Белый Меч - Иар Эльтеррус

– И ты… тоже?! – потрясённо посмотрел на неё Зерт.

– А что я, особенная, что ли? Мне ещё повезло – как дочь Мастера Арены я имела бесплатный доступ к лучшим учителям боя. Девственность я потеряла в двенадцать лет, а своего первого насильника убила уже в четырнадцать. У большинства этот период длится дольше – с десяти лет, когда эльф становится сексуально привлекателен, и до восемнадцати, когда он начинает что-то представлять в боевом плане и уже способен себя защитить.

Вампир поёжился. Он считал своё родное Среднее Кольцо малоприятным местом для жизни – и не без оснований. Но в сравнении с молодостью большинства дроу – владения Воскресителей просто райский уголок! Или ему только так казалось с непривычки? Возможно, некоторые вещи, которые для него привычны и естественны, могли бы напугать эльфийку не меньше. Голод, например. Вряд ли даже самому безумному и извращённому дроу придёт в голову убивать своих родственников, чтобы съесть их и протянуть ещё пару дней. А Зерт воочию наблюдал подобные случаи во время пищевых кризисов.

– Извини, я не буду, раз тебе неприятно, – глухо сказал он. – Но я теперь понимаю, почему ты так истолковала мои действия. Честное слово, у меня и в мыслях не было приставать. В моей стране такое прикосновение означает просто доверие и поддержку…

Назиль притормозила корабль, подкатила кресло к своему единственному пассажиру и осторожно обхватила его запястье тонкими пальцами.

– А почему ты решил, что мне неприятно? – ласково промурлыкала девушка. – Я, может, только и жду всё это время случая тебя затащить в постель. Ты совсем не похож на наших мужчин, ты сильный и надёжный, ты думаешь о долге, а не об удовольствиях или личной выгоде. У меня никогда таких не было… И аура у тебя красивая, хотя и тонкая…

– Но… после всего пережитого, разве тебе не противны вообще все мужчины? И кроме того, у вас же вампиры считаются низшей расой… А у меня ещё эти ожоги…

Она негромко и зло рассмеялась.

– Зерт, да ты на меня посмотри! Что в сравнении с ЭТИМ какие-то ожоги?! Если ТЕБЕ противно – так и скажи, я пойму.

Вампир присел на корточки рядом с ней и обнял за плечи.

– Не противно, эльфёнок. Ты мне нравишься в любом виде. И уже давно.

Она внимательно и хитро посмотрела в зелёные глаза, на дне которых мелькали алые искорки. Провела ладошкой по коротким волосам, к которым так и не смогла привыкнуть…

– А как насчёт доказать делом?

– Что, прямо сейчас? – немного опешил Зерт.

Воительницу ужасно подмывало сказать «да». Не столько из желания (получить в нынешнем состоянии полноценного удовольствия от близости она всё равно бы не смогла), сколько из женской и расовой зловредности. Ну нравилось ей смотреть, как этот парень смущается – у дроу подобной реакции не могло быть в принципе.

Но дело было всё-таки важнее, поэтому она с сожалением отвернулась.

– Не сейчас. Сегодня ночью, когда ляжем в дрейф.

– А ты будешь в состоянии? Столько часов непрерывно держать волшебный ветер…

– За меня не переживай, – усмехнулась Назиль, призывая силу. – Я, по-моему, вообще могу не спать, с тех пор, как поставила тотем. А у тебя-то мужской силы на всю ночь хватит?

– Вампиры не устают, – сообщил «новость» Зерт. Эльфийка никак не могла понять – то ли её спутник отличается ангельским терпением, то ли туповат и подначек попросту не замечает. По его бледному и спокойному лицу, мягкому голосу и холодным глазам было невозможно что-либо прочитать, исключая те случаи, когда он сам хотел показать настроение.

– Милый, я конечно не профессиональная некромантка, но уж настолько простые вещи знаю. Знаю и то, что от траты сил вы можете проголодаться, а я не хочу быть выпитой в самый интересный момент… Хотя… в этом, конечно, есть некая романтика… но ты тогда останешься один среди моря.

– Только не это! – возмущённо заявил Воскреситель. – Хотя я даже в приступе безумия вряд ли выпил бы тебя целиком… А ты что, не взяла в дорогу запас крови?

– Забыла, – призналась девушка, – заказала только для себя еду на три дня. Я ещё начинающий вампировладелец, раньше домашнюю нежить себе не могла позволить…

– Тогда нам придётся воздержаться. А плыть лучше побыстрее.

– Хитрец, – дроу погрозила ему аккуратным кулачком. – Выкрутился всё-таки… Ничего, мой хороший, я до тебя ещё доберусь… Если буду в лучшей форме – уж обязательно.

– Когда будешь – сколько угодно, я весь твой. Но сначала нам предстоит нелёгкая операция… Орки так просто нас к Целителям не пустят… – вампир явно обрадовался возможности сменить тему. – Пора готовить план нападения, в Твердыне нам будет не до того…

Она тряхнула длинными белыми волосами, так что те заплескались на ветру.

– Хорошо, начинай. У тебя ведь уже есть какие-то идеи?

– Я планировал оставить тебя на берегу, а сам пробраться в нужную палатку и похитить Целителя. Но нужен резервный план, на случай, если я там погибну.

– Ты это называешь планом?! – искренне изумилась дроу. – Если у вас все планы так составляют… У нас двухлетний ребёнок, и то лучше продумает похищение конфет!

– Судя по твоим отношениям с дядюшкой, как-то не очень верится.

– Если бы это сказал кто-то другой, я бы его точно убила. Там была импровизация, вообще без всякого плана! Это совсем другой вид искусства. И я признаю, что не очень в нём сильна.

– Но любишь, при этом.

– Люблю, – вынуждена была признаться Назиль. – Ты предлагаешь и сейчас так действовать?

– Наоборот, стараюсь этого избежать. Так что есть лучшие идеи – предлагай.

Девушка задумалась, погружаясь в специфическое состояние грёз наяву, свойственное её народу. Немногие из дроу сохранили эту способность, характерную для их предков – светлых эльфов. Обычно она не благоприятствовала выживанию в обществе, где почти каждый встречный с радостью запустит тебе кинжал под ребро или капельку яда в изящное ушко. Но воительница умела уходить в свои фантазии и воспоминания, не теряя бдительности и даже продолжая поддерживать магическую концентрацию.

Это её и спасло.

Невидимые усики Осы шевельнулись, предупреждая об опасности. Девушка резко крутанулась на месте, напрягая энергетическое жало. В то же время её «нормальная», эльфийская часть пребывала в полном недоумении. Она привыкла к предательству, к ударам в спину, но это всегда имело какой-то смысл, удовольствие или практическую пользу. Но зачем, какой прок спутнику нападать на неё сейчас?

Месть? Он мог осуществить её давно, ещё в доме у Лапарта.

Захват корабля? Зерт не сможет им управлять самостоятельно, а корабли или крылатые твари Воскресителей в эти воды не доплывут и не долетят, даже по особому вызову.