Избранное. Том второй - Зот Корнилович Тоболкин

не думать, что через несколько мгновений окажется в смердящем, давно заброшенном колодце.

- Вот я вас потрошил... Начнись всё сызнова – опять буду, потому что правда на моей стороне, – звонко сказал он. – А вы хоть знаете, за что меня убиваете?

- За весь мир честной! – напыщенно сказал Фатеев.

Сидор оскорбительно захохотал.

- Давай! – приглушённо велел Дугин, – и Пермин полетел в колодец.

Булькнула вода, сомкнувшись над ним, заглушила смех. Но он ещё долго звенел в настороженных ушах убийц.

Крадучись вдоль прясла, они гуськом отступали от колодца. У переулка разошлись.

Панкратов свернул вправо. Фатеев пошёл к Дугину.

Навстречу им, всхрапывая, неслась осиротевшая лошадь. Уступив ей дорогу, они побежали по домам, стараясь не топать.

Прячась за тополем, за ними следила Варвара...

Возвращаясь из сельсовета, она услышала голоса, доносившиеся от мельницы. Потом заметила людей, торопливо шагавших к старому колодцу. Тревожно сжалось сердце. Пока раздумывала звать на помощь или ждать, что будет дальше, – связанного Пермина столкнули в колодец. Из троих она не узнала только Фатеева.

Глава 54

- Разве так родного отца встречают? – упрекнул Дугин. – Хоть бы сесть пригласил!

- Без меня посадят куда следует, – хмуро ответил Ефим.

- А ведь ты мне сын, Симо! Для тебя я добро наживал. Умру – кому достанется?

- Государство рассудит – кому. Чего надо?

- В армию скоро пойдёшь. Хоть бы ненадолго в родительский дом вернулся... Пусть уж оттуда берут.

- Пока в этом доме ты – не вернусь.

- А я женить тебя плановал. Ты как на это смотришь?

- Женюсь без твоей помощи.

- Клавдия где? Почто не выйдет?

- Не заслужил. – Дверь из горницы потихоньку приоткрылась, но Ефим, заметив это, прижал её. – Было время – за людей нас не считал, а тут исусиком прикинулся! По жене затосковал, по сыну!

- Выдь повидаться, Кланя! – уговаривал Дугин, подойдя к двери, за которой стояла жена. – Не чужие – венчаны были, детей нажили... Почто прячешься?

- Уходи! – с угрозой сказал Ефим. – По-доброму говорю!

- А то что будет? Побьешь?

- Убью, – тихо сказал Ефим.

- Совесть тебя замучит, сынок! Ишо не раз вспомнишь худого отца... – Он кротко вдохнул; в голосе послышалась слеза, и, кажется, искренняя. – Пожалеешь, да поздно будет. Суди тебя бог, а я судить не стану.

У калитки встретил Варвару. Не здороваясь, она молча и пристально смотрела ему в глаза.

- В гости приходил, да худо приняли, – проговорил, юля глазами.

Варвара молчала. На её лице были написаны ужас и отвращение.

Дугин торопливо захлопнул калитку и побежал к Панкратову.

Здесь он застал и Митю.

- Кто за тобой гнался?

- Смерть.

- Резво бежала – не догнала.

- Меня не догнала – других догонит. Ты железный ящик в Совете знаешь?

- Как не знать!

- Дора туда выручку положила. Ежели взять – на Симка свалят или на Варвару... И денег порядочно!

- Чем Варвара не угодила? – спросил Панкратов.

- Потом скажу. На дороге деньги валяются – подобрать некому. – Дугин искоса смотрел на ёрзавшего Митю.

- Подберём, – сказал Панкратов, – лишь бы не опередили.

- Ты это дело Митрию доверь. Он ловчее. – Прошихин польщённо заулыбался и начал одеваться.

- Исчезнуть тебе надо, Алёха! – торопливо заговорил Дугин, когда Митя вышел. – Не я ли упреждал – держись в сторонке? Нет, нашумел в драку полез, балда!

- Ты не ори! Орать на жену будешь, когда заимеешь. В чём дело?

- У меня друг в Бузинке, в милиции. Дело, говорят, завели на тебя... Кража, драка, за всё лет десять схлопочешь! Мой совет – ноги в руки – и дуй, не стой!

- Не стращай! За тобой кое-что похуже, а не бежишь.

- Олух! У меня всё шито-крыто! А ты вдругорядь себя оказал! Пермина искать станут – первое подозрение на тебя падёт...

Дугину во что бы то ни стало хотелось сплавить своих сообщников. Они мешали. Они беспокоили. Они могли выдать себя, тем самым обнаружив тайное «я» Дугина. Если их не станет,