Как изменить мир. Социальное предпринимательство и сила новых идей - Дэвид Борнштейн

Заключение. Появление гражданского сектора

В основе Ashoka лежит смелая и вместе с тем очевидная идея: социальным предпринимателям – сильным, творческим, чрезвычайно мотивированным личностям – необходима поддержка, если их работа востребована обществом и направлена на решение серьезных проблем{270}.

Эту идею положительно воспринял весь гражданский сектор. В дополнение к сотням университетов, которые занимаются подготовкой будущих социальных предпринимателей, в мире появляется все больше и больше организаций, цель которых – финансирование и поддержка деятельности этих людей. Одним из первых этим занялся фонд Echoing Green, созданный инвестором Эдом Коуэном на основе модели Ashoka в Нью-Йорке. С 1991 г. фонд обеспечил, главным образом в США, первоначальным капиталом 415 молодых социальных предпринимателей{271}. В Бостоне New Profit Inc. совместно с компанией Monitor Group оказали безвозмездную финансовую поддержку и консалтинговые услуги 18 организациям и помогли им добиться ежегодного прироста выручки более чем на 40 %.

В Англии знаменитый социальный новатор Майкл Янг в 1997 г. основал Школу социальных предпринимателей, задачей которой стало обучение слушателей принципам ведения бизнеса за пределами коммерческого сектора{272}.

С 2003 г. Фонд Сколла, основанный Джеффри Сколлом, бывшим президентом eBay, предоставил $55 млн на разработки в области социального предпринимательства. На средства Фонда был снят документальный сериал под названием «Новые герои» (The New Heroes), открыт Центр, призванный улучшить понимание феномена социального предпринимательства (совместно со Школой бизнеса Саида при Оксфордском университете), проводятся ежегодные международные конференции и Всемирный форум Сколла, запущена программа награждения лучших социальных предпринимателей с многомиллионным бюджетом, получившая благодаря своему поистине голливудскому размаху всемирную известность (в качестве ведущих церемоний приглашаются такие знаменитости, как Роберт Рэдфорд и Бен Кингсли).

В Швейцарии Клаус Шваб, основатель Всемирного экономического форума, и его жена, Хильда Шваб, в 1999 г. учредили Фонд социального предпринимательства Шваба для поддержки «мирового сообщества выдающихся социальных предпринимателей». Фонд Шваба, которым руководит Памела Хартиган, бывший высокопоставленный чиновник ВОЗ, обеспечил международное признание, доступ к финансовым и другим ресурсам 72 социальным предпринимателям со всего мира.

Помимо проведения ежегодной встречи социальных предпринимателей в Женеве, Фонд Шваба организует региональные экономические конференции, а также всем известный ежегодный Всемирный экономический форум в Давосе. На него приглашаются и социальные предприниматели. Они имеют возможность встретиться с руководителями корпораций, высокопоставленными правительственными чиновниками, должностными лицами, руководителями Фонда и главами множества различных организаций. Например, на Всемирном экономическом форуме в 2003 г. Джеру Биллимориа познакомилась с Роберто Блуа, заместителем генерального секретаря Международного союза электросвязи, и эта встреча стала ключевым моментом в решении создать Международную ассоциацию детских телефонов доверия. Фонд Шваба запустил еще и серию национальных конкурсов, они сегодня проводятся среди социальных предпринимателей в более чем 20 странах.

Роль социальных предпринимателей становится все более очевидной, и между гражданским и коммерческим секторами появляется много общего. Именно над этой идеей Дрейтон работает на протяжении многих десятилетий. Например, оба сектора «торгуют» товарами и услугами, они удивительно изобретательны, когда политическое и культурное окружение оказывает им поддержку.

Различие между секторами заключается в том, что бизнес делает свою работу на основании коммерческих правовых механизмов, в то время как общественные организации, как правило, используют механизмы некоммерческие. При этом существование обоих секторов санкционирует и регулирует государство. Основная сила государства состоит не в его управленческих возможностях, а в том, что оно олицетворяет собой все население и имеет возможность стимулировать развитие обоих секторов и поддерживать их деятельность.

Еще одно сходство заключается в том, что исторически и бизнес, и гражданский сектор появились и сформировались как следствие крупных социальных реформ. Независимый бизнес-сектор возник в результате изменений, которые охватили Европу в XVII в., когда старые порядки уступили место новым экономическим реалиям, связанным с ростом численности населения, урбанизацией, научно-техническим прогрессом, развитием транспорта, изменениями в финансовом секторе, новыми философскими, религиозными и политическими идеям. Даже в условиях сохраняющихся «входных барьеров» (власть монополий, ограничения со стороны церкви, феодалы, гильдии) коммерческая деятельность стала доступной для достаточно широких слоев населения{273}.

На протяжении веков, пока общество постепенно разделялось на «государственный» и «частный» секторы, предпринимателям отводилась ведущая роль{274}. В разных странах принимались законы для их поддержки (например, положения, касающиеся ограниченной ответственности и совместного владения акциями), создавались или развивались услуги, расширяющие возможности предпринимателей (например, банковские вклады, выписка чеков, кредиты и страхование){275}. Развитию этого сектора способствовало появление фондовых бирж, антимонопольного законодательства, консалтинга, ценных бумаг и, сравнительно недавно, школ бизнеса, венчурного инвестирования, а также специализированной деловой журналистики.

Эпоха свободного и конкурентного бизнеса изменила мир настолько, что это просто не укладывается в голове. По словам Уильяма Баумоля, экономиста и автора книги «Инновационная машина свободного рынка: исследование чуда роста капитализма» (The Free-Market Innovation Machine: Analyzing the Growth Miracle of Capitalism), в период со времен Древнего Рима до промышленной революции (то есть на протяжении полутора тысячелетий) рост производительности труда и доходов на душу населения в Европе был практически нулевым{276}. В ХVIII в. доход на душу населения в Европе увеличился на 20–30 %, а за ХIХ в. – на 200–300 %. В ХХ в. в условиях свободной рыночной экономики, по самым скромным подсчетам, доход на душу населения вырос на 700–800 %{277} (это, разумеется, очень усредненный показатель).

Как изменился свободный рынок с появлением конкуренции? «Благодаря конкуренции, выживание в бизнесе стало означать не только бесконечное создание новых идей, но и их опережающее внедрение», – говорил Баумоль. В прежние времена тоже создавалось немало изобретений, но новые открытия не приводили к серьезным экономическим или социальным изменениям. В средневековом Китае изобрели бумагу, книгопечатание, порох, зонты, компасы и прялки, но правительство зачастую запрещало внедрение инноваций, уверяя, что они все равно не выйдут на широкий рынок{278}.