Рассадник добра - Светлана Дмитриева

— Глупенькая ты, плоская, — продолжил Май. — И мысли у тебя плоские, с чужих слов запомненные. Слова не всегда несут в себе знание.

— Угу, на заборе тоже написано, а там дрова лежат, — согласилась Машка.

— Что написано на заборе? — немедленно заинтересовался Май.

Машка объяснила. Май задумался, потер пальцем переносицу и с каким-то особенным выражением посмотрел на ограду, видневшуюся между деревьями. Машка проследила направление его взгляда и поежилась от нехорошего предчувствия.

— А что еще у вас принято писать на заборах? — томно промурлыкал эльф. В голове его явно рождались творческие планы.

— Подожди, я не совсем поняла, — прервала сей процесс Машка, — они что, у него по договору работают? Добровольно?

— Ну да, — подтвердил Май. — А как еще можно работать?

— И я тоже могу нанять к себе на службу демона? — размечталась она.

— Не можешь, — с удовольствием охладил ее пыл Май. — Чем ты расплачиваться с ним будешь, ты подумала?

— А Херон чем расплачивается? — спросила Машка, не желая так просто отказываться от своей новой хрустальной мечты.

Май крякнул, и Вий счел нужным вмешаться в столь познавательную беседу.

— Мертвыми эльфами в серном соусе, — страшным голосом сказал он.

— Да ладно вам издеваться! — обиделась Машка. — Я же серьезно!

— И я серьезно, — отозвался Вий. — Высшие демоны обожают две вещи: мертвых эльфов и серу. Не откажутся они и от тэкацу, но где же их сейчас найдешь? Поедая все это, они обретают плоть, которая в некоторых случаях просто необходима.

— Вообще-то у меня есть парочка эльфов, которые при некотором стечении обстоятельств рискуют стать мертвыми, — мрачно сказала Машка. — Особенно если они не перестанут издеваться над одной милой беззащитной девушкой.

— Ладно тебе, — Май положил руку ей на плечо, — он не издевается. Эльфы для таких, как Тартхак, действительно изрядный деликатес. Потому-то мы стараемся не встречаться. Разве ты не заметила?

Машка с изумлением воззрилась на него и нервно облизала губы. Май поднял бровь.

— То есть что, правда, что ли? — спросила она.

Прозвучало это скомканно и сумбурно, но оба эльфа уже успели привыкнуть к Машкиной манере выражаться.

— А чем ты удивлена? — поинтересовался он. — Тартхак — существо большое, ему требуется много еды. А эльфийская плоть нежная и мягкая в отличие от человеческой. Почему бы им не есть нас?

— Одно разумное существо не должно есть другое разумное существо! — заявила Машка.

— Ага. Объясни это ему, — иронично посоветовал Вий. — Возможно, он даже тебя послушает перед тем, как позавтракать нами.

— Так не бывает! — отозвалась Машка. — Так не бывает, потому что так не может быть.

— Извини, в пасть Тартхаку ради того, чтобы доказать, что ты не права, я не полезу, — хмыкнул Май. — С вами, людьми, иногда так сложно. Особенно с теми, кто ничего не знает об окружающем мире. Ну почему Вили, глупый любитель несвежих покойников Вили не сомневается в том, что вода мокрая, боги существуют, а демоны едят эльфов?

— Именно потому, что он глупый, — гордо сказала Машка. — А умный человек всегда и во всем сомневается.

— И кто тебе сказал такую глупость? — вздохнув, осведомился Май.

Машка задумалась. Она совершенно точно прочитала это утверждение в каком-то учебнике по литературе. Или по истории. Но вот кто, кому и по какому поводу это сказал, она, хоть убей, вспомнить не смогла.

— А это очень важно? — с тоской спросила она у дотошного остроухого красавца.

Эльф снова вздохнул:

— Это был вопрос, не требующий ответа.

— Эх ты, мальчик-карамелька, — пробормотала сразу же повеселевшая Машка.

Май покосился на нее подозрительно, но ради собственного спокойствия решил считать сказанное комплиментом.

Из-за беззвучно открывшейся двери показалась царственная фигура Айшмы. Вздернув подбородок, она оглядела двор и сад, ненадолго задерживая взгляд на каждом из разрушений, учиненных демоном в ее безупречном хозяйстве. С каждой задержкой лицо ее мрачнело все больше и больше. Наконец она устремила взгляд, не обещающий ничего хорошего, в небо и задумчиво пожевала губами. Можно было не сомневаться, что сегодня же вечером она ухитрится отправить Владыке Херону жалобу на его засланца. Бывают такие люди, которые, не обладая ни магическими силами, ни деньгами или связями, всегда достигают своей цели. С помощью одной лишь настырности они переворачивают мир к себе передом, а к лесу — задом. Их знакомые частенько удивляются, узнав, чего можно добиться, качественно достав кого-нибудь влиятельного. Машка даже пожалела своего нового знакомого, представив, какая тому грозит выволочка от работодателя.

— Какой ужас! — тем временем воскликнула Айшма, опустив голову.

Взгляд ее наткнулся на полчища насекомых, управляемых коллективным разумом. Ее аккуратно уложенные волосы встали дыбом. На фоне темных стен Роесны это было хорошо заметно. Выражение лица у экономки было просто-таки паническое.

— Что случилось?! — крикнула Машка, испугавшись, что Айшму от всех сегодняшних переживаний хватит удар.

— Это! — провозгласила экономка, торжественно указывая на дискотеку насекомых. — Что это такое? Кто-нибудь объяснит мне, почему эта жадная крылатая скотина не забрала своих нахардов с собой?

— Вообще-то он уже улетел, — после секундной заминки отозвалась Машка. — Но, наверное, можно позвать его обратно и спросить...

— У тебя глупые шутки, — просветила ее экономка.

Машка в принципе и сама знала, что ее чувство юмора отличается от общепринятого, но сейчас страшно обиделась. Не слишком уж часто она старается искренне помочь окружающим, так что невежливо ее в эти моменты оскорблять. Она фыркнула и отвернулась, всем своим видом показывая, что теперь госпожа Айшма будет разбираться с проблемой одна.

— Эй, Марья! — послышался с балкона голос некроманта. — Быстро иди сюда! Ты мне срочно нужна!

Голос был срывающийся и усталый, словно не магическую силу у Вилигарка качал драконодемон, а обыкновенную, физическую силу организма.

Вслед за этим послышался громкий зевок и ругательство. «Кажется, ему совсем хреново», — сочувственно подумала Машка, направляясь в замок. Май ловко поймал ее за руку и пробормотал на ухо:

— Не смей делиться с ним силой, слышишь?

— Можно подумать, она у меня есть, — хмыкнула польщенная Машка.

— Пока есть, — строго сказал Май и сделал страшные глаза, показывая, что не шутит, а действительно говорит важную вешь.

На всякий случай Машка пообещала последовать его совету.

Ступая осторожно, чтобы не подавить магическую саранчу, она поднялась по ступенькам. Музыкальный стрекот не прекращался, а некоторые довольно-таки мерзкие особи периодически пытались влезть ей на ноги, цепляясь за кожу. Вот когда Машка пожалела, что не обзавелась привычкой брить ноги регулярно. Фиг бы эти нахарды куда-то забрались, будь ее ноги гладкими, как в рекламе! Твари были настойчивы. Похоже, им от Машки что-то было нужно. Правда, в их выпученных глазах вовсе не светился недюжинный ум. По крайней мере, Машка не могла его разглядеть. Но двигались и действовали они слаженно.