? — подозрительно поинтересовалась Машка.

Не то чтобы она ждала от работодателя подвоха, но ведь с этими некромантами нужно держать ухо востро. А вдруг Вили, милый и доброжелательный обычно, будучи ограбленным, замыслил пополнить свои силы за ее счет?

— Дура, — ровным голосом сказал маг. — Я встать не могу. Ноги дрожат. Давление упало, и в ушах шумит. Твой жадный крылатый приятель, да запрет его Херон в пещеры навечно, не умеет умерять свои аппетиты.

— И вовсе он не жадный, — обиделась Машка за дракона. Ну и за себя тоже. — У него работа такая.

— Значит, про его работу ты все понимаешь, — поддел ее некромант. — А к своей относишься спустя рукава. Давай сюда руку!

Пришлось дать, потому как Вилигарк был абсолютно прав. Вцепившись сильными пальцами в ее руку, некромант рывком выкинул себя из кресла. «Стоп! — подумала Машка, и ее прошиб холодный пот. — А как же он к балкону-то подходил?» В зажатой некромантом руке тут же почудилась боль, в позвоночнике заныло, и резко захотелось что-нибудь съесть. Впрочем, последнее всегда случалось с Машкой, когда она начинала нервничать. Похоже, именно поэтому за последние две недели она прибавила килограммов пять. На бедрах это даже было заметно, что ужасно Машку огорчало.

— Вы мне руку сдавили. Больно, — мрачно сказала она.

— Потерпишь, — безразлично отозвался некромант.

Машка нахмурилась и, прикрыв глаза, попыталась сосредоточиться. «Первое средство против черной силы и нечисти — крест, — вспомнила она. — Нужно представить себе крест». В волшебных свойствах христианского символа она, стыдно признаться, сильно сомневалась. Дома, в Москве, эта практика не работала совершенно. Пьяным гопникам без разницы, представил ты себе крест или так просто задумался. Да и просто шпана не очень-то всю эту атрибутику уважала. Но ведь в мире, где магия существует взаправду и большинство людей умеет ею пользоваться, такая штука вполне может сработать. И Машка явственно представила себе здоровый золотой крест на черном фоне. Яркий такой, чуть ли не светящийся. К ее удивлению и радости, некромант вначале споткнулся, а потом закашлялся и остановился вовсе.

— Ну скажи мне, что я тебе такого сделал? — страдальчески произнес он, с упреком глядя на нее.

— Вы мне наврали! — смело ответила Машка, обвиняюще наставляя на него палец.

— Ну и что? — удивился некромант. — Я тебе, кажется тысячу раз уже говорил, что черным магам положено лгать. Это правильно.

— Не моя проблема, — совсем обнаглела Машка. — Я считаю, что мне врать нельзя.

— Кто тебе сказал такую глупость? — удивился маг. — Врать можно и нужно всем, кто достаточно глуп или слаб, чтобы купиться на это вранье.

— Но я же не купилась, — отозвалась Машка.

Вилигарк, похоже, слегка растерялся и ослабил хватку. Воспользовавшись моментом, Машка аккуратно выдернула свою руку и тщательно ее осмотрела. Не увидев ничего страшного, она еще раз, для профилактики, представила себе крест. Некромант закашлялся снова и с возмущением взглянул на нее.

— Так ты это специально делаешь?! — спросил он так, будто Машка совершила что-то неприличное. — Мертвый бог, что за воспитание!

— А что такого? — немного смутившись, спросила Машка. — Что я такого сделала, по-вашему?

— Ты показываешь немолодому и весьма уважаемому магу крайне неприличный символ, — объяснил Вилигарк все еще растерянно. Кажется, он не мог поверить в то, что нормально развитой подросток женского пола таких общеизвестных вещей не знает.

— А что он означает? — не унималась любопытная Машка.

Вилигарк задумчиво поковырял в зубах и с тоскою взглянул на нее. Ему все еще казалось, что нахальная девчонка над ним издевается. Машка в ответ демонстративно похлопала ресницами, и некромант, тяжело вздохнув, объяснил:

— Этот знак — демонстрация того, что ты считаешь меня пустым местом, причем в крайне похабной форме. Ты символически зачеркиваешь меня.

— А у нас он служил для изгнания нечистой силы, — сообщила Машка радостно. — То есть вы тоже нечистая сила?

— В каком-то смысле... — пробормотал Вилигарк и почесал подбородок. — Имей в виду: еше раз такое увижу — убью. Оскорбление — вещь серьезная, но на первый раз я тебя прощаю.

— Ладно, — покладисто сказала Машка. Ей не было страшно. Вилигарк совершенно не походил на человека, способного так просто кого-нибудь убить. — А куда мы идем, собственно?

— В лабораторию. Мне нужно взять у тебя пробы крови, — пояснил Вилигарк.

— А зачем? — поинтересовалась Машка.

Нормальный человек не станет слишком уж доверять некроманту, даже такому безобидному, как Вили. Он, конечно, не вампир, что утешало. Но черный маг, интересующийся твоей кровью, поневоле вызывает некоторое подозрение.

— Без этого я не смогу учить тебя магии, — терпеливо сказал Вилигарк. — Вдруг у тебя кровь неподходящая? Мне непонятно, почему к тебе так хорошо относится всякая нечисть. Может, ты не сможешь заниматься некромантией.