Приключения Джека Баллистера. Отто Серебряная Рука - Говард Пайл

лежала на койке и спала. Она только расстегнула свою одежду, когда ложилась прошлой ночью, и спала полностью одетой.

– Нелли! – сказал полковник Паркер, склоняясь над ней. – Нелли!

Она не пошевелилась. Он не полностью прикрыл дверь. Капитан Доллс стоял в большой каюте за дверью, заглядывая внутрь. Полковник Паркер его не заметил.

– Нелли! – повторил он. – Нелли! – И он положил ладонь ей на плечо.

Она пошевелилась, подняла руку, провела тыльной стороной по глазам, открыла глаза и посмотрела прямо ему в лицо, когда он склонился к ней.

– Что такое? – рассеянно спросила она.

Полковник Паркер плакал.

– Это я… Это твой бедный отец, Нелли.

Слезы текли по его щекам, но он их не замечал. Внезапно ее рассеянность растаяла и исчезла, и она полностью проснулась.

– Папа! О папа! – воскликнула она, и в тот же миг ее руки обвились вокруг его шеи, и она оказалась в его объятиях.

Она все плакала и плакала. Полковник Паркер, обнимая ее одной рукой, полез в карман, достал носовой платок и вытер глаза и щеки. При этом он заметил, что капитан Доллс стоит в соседней каюте и смотрит на них. Капитан тут же исчез, но полковник Паркер протянул руку и закрыл дверь.

Нелли разглядывала его лицо, ее собственное лицо было мокрым от слез.

– А мама, – сказала она, – как бедная мама?

– С ней все хорошо… все хорошо, – сказал он. – Дорогая моя! Дорогая!

Она снова обвила руками его шею. Снова и снова прижималась губами к его губам, бурно рыдая при этом.

– О папа, если бы ты только знал, через что я прошла!

– Я знаю… знаю, – сказал он.

– О, ты не можешь знать всего, через что я прошла… все ужасные, ужасные вещи. Они застрелили бедного мистера Дреда, и он умер. Я видела, как они стреляли в него, – я была в лодке, – я видела, как он умер. О, папа! Я не могу рассказать тебе всего. О, это было так ужасно! Он лег на песок и умер. Сбоку на его лице был песок, и молодой человек, Джек, не видел его, чтобы смахнуть, а я не могла этого сделать, вот и все.

– Полно, полно! – успокаивающе сказал полковник Паркер. – Не говори об этом, дорогая. Расскажи мне о других вещах. Матрос, который пришел, чтобы забрать меня, сказал, что с тобой был молодой человек – какой-то парень, – когда они подобрали тебя около мыса.

– Да, – сказала она, – это было вчера ближе к вечеру.

– А молодой человек… это тот молодой человек, которого ты назвала Джеком?

– Да, это он.

– Он сейчас здесь, на борту, да? Кто он такой?

Так они долго разговаривали друг с другом. Она снова легла и держала его руку в своей, когда он сел на край койки рядом с ней. Пока они разговаривали, она гладила тыльную сторону его руки, а однажды поднесла ее к губам и поцеловала.

Некоторое время спустя Джек был разбужен от крепкого сна, кто-то тряс его за плечо. Он открыл глаза и увидел, что прямо над ним склонилось грубое красное лицо. В первое мгновение пробуждения он не мог вспомнить, где находится и кто это смотрит на него. Затем он узнал капитана Доллса. Прежде всего, он ощутил пульсирующую, бьющую боль в ладонях. Ему казалось, что он чувствовал ее всю ночь.

– В чем дело? – спросил он. – Что вы хотите?

– Ну, – сказал капитан Доллс, – мы в Норфолке и находимся здесь уже три часа с лишним.

– Норфолк! – неопределенно сказал Джек. – Значит, мы в Норфолке? Как мы туда попали? – Его разум еще не отошел от сна.

Капитан Доллс расхохотался

– Мы туда приплыли, – сказал он. – А как иначе? Ну, давай! Вставай! Полковник Паркер на борту, и он хочет видеть тебя. Он сейчас в большой каюте.

Тут Джек мгновенно проснулся.

– Отлично, – сказал он, – тогда я пойду прямо к нему. Здесь есть ведро воды, чтобы я мог умыться? В таком виде не годится показываться полковнику.

Он постоял, задержавшись на мгновение, прежде чем войти в каюту. Услышал внутри голос полковника Паркера и с внезапным трепетом отшатнулся от входа.

– Иди, – сказал капитан Доллс, который сопровождал его. – Что ты остановился?

Джек открыл дверь.

Кто-то встал, когда он вошел, это был полковник Паркер. Бросив быстрый взгляд, Джек увидел, что молодая леди сидела рядом. Она держала отца за руку и отпустила ее, когда он встал. Жена капитана Доллса тоже была в каюте и деловито упаковывала одежду юной леди, готовя ее к отъезду. Джек знал, что Элеонора Паркер смотрит на него, и по ее взгляду понял, что она плакала. Полковник Паркер тоже пристально смотрел на него.

– Неужели такой молодой человек, как ты, – сказал он, – осмелился увезти мою Нелли от злодеев? Подойди сюда.

И когда Джек нерешительно двинулся вперед, полковник Паркер протянул руку, положил ему на плечо и крепко сжал. Он долго и пристально смотрел в лицо Джеку.

– Да, – сказал он, – это хорошее, честное лицо.

Джек очень остро ощущал присутствие жены капитана, и поэтому чувствовал себя более смущенным, чем, обычно. Он не мог поднять глаз.

– Да, – снова сказал полковник Паркер, – это хорошее, честное лицо, лицо честного молодого человека. Я рад, что такой хороший, честный человек вернул нам нашу Нелли. Мы никогда, никогда не забудем, что ты сделал, никогда. – Он весь еще был во власти эмоций, охвативших его. – И тот, другой спаситель, – сказал он, – тот другой благородный спаситель, который отдал свою жизнь, чтобы спасти мою девочку, я никогда не смогу забыть его. Но теперь я ничего не могу сделать, чтобы вознаградить его и благословить. Я хотел бы, чтобы он был здесь, чтобы я мог показать ему, как я покажу тебе, что мы никогда не забудем, что вы сделали для нас… никогда не забудем.

Все еще держа Джека за плечо, он достал носовой платок и вытер глаза и лицо. Джек, зная, что из глаз этого благородного человека текут слезы, не осмеливался взглянуть ему в лицо, но внезапно ему пришло в голову, что именно Дред застрелил единственного сына этого человека.

– Что ж, – сказал полковник Паркер, – мы как раз собираемся покинуть это место и подняться на борт моего собственного судна, а значит, вернуться в Мальборо. Если тебе нужно как-то приготовиться, то лучше это сделать, потому что ты, конечно, пойдешь с нами.

– Мне нечего готовиться, – сказал Джек. – У нас было два плаща, которые мы взяли с собой, – они принадлежат капитану Тичу, – но я оставил их в ялике прошлой ночью.

– А