Белый Меч - Иар Эльтеррус

– Если мир выживет, – сказала она, – я тебе подарю это судёнышко бесплатно. А если погибнет, то нам будет не до затрат.

– Как раз наоборот, – возразил вампир, – именно если мир удастся спасти, да ещё вместе с твоими ногами, деньги тебе понадобятся острее всего. А для Братства три тысячи золотых – не деньги, тем более за такое чудо. Как вы их делаете?

– Понятия не имею, – улыбнулась воительница. – Гильдия корабелов хранит свои секреты не хуже любой другой. Энергию для создания судов им даёт Мох – это понятно. Но как конкретно они её применяют? Маги, которые пытались расшифровать их плетения, в лучшем случае получали кучку пепла… в худшем – сами этой кучкой становились.

– И сколько подобных кораблей они могут произвести за год?

– Подобных? Не знаю, где-то от двух до пяти сотен. Яхты мало кому нужны, в основном заказывают флейты для пиратства или линкоры для армии. Два-три линкора в год каждый остров выпускает стабильно, иначе подумают, что трон ослабел.

Что такое линейный корабль дроу, Зерт знал. Братству в своё время приходилось иметь дело с этими чёрными призрачными громадинами. Два-три таких корабля могли обеспечить полное господство в акватории среднего моря. Шесть-восемь – взять штурмом и снести до основания прибрежный город. Да, конечно, Упокоители и Воскресители никогда не уделяли большого внимания флоту, занимаясь в основном сухопутными и летающими видами войск. Но никому в голову не приходило, что разрыв в морских силах зашёл ТАК далеко!

Да и только ли в морских? Пусть редко, пусть неизвестно, какой ценой, но чёрные корабли могли иногда воспарять в воздух, скользить над сушей, сея вокруг смерть и разрушение.

– Сколько же их всего в вашем флоте?!

Дроу изящно пожала плечиками.

– Не знаю… тысячи две-три. Успешные острова могут держать в доках до десяти тысяч. Но это пустых. Реально на ходу – не более сотни у каждого острова. Экипажей не хватает.

– Малышка, драк тебя побери, ты вообще представляешь, что мне только что сказала? Вы же с таким флотом можете истребить всё живое на трёх кольцах!

– Можем, – охотно согласилась польщённая эльфийка. – Если мобилизовать всё население островов, то… да, пожалуй. Но зачем? Простое уничтожение слишком скучно и не эстетично, а контролировать такие огромные земли и толпы народу, чтобы устроить им нечто эффектное… сил не хватает.

– Я знаю, я уже понял вашу психологию. Но если о существовании этого флота узнают Упокоители… они не остановятся ни перед чем, чтобы завладеть таким супероружием.

– А, вот ты о чём… Так они уже знают. В этом и вся прелесть. Они предприняли попытку завладеть нашими кораблями около трёхсот лет назад. Ох и время было…

Она мечтательно прикрыла глаза.

– Жаль, я тогда ещё не родилась, отец рассказывал. Верховный жрец бросал на нас целые армады. Море стало алым от крови, воздух горел от магии, их чудовища разрывали наших воинов десятками, но сами гибли сотнями… Воистину, Зерт, это была божественная битва… – она сама не заметила, как сбилась на высокий стиль. – И мы заставили их кричать от ужаса, этих фанатиков, уверенных, что они ничего на свете не бояться, мы заставили умолять о пощаде тех, кто думал, что жаждет смерти! Они отступали, но не могли оторваться, чёрные корабли постоянно возникали у них за спиной, как только отряд начинал думать, что он в безопасности… Жрицы-испытательницы гнали их чуть ли не до самого Храма, представляешь? И только там заставили подписать мир, заплатив такую дань рабами и сокровищами, что они, вероятно, до сих пор не восполнили до конца этих потерь.

– Триста лет назад… – пробормотал Воскреситель. – А мы гадали, с какой дури они вдруг к вам полезли… Я помню, как шпионы докладывали об этой битве…

– Ну что за невезение, – вздохнула эльфийка, – почти все мои знакомые об этой битве помнят, а я на каких-то два века опоздала с рождением… Постой… Ты говоришь – шпионы докладывали. Почему же вы не воспользовались ослаблением Упокоителей, чтобы добить их? Это же ваши злейшие враги, а тогда был очень удобный момент…

– Потому что наша цель – выживание, а не уничтожение. И потому, что время работало на нас. Силы Багровых Огней растут во время войн, наши – в периоды мира. Ещё бы хоть пять сотен лет без войн – и мы бы их окончательно задавили. И тут так некстати припёрся Судия…

– Ну не знаю, по-моему – как раз кстати. За полтысячи лет я бы со скуки сдохла. Или допустила ошибку и дала кому-нибудь себя прирезать – не на Арене, так ночью в постели. А так можно хорошо повеселиться напоследок, пока ещё магия действует…

– Мы корабль-то забирать будем? – прервал её мечтания вампир.

– Будем, будем. Только говори со мной потише и понежнее. Я наложила походный вариант Сферы Безмолвия, но у тебя же по лицу всё видно. Раб, который огрызается на свою госпожу, выглядит немного подозрительно, не находишь?

– Верно, извини, хозяйка. Мне и глаза опустить, как понимаю?

– На меня прямо не смотри, а на остальных – сколько угодно. Ты же не бытовой раб, ты раб-телохранитель, моё персональное чудовище. Соответственно, должен показывать всем своим видом – если бы меня рядом не было, ты бы их всех немедленно поубивал.

– А, вот оно что! Ну это с превеликим удовольствием! – Зерт огляделся, ища подходящую мишень. Долго высматривать не пришлось – двое подростков на противоположной стороне улицы с презрением поглядывали на эльфийку в инвалидном кресле, и практически открыто (чуть понизив голоса) обсуждали, удастся ли взять за неё хороший выкуп, и если нет – что можно будет сделать с калекой перед тем, как убить.

Конечно, нападать эти пацаны будут не сами – они всего лишь наводчики для сильной и умелой банды. Воскреситель ласково улыбнулся им во всю пасть, включив на полную мощность обаяние. Хилая защита юнцов не выдержала, и гипнотическая сила шестисотлетнего кровососа проехалась по мозгам асфальтовым катком. В течение пары секунд, которые растянулись для них в вечность, они тонули в горящих алых зрачках, больше всего на свете желая отдать вампиру свою кровь, до последней капли… А потом гипноз ушёл, и мальчишки осознали, что стоят лицом к лицу со смертью. Не с той, романтико-героической, о которой мечтает всякий дроу, а с ничтожной смертью пищи – о которой забывают через миг после завершения трапезы. Впрочем, еда даже не умирает. Она просто заканчивается.

С трудом подавив рвущийся наружу крик, мальчишки ринулись прочь по улице. Зерт даже не замедлил шага. Назиль, наблюдавшая эту сценку, довольно рассмеялась:

– А ты быстро понял смысл. Я бы их просто убила… но так гораздо красивее.