Как изменить мир. Социальное предпринимательство и сила новых идей - Дэвид Борнштейн

Фактически гражданский сектор начинает походить на рынок социальных идей, который отличается богатым разнообразием первичных институтов и высоким уровнем активности социальных предпринимателей. Они находят неожиданные решения, о которых до них никто и подумать не мог. Ни одно правительство не смогло создать детский телефон доверия наподобие Childline или банк Grameen, но, с другой стороны, и Childline, и Grameen не смогли бы добиться такого влияния в общенациональном и мировом масштабах без финансовой и законодательной поддержки со стороны правительств Индии и Бангладеш. Мощная социальная инициатива, исходящая от граждан, не только ускоряет реализацию конкретных дел, но и стимулирует децентрализованные процессы, укрепляющие демократию.

Одним из существенных различий между плановой и рыночной экономикой является наличие конкуренции. В прошлом организации гражданского сектора были абсолютно неконкурентными. Однако, ввиду того что сейчас этот сектор все активнее привлекает таланты, конкуренция, вероятно, будет усиливаться. Особенно между социальными предпринимателями, стремящимися извлечь прибыль из своих инноваций. Усилению конкуренции способствуют и спонсоры, журналисты и граждане, которые постоянно требуют от предпринимателей все более эффективного исполнения взятых ими на себя обязательств. Вероятно, конкуренция также содействует развитию сотрудничества как внутри гражданского сектора, так и между этим и другими секторами, поскольку общественные организации ищут возможности для улучшения своей «продукции», для усиления своего влияния, работая как друг с другом, так и с бизнесом и государством.

Поскольку романтическая идея благотворительности все больше начинает приобретать черты реальной практической деятельности, в которой общественные организации должны, по существу, пережить взлеты и падения, дальнейшее развитие социального сектора потребует применения еще более инновационных подходов. В конкурентной среде, когда главные призы достаются только лучшим, первостепенную роль начинают играть передовые организации, которые побуждают остальных к совершенствованию своих продуктов и услуг, чтобы не отстать от лидеров.

Именно такая ситуация наблюдалась в области микрокредитования. 15 назад оно осуществлялось лишь несколькими финансовыми организациями. Сегодня же в этом процессе участвуют более 3100 микрокредиторов, работающих с 82 млн заемщиков. Сфера микрокредитования имеет свои специальные механизмы финансирования, располагает собственными консультантами, делится на узкоспециализированные области{286}. Как и в бизнесе, такие изменения стали возможными благодаря агрессивной маркетинговой политике отдельных лидеров отрасли, в основном банков Grameen и Accion International, которые применили лучшие способы борьбы с бедностью и способствовали развитию конкуренции (особенно между спонсорами). Это привело к появлению в этом сегменте рынка новых игроков (доля Grameen, некогда доминировавшего на рынке микрокредитов, в настоящее время составляет менее 10 %).

В результате сегодня только в Бангладеш более 500 организаций, занимающихся микрокредитованием, борются за признание и финансовые ресурсы{287}. Крестьяне Бангладеш, для которых еще несколько лет назад единственно возможным вариантом было занять деньги у ростовщиков под 20 % в месяц, сейчас могут выбрать одного из трех или четырех кредиторов, и каждый из них предлагает конкурентоспособные условия. В сложившейся новой бизнес-среде банк Grameen теперь должен вовремя реагировать на изменяющиеся потребности своих клиентов (напомним, что недавно открылся банк Grameen II). У банка появилось много конкурентов, которые досконально изучили его систему и порой предоставляют лучшие условия кредитования.

Микрокредитование поддается количественной оценке. Но в целом социальной сфере, в отличие от бизнеса, не свойственны привычные рыночные механизмы. В отличие от коммерческих предприятий, общественным организациям не грозит банкротство. В случае успешного привлечения средств они смогут на протяжении десятилетий продолжать свою неэффективную деятельность.

Поскольку сложно измерить социальную ценность того или иного общественного начинания, исторически сложилось так, что спонсоры и специалисты в гражданском секторе не пытались проводить сравнение результатов деятельности тех или иных организаций. В результате, как отметил Грег Диз, профессор социального предпринимательства Школы бизнеса Фукуа Дюкского университета, гражданский сектор страдает от серьезной проблемы, связанной с распределением капитала. «Капитал не распределяется на наиболее перспективные предприятия, чтобы поддержать их рост, и не отнимается у неэффективных предприятий», – заявил он. Другой специалист, Джед Эмерсон, добавил: «Организация, которая не создает истинных социальных ценностей, может существовать благодаря политическим связям и средствам массовой информации, а эффективность ее реальной деятельности может оцениваться необъективно».

Одним из следствий этой проблемы является то, что появление новых организаций в гражданском секторе и исчезновение старых, неэффективных, происходит достаточно медленно, что не способствует активному развитию сектора. Например, в 2002 г. в США из 20 крупнейших некоммерческих организаций (за исключением правительственных и религиозных), предоставляющих какие-либо услуги, 12 были созданы до 1920 г., 17 – до 1960 г. И ни одной – после 1980 г. В то же время более половины из 30 компаний, входящих в Промышленный индекс Доу Джонса в 2002 г., были добавлены в него после 1980 г., вытеснив при этом своих предшественников, причем более трети – после 1990 г.{288}

В ближайшем будущем повышению производительности в гражданском секторе будет способствовать совершенствование процесса распределения капитала. Но это легче продекларировать, чем реализовать. В США большинство спонсоров, особенно частных инвесторов (от них приходит более чем три четверти средств), обращают мало внимания на производительность общественных организаций. Отчасти это происходит потому, что люди, которые делают благотворительные взносы, находятся под влиянием субъективных оценок, личных отношений и личных соображений. Кроме того, в гражданском секторе нет простых и надежных механизмов, которые позволяли бы сравнивать производительность работы организаций{289}. Вдобавок общество довольно мало знает о деятельности социальных предпринимателей. Большинство людей, в том числе политиков, просто не осознают, что для решения социальных проблем можно было бы делать намного больше. Не зная о реальных возможностях, они соглашаются на незначительные результаты.